Чтение онлайн

— Дорогие прославленные, сегодня я получил известие от Августа Непомнящего. Он с волнением мне сообщил, что всё готово к вашей встрече. Медикат в ожидании. Вам подготовлено жильё и бумаги…

— А на чём всё же мы будем туда добираться? И сколько времени понадобится на дорогу? — спросила Мэдлин.

— У вас есть какие-нибудь…ну…мётлы что ли? — поинтересовался Тафари. — Ведь не может быть, чтобы не осталось никаких магических предметов со времён наших предков? Мне рассказывал отец, что Визидария славилась волшебством.

— Ну, действующих мётел штук двести-тристав долине есть, — влез в их разговор Репейник. — Иногда их можно увидеть. Но ими пользуются в основном по старинке пожилые. Или молодёжь для забав.

— Почему? — спросила Бёрнис.

— Мётлы летают медленно. До Медиката будет лететь двое суток, да с первого раза на них и летать то не получится. А так до города можно найти транспорт и побыстрее. Хоть ту же лошадь. Тогда путь займет часов восемнадцать, — объяснила Тыковка, наливая Янмей молока, которое оказалось чёрным.

— Ой, а почему оно такое? — спросила у неё девочка.

Тут уж пришла пора удивляться Тыковке:

— Деточка, а какое же ты пьёшь? Неужели белое? Это же от сахарумских коров, их молоко тёмное и сладкое. Именно на нём варят тату. Вы знаете, что такое тата?

— Сегодня они пробовали её впервые, — вставил Носик, — в миру у них такого не было!

Репейник и Тыковка переглянулись. В их взглядах читалось недоверие.

После хозяин харчевни продолжил рассказывать про летающие мётлы, подкладывая на стол новые кушанья:

— Вам надо потом будет хоть раз попробовать полетать на метле, — говорил он, кивая. — Они жутко неудобные. У нас есть где-то на чердаке. Правда, кажется, совсем порченная. Вы когда-нибудь пытались летать на палке? Во-первых, так и тянет перевернуться. Руки скользят, тело перевешивается вниз, затекает и сложно удержаться. Словно ты на каком-то насесте. И потом, во-вторых, и это самое главное, — он наклонился и чуть тише доверительно добавил, — она уж-ж-ж-асно врезается в зад! Он тут же немеет так, что потом и на своих ногах устоять не можешь.

Но Тыковка услышав мужа, недовольно сказала:

— Ты бы меньше ел, Репейник, и она бы не так травмировала твой зад.

— Граспек, — кивнул ей муж, и она, услышав это, отчего-то поджала губы.

— Так как всё же мы будем добираться до Медиката? — вернулась к теме разговора Пинар.

— Может, полетим на драконах? Мы видели одного у вас рядом с домом, — предложил Итиро.

— На драконах? — лицо хозяина харчевни вытянулось ещё больше, — драконы неповоротливы и себя-то в воздухе почти не держат, — объяснил он, — разве что только лазоревые? Их используют крестьяне на летающих фермах. Говорят, раньше драконы были большими, летающими. Но это только в легендах.

— А зачем тогда вам драконы? — спросил Стурла.

— Как зачем?! — остановился Репейник, выпучив глаза. — Тяговая сила. И самое важное — они несут яйца.

Леонар аж привстал от удивления и недовольства.

— Но, позвольте… Это возмутительно… Ведь раньше…Мои предки…В книгах сказано…Как же так? Просто несут яйца?!! — граф не мог собрать в голове мысли и они, наскакивая друг на друга, путались в его сознании. Драконы-наседки?! Да что же это такое?

— А в людском мире едят яйца куриные, — почесал бороду Стурла.

— Правда? — пришла пора удивляться Репейнику, — вот интересно. Они ж малюсенькие. Одним яйцом дракона может накормить две семьи. Это ж сколько надо куриных?

— С ума сойти, — нагнулась Бёрнис к Леонару, — они используют драконов, как кур? А куры им тогда на что?

Но свой вопрос она не успела повторить громко, её перебил Тафари.

— Расскажите, какие толы у вас остались в распоряжении? Какие ауксилы? — спросил он.

— Все немногочисленные толы собраны и закрыты в Стоунбоне — это единственная оставшаяся из пяти Ремесленных Мастерских. Там находились основные лаборатории, велись исследования. Во время Ужасной битвы в Стоунбоне включили защиту. После самого сражения, когда Визидария осталась в руинах, Советом Визидаров было принято решение опечатать и закрыть Стоунбон до вашего прихода. Что и было сделано.

— Почему? — удивился Леонар, — ведь вы могли пользоваться толами и теми знаниями, которые остались в стенах этой мастерской? Как её…Стоунбона?

— Нет, — помотал головой Сиридин, — ремесленников то не осталось. Когда напали малумы, они уничтожили весь свет профессуры и всех ведущих специалистов. Малумы охотились за толами и ауксилами, поэтому, погибая, визидарцы уничтожали их сами. Так что почти все магические предметы исчезли. Их просто нет. Кое-что осталось. Но это обычные бытовые ауксилы. И потом, в стенах Стоунбона ценнейшие книги, материалы и незавершённые работы. Там запасы волшебных веществ, многими из которых никто не умеет пользоваться или воссоздать при необходимости. Именно поэтому Мастерские были закрыты. Если бы этого не сделали, то мы бы давно использовали всё то, что там нашли. Но смогли ли бы мы продолжить дело ремесленников? Вряд ли. Неразумным детям не дают в руки лучшее оружие. Им они могут себе навредить.

— Но ведь детей можно научить, — возразил Тафари.

— Кому обучать? Все были уничтожены. В те дни Визидария жила с ощущением Конца Света. Он пришёл для двух из трёх жителей страны. А оставшиеся ждали его с минуты на минуту, — сказал Сиридин и склонил голову, — до сих пор живы несколько визидарцев, заставших те времена. И они всегда плачут, когда вспоминают Ужасную битву. Сколько веков прошло, а они плачут.

— Но ведь что-то осталось из магических инструментов? — в отчаянии спросила Мэдлин.

— Да, у меня из ауксилов есть котелок, который кричит, когда еда готова. И ложка-загребалка, она делает любую еду жирнее. Поэтому у меня самая вкусная похлёбка, — гордо сказала Тыковка, — а ещё мы держим погодных кур. В нашей деревне они есть только у нас.

— Погодных кур? — удивилась Пинар.

— Ага, вон они, в клетке на окне, — кивнула Тыковка, — куры у нас предсказывают погоду.

Действительно, на окне, куда показывала Тыковка, в просторной клетке сидели две пёстрые курочки, которых раньше никто не заметил. Ремесленники переглянулись: куры как куры. Пинар встала и подошла к ним. Сначала казалось, что они квохчут, но потом стало понятно, что одна говорит другой:

— Холод, завтра холод.

А другая кудахтала:

— Тепло, будет тепло!

— Все куры в Визидарии предсказательные. У них можно спросить любое, но обычно куры говорят о погоде, — объяснила Тыковка, — и пользуются большим спросом у фермеров.

— Так отчего же они предсказывают разное?

— У каждой из них своё мнение. Их обычно и покупают по две. И одна из них обязательно оказывается права, — сказала Тыковка.

— Ну, всё, в путь! — поднялся Сиридин.

И все ремесленники встали за ним.