Чтение онлайн

Существенным недостатком шнелльботов, которые выяснились только при подготовке плана обороны, была невозможность сообщения на большие расстояния. Информационный снаряд попросту нечем было запускать. А торпеды с их медленной скоростью подходили для почтовой связи далеко не всегда. И кроме того их следовало экономить. При длительном бое отправлять сообщения требовалось довольно часто.

Графиня не раз обдумывала, и даже писала в штаб, что следует изменить проект и поставить на шнелльботы хотя бы по одному стволу. Но и сама прекрасно понимала, что установка повлекла бы серьезное изменение конструкции, прежде всего потребовала бы высвобождения центральной оси, где сейчас располагались три ускорителя маршевых двигателей. Орудие нуждалось в более продвинутой прицельной системе, дополнительных накопителях энергии. Следовало поставить более мощный энергетический реактор, а к нему радиаторы большей площади. Изменения росли бы, как снежный ком, неизбежно привели бы к уменьшению полезного объема, а значит к уменьшению запасов топлива и боеприпасов. В конце концов, шнелльботы стали бы обычными эсминцами.

В том числе ради этого, в первую очередь ради этого они с Вальтером придумали объединить корабли в пары. К сожалению, пар получилось только три и для некоторых идей пришлось задействовать обычные транспортные суда. А теперь она потеряла «Алькатрас» и осталась без дальней связи.

— Мэм, прошу прощения, — обратился к ней боцман.

— Да, мистер Янг? Вы закончили погрузку?

— Нет, мэм. Ещё час или полтора, если вместе с заправкой. Но я на счет связи, мэм.

— Слушаю вас.

— Мы могли бы использовать почтовую станцию, мэм, — сказал Бредли Янг.

По какой-то причине противник после отправки капсулы на Волчицу не тронул почтовую станцию. Не пустил по ней торпеду, не приказал покинуть персоналу или как-то еще заблокировать работу. Скорее всего их командор собирался идти напролом до самого Барти и на такие мелочи просто не обращал внимания. Он мог себе это позволить при таком-то перевесе сил.

— Но капсула разгоняется несколько часов. И кроме того её будет проще перехватить. Любая торпеда с обычным ядерным зарядом или шрапнелью сорвет парус.

— Верно, мэм. Но капсулу разгоняют лазером ради того, чтобы доставить почту в иную звездную систему. А если же обойтись без разгона…

— Это возможно? — графиня прищурила глаза.

— Я же сам работал на станции под начальством коммандера Тавиани, мэм. Тогда он, правда, был еще кадетом.

— А откуда капсула возьмет энергию для прыжка? — знания Ады Демир о почтовой службе зияли прорехами.

— Вся суть в парусе, мэм. Он выполняет одновременно роль собственно паруса, преобразователя энергии и конденсатора, который сбрасывает электрический импульс на генератор и контур капсулы в нужный момент. А заряжается по ходу дела от того же лазера и довольно быстро. Если не разгонять шесть-восемь часов, как обычно, а чпокнуть сразу, то это займет всего несколько секунд, а скорость входа будет двести километров в секунду, даже чуть больше. Домчит с ветерком, мэм!

— Спасибо, мистер Янг. Вы очень помогли нам. Мистер Тримбл, свяжитесь с почтовой станцией, узнайте, остался ли там кто-то из персонала?

— Кто у нас успеет вовремя на перехват? — подумал вслух Вальтер, разглядывая схему системы.

— Я бы сформулировала иначе, — произнесла графиня.

— Слушаю вас, миледи, — Вальтер оторвался от схемы.

— Нам нужен тот, кто находится как можно дальше от точки перехвата, чей манёвр не заметят, а если заметят, то не просчитают. И… — она улыбнулась самой зловещей из своих улыбок. — Я хочу перехватить их прямо в точке ухода в гипер. В гребаной точке Х. Не раньше!

— Хотите поймать их со спущенными штанами, миледи? — улыбнулся в ответ Вальтер.

В его устах слова приобрели особую пикантность.

— Вряд ли они позволят, но мы попытаемся.

Толстых стационарных ракет системной обороны на Новую Австралию не завезли. Если в точку Х направить обычные торпеды, с неподвижного корабля или астероидной базы, то, во-первых, их пуск заметят заранее и тогда жертве потребуется всего лишь слегка изменить положение, а во-вторых, эти залпы окажутся неточны из-за низкой начальной скорости. Кроме того, после выхода из гипера торпедам с ИРЛ или ЭМИ потребуется больше десяти секунд на ориентацию. За это время противник тоже успеет среагировать и ускользнуть. Однако, перед самым уходом в гипер, корабли сворачивают периферию, становясь слепыми и глухими.

Идея Ады Демир выглядела просто — отправить в атаку корабль с края системы, где его разгон даже не заметят. А корабль способен разогнаться куда быстрее торпеды, и когда он вынырнет в нужном месте в момент сворачивания противником периферии, то выдаст прицельный залп практически в упор, чем потенциально нанесет серьезный ущерб.

Конечно, Хищник-5 может начать прыжок на несколько минут позже, пойдя после завершения коррекции по баллистике, что почти не повлияет на точность. Но и атакующий корабль может промедлить с залпом. Если все правильно рассчитать. Хотя вряд ли Хищник останется в системе больше, чем нужно. Здравомыслящие капитаны и шкиперы не любили находиться в пространстве, где ведутся боевые действия. Если только в системе не произойдет что-то непредвиденное, что заставит их задержаться. А как раз на этот фактор графиня могла повлиять.

— Мы не будем никого атаковать или отправлять конвой с орбиты, до атаки на Хищника-5. Мистер Донаван, подготовить приказ, всем сидеть ровно.

— Да, мэм. Кого отправим на перехват? — спросил Вальтер

Собственно выбор у графини был невелик. Если отпадает сам «Принц», то в активе остается только две пары. Шпак-Кречман и Пирсон-Ротберг.

— Шпака и Кречмана я бы все же хотела оставить про запас, — подумала вслух Ада Демир. — Они в тылу наступающих эшелонов, это можно будет позже использовать. И кроме того, их разгон могут заметить. Кто знает, сколько ещё кораблей противника скрыто на этом векторе? А вот Пирсон и Ротберг совсем другое дело. Они по сути сидят в пустоте, куда никто не смотрит. Да и достаточно далеко, чтобы не успели увидеть, даже если и смотрят.

Шнелльбот «Король Йон» с командой, перешедшей с «Нибелунга», и коммандером Клодом Пирсоном, а также вспомогательный крейсер «Аранхуэс» под командой Поля Ротберга находились в точке ожидания на векторе выхода с двойной системы Весельчак. Парочка красных карликов являлась следующей после Надаля системой, со стороны которой ожидалось прибытие противника. Этот вектор находился вне плоскости эклиптики, ближе к северному полюсу системы. И обычно в ту сторону никто не смотрел.

— Есть один минус. Им придется атаковать под острым углом, — заметил Лемэтр. — Практически на встречных курсах. Значит, взаимное положение будет быстро меняться.

Верно. Это сокращало сектор стрельбы и время на принятие решения, по сравнению с атакой по догоняющей траектории. Фактически придется бить с лету. Кроме того, у атакующих скорее всего будет всего один залп. И если они промажут, то противник уйдет, потому что изменить курс пара Пирсон-Ротберг уже не сможет.

Неповрежденные корабли спокойно отправятся на Карлик717 и тогда графине придется отряжать кого-то за ними в погоню. Причем отряжать-то уже некого.

— Даже если мы выбьем только танкеры, то уже сорвем их быстрый марш по Кудряшке, — решила графиня. — Эвелин, сделайте мне расчет на перехват группой Пирсона Хищника-5. Так, чтобы наши корабли прибыли к точке Х за несколько минут до ухода.

«Принц» закончил погрузку торпед и заправился, после чего ему вновь придали вращение, чтобы обеспечить команде привычную тяжесть. Как раз к этому времени ОКП произвел обработку данных и подготовил сценарий. Обсуждать операцию по переговорному устройству было не очень удобно. Отдав мостик вахтенному офицеру капитан, старший помощник и начальник штаба поднялись на палубу выше.

— Итак, миледи, господа, — встретила их улыбкой Эвелин. — Мы исходим из того, что группа Пирсона находится от точки Х в одном миллиарде пятистах четырнадцати миллионах восьмистах восьмидесяти тысячах километрах.