Чтение онлайн

Значит, вот как они соблюдают соглашения. «Портер Девелопмент», похоже, твердо намерены снести здание. Неужели мы с Карли станем следующими Бенами Симмонсами?

Пальцы яростно летают по экрану, пока я пишу сообщение Коулу.

Скай Холланд: Я скоро закрываю магазин. Можно заехать к тебе после?

Ответ приходит быстро, и, к счастью, тоже в виде сообщения. Я не уверена, что смогла бы скрыть эмоции по телефону, а этот разговор хочу провести лично.

Коул Портер: Да. Я буду дома к семи.

Я стою в лобби «Амены» в шесть пятьдесят восемь. Пальцы подергиваются, я слишком на взводе от адреналина и нервов. В голове крутятся возможные сценарии. Он признает, что интрижка была лишь забавой, что никогда и не планировал соблюдать договор. Кривая усмешка, искаженная сарказмом.

Или, что еще хуже, скажет, что у книжного изначально не было ни единого шанса, а его глаза будут такими же покровительственными, как у того рабочего, которого прислал сегодня. С каждым этажом, что я проезжаю на пути к его пентхаусу, нервозность нарастает.

Двери лифта открываются в пустой коридор. На кухне его тоже нет. Я заглядываю за угол, всматриваясь в сторону гостиной.

— Коул?

— Иду!

Он выходит из домашнего кабинета, одной рукой дергая галстук на шее.

— Ты быстро.

— Еще бы. Что сегодня произошло?

— О чем ты?

— Ты прислал своего человека в магазин.

Его лицо застывает.

— Я ничего такого не делал.

— Некий Макс Блейкфилд, видимо, считал иначе. Он заявился замерять магазин для «правильно подобранного» разрушительного шара. Сказал, что место сравняют с землей в течение месяца — и если я считаю иначе, то лучше поговорить с боссом его босса, — я широко развожу руками. — И вот я здесь.

Коул медленно качает головой.

— Я не знаю никакого Макса Блейкфилда. Должно быть, один из подрядчиков.

— На нем была футболка с вашим логотипом. Выглядел как строитель, — взгляд цепляется за его дорогой костюм, плотно облегающий фигуру. — Я имею в виду настоящего строителя. На нем были ботинки и рабочие брюки.

В его голосе звучит тонкая нить предупреждения.

— Он ошибся. Компания все еще планирует соблюдать соглашение.

— Имеешь в виду — ты планируешь.

— Да, — говорит он, будто это одно и то же. Но все не так.

— Твои сотрудники, похоже, думают иначе, — я тяжело сглатываю, вскидывая подбородок и встречаясь с ним взглядом. — Мы видели вчерашнюю статью. Карли сомневается, что ты вообще соблюдаешь какие-либо договоренности.

— А, — он буквально выплевывает это слово сквозь зубы. — Так вот к чему все это на самом деле, да? И Карли — единственная, кто сомневается?

— У меня тоже есть сомнения, — честно говорю я. Сомнения в нас. В том, что ты делал. И почему это делал.

— Девятьсот слов в газете, и ты уже в панике. Я думал, ты сама писательница, Скай. Знаешь, как все перекручивают, — слова звучат игриво, но тон — совсем нет.

— Так это неправда? То, что он сказал в интервью? — спрашиваю я. Коул просто смотрит на меня, и тишина между нами становится тяжелой так, как никогда раньше. Я в ярости от собственной уязвимости перед ним — от того, что чертовски важен ответ. Что дала ему эту власть над собой.

— Заставлял ли я Бена Симмонса подписывать соглашение о неразглашении? — спрашивает он, и голос дрожит от едва сдерживаемой ярости. — Да. Отстранил ли я его от бизнеса? Да. И сделал бы это снова не раздумывая, Скай.

Кажется, что моя грудная клетка схлопывается, сжимается; гнев и страх перекрывают возможность ответить.

— И теперь ты задаешься вопросом о моем характере, — продолжает он. — О том, на что готов пойти, чтобы получить желаемое.

Я едва заметно киваю, сжимая кулаки так сильно, что ногти впиваются в ладонь.

— Говорят, ты безжалостен. Что всегда побеждаешь. Может, ты намеренно подослал сегодня своего человека в магазин, чтобы вывести нас из равновесия. Может, и нет, но с тем же успехом мог бы, Коул. Мы заключили сделку.

— Попридержи коней, — предупреждает он.

Но мысли скачут от одного вывода к другому.

— Все это время я думала, что спать со мной для тебя — это просто веселое времяпрепровождение. Хороший секс. Может, даже спортивный интерес. Но теперь... это было для того, чтобы сбить меня с толку? Чтобы получить рычаг давления?

Тень быстро пробегает по его лицу, челюсть каменеет.

— Что?

— Ты не любишь проигрывать. Бен Симмонс это подтвердил. Ты сам только что это подтвердил, сказав, что он не соврал.

Коул принимается расстегивать запонки на рубашке резкими, порывистыми движениями.

— Нет, я не люблю проигрывать. Ты, кстати, тоже. Мы оба азартны.

— И что?

— Я могу быть козлом. Ты сама на это указывала. Но, насколько мне известно, я не аморален.

— Я не это имела в виду.

— Ты только что спросила, трахаю ли я тебя, чтобы получить преимущество в деловой сделке. Не то чтобы я понимал, как именно это поможет. Твой бизнес что, теряет прибыль с каждым оргазмом? — он качает головой с невеселой улыбкой на лице. — Я этого не делаю, если что.

— Ты признался, что вышвырнул из компании лучшего друга. Как я могла не спросить?

Коул упирается руками в кухонную столешницу.

— Хочешь знать правду о Бене и Елене, его любящей жене? Мы с Беном строили бизнес вместе. Я занимался стратегией, а он привлекал инвесторов. У него всегда был глаз наметан на маркетинг и создание красивых историй, — он делает глубокий вдох, качая головой. — Ближе к концу перестал справляться. Прогуливал деловые поездки. Принимал плохие решения, не советуясь со мной. Но он был моим лучшим другом, поэтому я давал вторые шансы.

— Оу, — выдыхаю я.

Его голос грубеет.

— Елене не нравилось, что я так много работаю. Она была моей невестой, между прочим. Об этом они в своем маленьком интервью не упомянули, — он отворачивается от меня, желваки на лице ходят ходуном. — Они спали друг с другом почти два года, когда я об этом узнал.

— О, Коул...

— Так что да, я выставил его вон. Это было нетрудно. На моей стороне была лояльность сотрудников, большая часть акций, доверие клиентов. Но я оставил ему больше денег, чем кому-либо может понадобиться за всю жизнь.