Чтение онлайн

Рьйолло не знал, что это была за цель. В момент, когда было получено сообщение, старик находился в лагере и набирался сил после тяжелой трудовой недели. К тому времени путь по их просеке из конца в конец занимал ровно день от объявления утра и до самого объявления ночи. Орт Бреку оказался высоким сухопарым молодым человеком с надменным взглядом. Большую часть времени он проводил в шатре. Когда пришла весть о достижении цели, орт Бреку и отряд сопровождения отправились к ней по просеке.

В лагере царило облегчение: никто по-прежнему не знал, что за цель была достигнута, но сам факт ее достижения говорил о том, что задача выполнена и в скором времени можно будет отправляться домой. Рьйолло же такое развитие ситуации не сильно радовало. Ему нужно было добраться до Харлфундура и способов сделать это, кроме дезертирства, он не видел. Останавливал его лишь страх не дойти до крепости, став набором запасных частей для местной фауны.

Сомнения старика разрешила сама судьба. "Это тебя кличут Нахрапом?" - послышалось однажды за спиной, когда Рьйолло возился с костром. Обернувшись, боргвин увидел трех орденских рыцарей в белой броне. Такие очень редко снисходили до разговоров со сбродниками. "Да... Рьйолло. Рьйолло Нахрапом, если быть точным..." - "Собирайся. Пойдешь с нами".

Их было около тридцати человек. Меньшим количеством по просеке не ходили. Все хорошо экипированы: летучие веретена-дротики у рыцарей, взведенные арбалеты у стрелков. Они беззаботно разговаривали между собой и никто не обращал внимания на сопровождаемого старого боргвина, словно того и не было. Так было до тех пор, пока на просеку не выкатились и не расправили длинные многоколенчатые ноги какие-то паукообразные существа. Один из белых рыцарей крикнул: "Старик, слушай приказ: держаться нас, не отходить!" В чудовищ полетели дротики, защелкали арбалеты. Три были уничтожены снарядами, четвертая тварь добежала до отряда, и ноги ее вонзались в землю в попытках проткнуть бойцов, а тело раскачивалось где-то на уровне древесных крон, будто выцеливая жертву. В один момент оно обрушилось на рыцаря совсем рядом с Рьйолло и прибило его к земле, несмотря на то, что тот прикрылся щитом. Но летучие копья уже вернулись к своим хозяевам и тут же отправились в чудовище, несколько раз глухо ужалив его тело. Тварь запнулась и рухнула, словно подрубленное дерево. "Придется жечь," - сказал тот, кто командовал отрядом: "Старик и еще пятнадцать - за дровами, остальные - живо на разделку останков". Делали все быстро и отлаженно. На просеку были нанесены дрова, сложены костры. Мертвые длинноногие гиганты были разрублены и брошены в огонь. Только после того, как последняя часть существа превратилась в угли, отряд затушил пламя и двинулся в путь. Теперь шли быстро, и Рьйолло, хромая и дымя трубкой, еле поспевал за воинами.

Путь был завершен, когда на голубом небе взошла луна. Между деревьев показалась бревенчатая крепостная стена, напряженное молчание спало, и к отряду вернулась та бодрость, которая сопровождала их в начале пути. От ворот Рьйоло повели сразу в большой теплый каземат, в котором располагались покои орта Бреку и его приближенных.

– Так ты тот самый боргвин, что жил в этих местах?
– задал вопрос орт сразу, как только Рьйолло оказался на пороге небольшой, хорошо освещенной комнаты. Рядом с Бреку стоял пожилой человек в длинном одеянии и внимательно изучал вошедшего боргвина.

– Точно так, достопочтенный орт Бреку, - запинаясь, произнес Рьйолло, припав для верности на одно колено.

– Что ж, не будем откладывать дело в долгий ящик. Расскажи нам, добрый боргвин, как идут дела в твоей крепости, сколько там человек, сколько провизии, нужна ли Вонючей горе какая-либо помощь?

– Этого я не знаю, достопочтенный орт. Я покинул эти места два с немногим десятилетия назад. Когда я уходил, нас не насчитывалось и трех десятков. Большего я при всем уважении рассказать не могу. Всею душой хочу я вернуться в свой дом, но с каким намерением выпытываете вы у меня эти сведения, я не знаю, а от того боюсь навредить Харлфундуру. Уж очень много бед претерпела эта многострадальная крепость.

– Старик, ты смеешь торговаться?
– возмутился человек в длинном.

– Спокойно...
– осадил его орт Бреку.
– Боргвины - народ упрямый. Я бы не хотел, чтобы... Как тебя зовут?

– Рьйолло, орт. Рьйолло Нахрап.

– Так вот, я бы не хотел, чтобы Рь... чтобы Нахрап видел нас своими врагами. Мы не враги. Однако же я вижу, что разговор нам предстоит достаточно долгий. Проводите нашего друга Нахрапа в каземат, как следует накормите и выделите отдельное спальное место. Завтра утром я расскажу тебе, мой дорогой боргвин, то, чего без меня ты бы никогда не узнал. Вероятно, тогда ты будешь более благосклонен к нам. А сейчас ступай спать, утро вечера мудренее, как говорят в народе.

На поздний ужин была похлебка из бобов с репой, а спальное место было определено в казарме: хорошая кровать с простыней и одеялом. Рьйолло давно не ел хорошей еды и не лежал на хорошей постели, но заснуть у него не получалось. В голове резвились мысли: сомнения в честности орта Бреку сменялись радостью от близости родного дома. Размышления, так и не приведшие ни к чему, прервала команда "подъем". После не менее роскошного, чем ужин, завтрака Рьйолло вновь предстал перед ортом Бреку и человеком в длинном одеянии.

– Доброго тебе утра, боргвин, - произнес Бреку.
– Я вас не представил вчера. Этот почтенный орт рядом со мной - архивариус белого ордена, доктор философии и богословия Сэнтар Кенвортский.

Человек в длинном едва заметно кивнул на глубокий поклон Рьйолло.

– Именно его стараниями сегодня мы здесь, - продолжал Бреку - Именно он разгадал суть этой плеши и причину, по которой она наступила на земли Харл- эммм...
– фундура.

Прочитав в глазах старика искреннюю заинтересованность и ошеломленность сказанным, орт Бреку спросил:

– Слышал ли ты, добрый боргвин, о Стекольных войнах?

– Так точно, достопочтимый орт, все вокруг только о них и говорят.

– Ах да, конечно. И что говорят?

– Эммм... Я не сильно сведущ в вопросах политики, орт... Слышал, что некоторые торгаши возомнили о себе невесть что, поддавшись влиянию Тьмы и демонов, посягнули на целостность Священного Союза Государств Мира Дольнего и потерпели закономерное поражение, достопочтимый орт.

– Что ж. Весьма забавная интерпретация и, больше того, недалекая от истины. Однако же позволю себе несколько расширить твой кругозор в области политики и военного дела и скажу, что войны начинаются задолго до начала боевых действий и оканчиваются сильно после них. А потому, несмотря на то, что армии тех сил, что задумали поменять порядок в Мировой Чаше, были разбиты, необходимо произвести много работы по уничтожению самих причин, по которым произошли эти ужасные и кровавые события.

– Верно, орт. Война - дело препоганое.

– И каково же будет тебе узнать, что именно Вонючая гора сыграла в этих войнах весьма значительную роль?

– Харлфундур? В Стекольных войнах?

– Да-да. Немалое количество воинов Ингирата было убито снарядами, выпущенными благодаря вашему харл-фундурскому пороху, дорогой Нахрап. Но я не виню вас. Вы делали отличный порох, и не удивительно, что нашлись те, кто возжелал его приобрести. Кроме того, харлфундур, сам того не зная, посодействовал нам в борьбе за целостность Ингирата, восстав против своего поработителя - гильдии Валленрух.

– Красный петух?

– Верно. Именно красный петух изображен на их эмблеме. Эта гильдия снабжала вооруженные силы Стекольного Сговора порохом и отчасти вооружением. После войн гильдия Валленрух была ослаблена, и нам оставалось лишь предать ее трибуналу и уничтожить. Когда я был юн, гильдия красного петуха уже являлась весьма могущественной организацией, и ее щупальца были во множестве запущены в самые разные места и структуры Союза Государств Мира Дольнего. Одно из щупалец было внедрено в Харлфундур, а заправлял этим делом мой родной дед. Я же оказался куда более дальновидным и вовремя сменил сторону, когда почуял, куда дует ветер. Мне остается только поаплодировать стойкости и упрямости жителей Вонючей горы, которые иссушили и уморили это щупальце вместе с моим дедом. Он был честолюбив и жаден, а эти качества не всегда доводят до добра. Начав карьеру скромным торговцем благовониями, мой дед к концу жизни стал главным поставщиком пороха на арену боевых действий Стекольных войн.