Чтение онлайн

Переоборудовали его уже здесь. [127] Сняли дверь грузового люка и установили на аналог морской тумбы списанный морской пом-пом. Двухфунтовое автоматическое орудие – позволяло разделывать в хлам даже укрепленные позиции противника. Для поддержки и для более легких целей – рядом установили спарку танковых пулеметов БЕСА, стрелявшую автоматически, с помощью электроспуска и не наводящуюся оператором – из наведение осуществлялось за счет поворота корпуса всего самолета. Для того, чтобы освещать поле боя – были прорезаны небольшие люки и в них были установлены стандартные морские ракетницы, перезаряжаемые вручную.

Эти самолеты – а их строили самостоятельно, без одобрения Имперского генерального штаба и уже построили пять штук – использовались для патрулирования и охраны караванных дорог, а так же для борьбы с бандами налетчиков и угонщиков скота в горах. Для них – было организовано несколько аэродромов подскока, очень примитивных и не обозначенных ни на какой карте, все оборудование которых представляло собой блиндажи, костры из пропитанного солярой тряпья и блиндажи для солдат ВВС, охранявших аэродромы и для емкостей с горючим. Служба в таких местах была не сахар, но… это была служба, которую надо было нести с честью.

Один из аэродромов подскока находился на самом краю пустыни Руб эль Хали, и именно поэтому – сэр Роберт оказался несколько незапланированным пассажиром этого самолета в несколько незапланированном полете.

Сидений не было – и потому он весь полет был вынужден просидеть на патронном ящике с патронами для двухфунтового пом-пома. В огромную дыру в борту – сэру Роберту с трудом удавалось подавить иррациональный страх, в его вселенной командира стратегического бомбардировщика такая дыра означала, что самолет серьезно поврежден снарядом тяжелого зенитного орудия и может не дотянуть до аэродрома. Сама дыра – была перекрыта сетью, такой же, как на авианосце для аварийных посадок самолета – примерно наполовину, чтобы орудийная прислуга (иного слова тут и не подберешь) не выпала из самолета при маневре или сваливании. На пом-поме – стрелок был пристегнут к сидению ремнями.

Пустыня была живой. Есть мертвые пустыни – такие, как например, большие пустыни севернее, там нет воды, практически нет топлива для костров и потому ночью такие пустыни – безжизненная, пугающая, черная пустошь. Здесь же – то тут, то там горели костры: горцы, пустынники-бедуины – вставали таборами недалеко от дорог, ходили друг другу в гости, обменивались новостями, до которых тут все большие охотники, торговали тем, что у них было, чаще обмениваясь товарами, чем продавая их за деньги. Просто деньги тут ходили далеко не везде, и адекватных цен на многое просто не было. Сюда же пригоняли выращенные в горах во время сезона муссонов стада и потихоньку резали, продавая мясо армии, горожанам и морякам.

Сэр Роберт думал о том, что если в пустыне попадутся бандиты – то будет хоть какое-то веселье, все таки – стрельба из двухфунтовой пушки с самолета – веселье еще то, можно будет хоть немного встряхнуться. Но бандиты как на грех не попадались…

Аэродром подскока, до которого они добрались еще потемну – представляя собой просто каменную пустыню на краю пустыни песчаной, расчищенную от камней, примитивным способом выровненную и обозначенную кострами из тряпья, местного кустарника, который сгорал быстро и совсем почти без тепла и топлива. Здесь жили около двадцати человек, единственной задачей которых было поддержание готовности и защита импровизированной базы. Увы, меньшим числом персонала – эту задачу было не решить, вот и прозябали двадцать подданных Его Величества на краю обитаемого мира, в такой дыре, что и не выскажешь. Каждый самолет, отправлявшийся сюда – вез им консервированную еду и воду в бочках.

Попрощавшись со всеми, сэр Роберт собрал свои вещи, впрягся – иного слова тут и не подберешь- в свой неподъемный рюкзак. Попрощавшись со всеми – пошел на запад…

Руб эль-Хали – место, где каменные отроги Йеменского нагорья перерастают в бесплодную пустыню, разделяющую центр и юг Аравийского полуострова. Это одно из наиболее опасных мест на земле.

С юга от Руб эль-Хали – находится зона племен, федерация княжеств находящаяся под протекторатом Российской Империи. Несмотря на нынешнюю относительную дикость – в Средние века это было одно из благополучнейших мест на земле, достаточно посмотреть на старинные каменные небоскребы в глубине страны, в городе Санаа и на старые портовые сооружения порта Аден, некогда входившего в десятку наиболее загруженных портов мира. Раньше – в нем разгружались все благовония, все дары Востока, отправляемые в Европу, после чего их путь продолжался уже по земле, купеческими караванами. Смола и благовония тогда стоили дорого, потому – в горах завелись и бандиты, специалисты по грабежам и нападениям на караваны. Их называли муртазаки, и они сохранились до сих пор, став одним из самых искусных грабителей и налетчиков на земле. Вопреки общепринятому мнению, они не верят в Мохаммеда, их вера – представляет собой смесь самых разных религий, позаимствованных из рассказов пленных и ограбленных, густо замешанная на племенном традиционализме. Важная часть правил, по которым живут эти люди – правила тхаара, или кровной мести.

С юго-востока – располагается примерно такое же, но менее гористое государство, именуемое Оман [128] и оно находится под протекторатом англичан, смертельных врагов русских. Оман – представляет собой метрополию давно созданного могущественного пиратского государства, первым правителем которого был пират Ахмед Зафари. Тогда это государство – включало в себя побережье и острова Персии, часть современного Йемена, Сомали, Занзибара. Те времена давно прошли, и в руках англичан осталась лишь метрополия, крохотный кусочек Аравийского полуострова. Но с него – вполне можно перейти в наступление и англичане давно мечтают это сделать.

С севера – на Пустынную четверть налегают несколько государств, главные из которых – эмираты Хиджаз и Джебель – Шаммар. Все это довольно дикие, не привязанные к благам цивилизации пустынные государства, главная ценность которых в том, что они контролируют Персидский Залив и Красное море. А значит – и немалую часть нефти и стратегический водный путь в Британскую индию и вообще из Европы – на Восток. Правда, говорят, что русские геологические экспедиции уже нашли нефть и на территории Аравийского полуострова. Что ж… иншалла, это принесет процветание и сюда, на бесплодные пустынные земли. Когда-нибудь.

С востока – у Руб эль Хали расположены территории нищих и заброшенных малых эмиратов, о которых даже нет смысла упоминать. Там ничего нет, кроме песка, моря, солнца и непередаваемой дикости. Например, Дубай – если бы здесь не добывался настоящий аравийский жемчуг, об этой дыре на краю света и говорить бы не стоило.

Руб эль Хали занимает территорию более полумиллиона квадратных километров. Она почти безлюдна, единственно – на окраинах ее расположены небольшие города, а по самой пустыне – бродят привычные ко всему бедуины – кочевники, отличные проводники, и не менее примечательные бунтари, не признающие над собой решительно никакой власти. Пустыня – выполняет каждую роль в местной жизни. Она разделяет племена и династии – иначе, смертельно враждующие, они давно начали бы друг против друга смертельную войну. Она выполняет роль укрытия для беглых – а их здесь всегда хватает, от беглых преступников, до беглых солдат. Наконец, из пустыни – появляются порой удивительные пророки, каким был Пророк Мухаммед, создавший религию, покорившую весь Восток и едва не захватившую Европу в Средние века. Однако, не приходится сомневаться в том, что если бы люди могли попросить Аллаха о несбыточном – первым делом они попросили бы убрать пустыню к… шайтану. Из пустыни – никогда не приходит ничего хорошего. То бандиты, то полчища всадников, чьи лица замотаны черными, а не белыми как у людей чалмами, то хамсин – чудовищный ветер с песком, который заметает целые караваны. Однако ж – увы. Несбыточное – навсегда останется несбыточным.

Город под названием Наджран – располагался аккурат в юго-западной части пустыни, на самом ее краю и на самой границе государства Йемен. Больше всего – он напоминал огромную, уродливую, непомерно разросшуюся деревню, которой не было и конца ни края – по местным меркам, конечно. Это место проживания независимого и воинственного племени Бануям, которое не принимало в подданство ни одно государство – но каждое не раз пыталось смять и уничтожить. Дело было в том, что бануямы -были рафидитами, [129] то есть – изгоями и предателями веры, которых настоящему мусульманину полагалось ненавидеть больше, чем самых отъявленных неверных. Однако, и шииты – платили умме тяжелой, хорошо прикрытой ненавистью, вредя, когда только это можно. Одним из принципов, по которому жили рафидиты – был принцип "такия". Он означал, что любая ложь – может быть сказана что неверному, что правоверному без греха, если это нужно для блага. На практике это выражалось в том, что шииты – маскировали себя под суннитов там, где они живут – но втайне верили в узурпацию и в последнего, двенадцатого имама, который придет и установит халифат на всей земле. Вера их – была искренняя и горячая, она требовала поступков в подтверждение и пугала даже ваххабитов, которых тут было – на десяток дюжина. Поэтому – между бануямами и основным, суннитским населением Аравии было установлено что-то вроде вооруженного перемирия, раз в несколько лет прерывавшегося кровавыми стычками.