Чтение онлайн

Рядом с Августом ехал молодой юноша, бравый визидарец. У него было открытое лицо, но упрямый взгляд и крепко сжатые губы. От этого парень выглядел строгим и неприступным.

— А это, — указывая на серьёзного юношу, рассказывала девушка, сидящая рядом с Бёрнис и Мэдлин, — секретарь и помощник Августа — Уильям Фланн. Его мать из эльфов, а отец из русалок. Посмотрите, какой красавчик! И он, — девушка заметно покраснела, — не женат. Моя сестра, — затараторила рассказчица, и слова из неё посыпались, как горох их мешка, — живёт в Медикате, и работает в татошной на рынке. И только вчера почтовым голубем она прислала мне письмо, что Уильям Фланн сидел с другом у них в кафе, и она подслушала, как тот говорил, что пока жениться не собирается, потому что не видит достойной кандидатуры, мол, сердце его молчит…

Девушка многозначительно посмотрела на Бёрнис и Мэд и добавила:

— Так что шансы у нас есть. У всех.

Бёрнис чуть не фыркнула, но сдержалась, потому что Мэд под столом вовремя пнула её ногой. Бёрнис нагнулась к подруге и с улыбкой сказала:

— Девушки в Визидарии такие же, как и в человеческом мире.

— Девушки везде одинаковые, — тихо ответила ей Мэдлин, — сердце в груди у всех одно.

В это время Уильям соскочил с лошади и помог спешиться начальнику. Тот поправил шлем, и, прихрамывая, двинулся к ремесленникам. Они все успели встать из-за стола и выйти навстречу главе.

— Друзья, — Август горячо обнял каждого ремесленника дрожащими от волнения руками, — я не мог сидеть в Медикате, ожидая вас. И как символично, что встретились мы здесь, в Трёх ручьях, где жили многие из ваших предков.

Над маленькой Янмей Август прослезился, поднял её на руки, и, повернувшись к войску, которое успело спешиться и построиться в шеренгу, скомандовал:

— В честь Прославленных ремесленников!!! Слава!

И воины, вытянувшись, стукнули кулаками по правому плечу, вскинули ладони и как один крикнули:

— Слава! Слава!

Август обвёл дружину растроганным взглядом и скомандовал:

— Отдохните, воины!

И солдаты растворились в толпе. Августа подсадили к ремесленникам и налили большой кубок зелёного эля.

Тут же снова раздалась музыка, кто-то уже тащил из ближайших домов новые столы, опять закружились юбки и застучали об мостовую каблуки.

— Какие чудные туфли! — воскликнула Янмей, показывая на обувь танцующих, — и все такие разные!

Обувь у визидарцев, действительно была чуднАя: расшитые цветами туфельки, сплетенные из верёвок тапочки, изогнутые деревянные клумпы и даже сапожки, сшитые из лоскутов сверкающей чешуи. Сложно было бы найти две одинаковые пары.

— О-о-о, — протянул гном с длинной бородой, свитой в косу. Он сидел рядом с Янмей и слышал её слова:

— Для визидарца обувь — это, как ни странно, его лицо. Символ самовыражения. Визидарец с детства придумывает обувь, которую будет носить. Когда меняется визидарец: его планы и убеждения, это можно определить по его обуви — она обязательно станет другой! Самый лучший подарок — хорошие туфли. У нас есть поговорка: «Если подошли подаренные туфли, значит, этот визидарец знает про тебя всё!»

Янмей удивлённо посмотрела на обувь самого гнома. На нём были высокие кожаные сапожки с кармашками набитыми мелочевкой.

…После обеда ремесленников проводили в сад, где для них были приготовлен огромный белый шатёр переговоров. В нем стоял круглыйкаменный стол, вокруг которого примостились стулья. Ремесленники расселись и к ним вошёл Август. Он что-то тихо сказал Уильяму и тот быстро удалился. А глава подошёл к столу, оперся об него и стал говорить, переводя взгляд с одного Прославленного на другого:

— Скоро мы продолжим с вами путь в Медикат. Там нас ждут большие празднования и гуляния, — Август глубоко вздохнул и продолжил. — Мы долго вас ждали. Но не теряли времени зря. Наверное, вы хотите узнать, что же случилось тогда, четыреста лет назад, когда страна была почти уничтожена за три дня и спасена лишь усилиями ваших предков? Когда-то Визидария процветала. Она отличалась от остального мира невероятным развитием наук. Ремесленники — самые умные из визидарцев, те, которые выбрали путь служения народу, придумывали и делали толы с ауксилами. Люди, сталкиваясь с нашими достижениями, принимали их за волшебство и боялись. А значит, хотели нас уничтожить. И мы полностью отсоединились от человеческого мира. А потом ремесленники достигли высшего уровня — создали волшебную палочку. Весь свет визидаров учился в Ремесленных Мастерских. И жизнь была прекрасна. Но недаром мы селились подальше от людей, — Август сморщил нос, оглядел Прославленных и сказал, — знаете, даже представить не могу, как вам жилось среди них, наших врагов… Восхищаюсь вами и вашими предками, которые принялирешение — спрятать лучших в мире недругов, чтобы изучить их повадки изнутри. Найти против них оружие и потом разом одолеть. Люди…Они устроили Ужасную битву.

Август остановился, перевести дыхание. Взор его затуманился слезами. Он никак не могу унять дрожь в руках. Наконец, собрался с силами и продолжил повествование:

— После мы, конечно, разобрались, что случилось. Всё зло обрушилось от одного визидарца, в коем, человеческая природа, победила визидарскую. Но мы уверены, что он не мог действовать один. Несомненно, за ним стояли люди. И Это существо — Хьюго Хармус. Вот все материалы о нём, — Август взял из рук вернувшегося Уильяма толстую папку и протянул ремесленникам. — Здесь вы найдёте сведения о его семье, оего родителях. Об их чудесном семейном ауксиле — Древе Жизни, который они уничтожили. О том, что этот… человек… ибо я не могу называть его визидарцем, создал малумов… Визидарцы сражались с ними, как могли. Бой шёл три дня…

Август от волнения больше не мог говорить. Он сел и кивком головы попросил продолжить Уильяма.

— Малумы — бесплотные твари, убивавшие лучших, — сказал Уильям. — Они высасывали жизнь из визидарцев, особенно ремесленников, и охотились на толы. Поэтому многие толы были уничтожены самими жителями Визидарии, чтобы не достались врагу. Ваши предки придумали, как защитить страну. В этом помогла Башня Силы, объединённая энергией со столпами погоды и кенотафами. Столпы были установлены давным-давно, как ауксил, регулирующий погоду в стране, а кенотафы — это камни в которые превратились все визидарцы, погибшие в первых боях близ священных деревьев. Среди этих кенотафов есть и камень Аластара Справедливого.

Он — величайший воин в истории Визидарии и самый почитаемый визидарец. Если бы он выжил, то, несомненно, нашёл бы способ уничтожить людей и зло, исходящее от них, каким-нибудь бескровным способом. Те ремесленники, что выжили в первый день битвы, создали защитную стену, которая работает до сих пор. Как мы понимаем, защитная стена получилась настолько толстой, что руины замка Хармусов — Дагхэта застряли в её толще навечно. Когда-нибудь он умрет. Как и его малумы. Тогда умрёт корень зла. Нам осталось только ждать. Но с вами теперь ничего не страшно. Мы ждём от вас, чтобы вы охраняли защитную стену, и занялись прежде всего непосредственным делом, которым занимались ваши предки — созданием толов и ауксилов для народа Визидарии, чтобы облегчить стране жизнь. А для этого надо восстановить Стоунбон. Он заперт под защитным куполом и ждёт вас.

Август снова встал и сказал:

— Мы хотим вам вручить сиреневые пояса ваших предков. Они хранились, как реликвия. В Визидарии — это всегда было высшим знаком отличия и за последние четыреста лет этих поясов было вручено всего пять.

Уильям принёс потёртые шёлковые ленты и стал вручать пояса каждому ремесленнику.

Когда он подошёл к Бёрнис, то нечаянно уронил шёлковую ленту к её ногам и сильно смутился. Они одновременно присели за ней и соприкоснулись руками. Уильям стушевался, но Бёрнис тихо сказала: «Ничего страшного», и ласково коснулась его пальцев, успокаивая. Он почувствовал, что от Бёрн пахнет лесом и летними травами. И было что-то в этой девушке близкое, сердечное, будто он знал её когда-то давно, а потом забыл. А вот сейчас она вернулась.