Чтение онлайн

Князь никак не отреагировал.

– Вы прошли курс выживания?

– Как и положено в Сибири.

– Были в Рейхе?

Черт.. разговор сворачивал совсем не туда. Шаховской любил Рейх – хотя бы потому, что не менее половины его крови была немецкой, точнее – остзейской. Кроме того, он верил в дворянское братство, которому ни к чему границы.

– Несколько раз. С родителями на водах, жил у родственников в Кенигсберге…

– Крайний раз когда?

Петр Иванович себя выдал. Немного – но выдал. Слово "крайний" – используют авиаторы, использование слово "последний" является табу. Последний полет – это тот, из которого не вернулись…

– Два года назад. Принимал новую технику.

– Вам знакома структура Люфтваффе? Кто такие "метеорологи"?

– Конечно. Метеорологи – специальная группа наземных действий, входит в состав стратегического командования люфтваффе. В нее входят опытные десантники, специалисты по выживанию в экстремальных условиях. Их забрасывают с парашютом в глубокий тыл противника с целью наблюдения за метеорологической обстановкой в районе цели, разведки и обозначения целей, оказания помощи сбитым экипажам, и даже организации промежуточных аэродромов подскока с дозаправкой ударных средств. Курирует лично командующий Люфтваффе, рейхсмаршал авиации Герман Геринг. На вооружении…

– Достаточно. А про скандал с неким оберстом Ровелем слышали?

– Это тот, который в нарушение Цюрихских конвенций о шпионаже, занимался установкой разведывательных камер на гражданские самолеты Люфтганзы?

– Он самый.

– Слышал. Его лишили звания и отдали дело на рассмотрение офицерского суда чести.

Скандал и в самом деле был знатный. Началось все с того, что дальний гражданский транспортный самолет Фокке-Вульф Кондор запросил экстренной посадки в аэропорту Борисполь в связи с отказом сразу двух двигателей на одном крыле. Посадку разрешили, самолет сел благополучно – в том смысле, что все пассажиры остались живы и здоровы, их пересадили на экстренно вылетевший следом самолет и отправили дальше по маршруту. Поскольку Борисполь являлся одним из пунктов обслуживания компании Фокке-Вульф – двигатели решили менять прямо там, на месте, благо там были и двигатели. И квалифицированные немецкие механики, чтобы их поменять. Однако, на сей раз все пошло совсем не гладко, не так, как рассчитывали организаторы этого полета. Внезапно нагрянувшая русская жандармерия – взяла под стражу и самолет и летный персонал по обвинению в контрабанде. Когда же германская сторона заявила решительный протест – русские продемонстрировали две автоматизированные фотокамеры Цейсса для съемок с большой высоты, которые отнюдь не входили в стандартное оснащение самолета.

Скандал поднялся знатный. Оберст Теодор Ровель – возглавлял абвер-пункт при германском аэродроме Тегель в Берлине. Он ни в чем не признался – однако, имело место грубое нарушение Цюрихских конвенций, да еще в отношении союзника. Самолет следовал в Циндао через всю территорию России – и Россия дала понять, что такие полеты могут быть прекращены. В результате – оберста Ровеля освободили от занимаемой должности, лишили воинского звания и передали дело на рассмотрение офицерского суда чести. Было понятно, что неполадки сразу в двух двигателях, появление жандармерии, которая точно знала, что ей искать – не случайность, и оберст Ровель, как начальник абверпункта должен был понести ответственность.

Собственно говоря, тем же должен был заниматься и Павел Иванович Богачев, тайный советник и куратор новичка, князя Шаховского. Только в отличие от оберста Ровеля – Богачев ни разу не попался…

Павел Иванович улыбнулся

– А сами то верите?

– Во что, простите? В то, что его для вида осудят? Да, верю.

– Увы… вера ваша напрасна…

Павел Иванович достал из ящика стола лист бумаги, толкнул его по столу вместе с ручкой из письменного набора.

– Да, подпись расшифровка полностью…

Князь посмотрел на разграфленный лист. Это был текст присяги…

– А что… произносить вслух необязательно?

– У нас здесь свои порядки, еще привыкнете. Одно из правил: язык мой, враг мой.

Князь посмотрел влево и наверх. Император – внимательно смотрел на него с фотографической карточки, словно бы спрашивая: сдюжишь? Потянешь? Справишься?

Перед ним была новая жизнь. Его новая жизнь.

Резкими движениями – он начертал требуемое…

– Оберст Теодор Ровель – сказал Павел Иванович, убирая бумагу в стол – не только не повергнут суду офицерской чести, но и вообще никак не наказан. Он обнаружен нами в Киле, на главной базе Флота открытого моря, где есть первоклассный центр дешифровки аэрофотоснимков. Второй такой центр – судя по всему, расположен в Кенигсберге, в котором вы гостили…

Павел Николаевич постучал ручкой по столу, словно привлекая внимание

– Полковник Теодор Ровель – как, оказалось – является не сотрудником Абвера, он руководит ранее неизвестной нам секретной службой Рейха, известной среди своих как Лисья нора. Эта спецслужба – является личной разведкой маршала Геринга, подчинена только ему и не имеет никакого отношения к Абверу. Хотя ее сотрудники – часто прикрываются либо разведпунктами Абвера, либо и вовсе – представляются пилотами Люфтганзы и других авиакомпаний. По тем немногим сведениям, какие нам удалось узнать – первоначально служба была создана как служба получения и дешифровки аэрофотоснимков с использованием гражданских самолетов, но теперь ее полномочия даже расширены. Теперь – маршал Геринг независимо от Абвера ведет разведку в тылу потенциального противника и даже своих союзников, заводит и ведет формализованные дела на цели для стратегических бомбежек. Они же – решают задачи по повышению эффективности поражения целей с помощью технических средств наведения. В частности – с использованием радиомаяков, так называемых "воздушных торпед", [137] автоматически наводящихся на эти маяки. Вы все поняли?

– Мы должны их уничтожить?

Павел Николаевич недоуменно посмотрел на князя, а потом… расхохотался… Искренне и шумно…

– О господи… да нет, конечно. Какой смысл их уничтожать? Скажите на милость… уничтожить. Уничтожив Ровеля – мы ничего не добьемся, просто ему на смену придет еще кто-нибудь. Мы должны перенять их опыт, молодой человек. Сделать свою – Лисью нору. И вам – полагаю, выпадет честь в этом поучаствовать…

– Простите, каким это образом?

– Все в свое время. Вы, кстати, радиолюбитель-механик, верно?

– Верно – ответил Шаховской, уже ничему не удивляясь.

– Это вам пригодится в вашей работе. Но для начала – вы должны пройти дополнительную подготовку. Того уровня навыков по выживанию, который у вас есть – совершенно недостаточно. Ждите здесь, никуда не отлучайтесь…

Богачева – пришлось ждать. Почти час. За это время – князь многое передумал, и уже почти пожалел, что ввязался во все в это. В конце концов – можно переучиться, пойти гражданским пилотом… возить пассажиров тоже кто-то должен. А небо есть небо.

В таких вот раздумьях – он почти пропустил, как хлопнула дверь – и в пустое присутствие вошел Богачев, а следом за ним – выше среднего роста, загорелый и наголо бритый человек, со своими монгольскими усами напоминающий Чингисхана.

– Сударь…

– Как раз кстати. За мной.

В кабинете – было тихо и пусто. Телефонный аппарат молчал. Видимо – Богачев то ли еще не был "при деле" и его никто не беспокоил, то ли степень секретности была такова, что он и сам не знал, чем занимается. Шутка.

– Капитан, князь Шаховской – капитан Искандер Багыш. [138] С вашего позволения, я вас оставлю ненадолго…

Богачев вышел обратно в присутствие – звонить. Явно выяснить по результатам. Капитан Искандер Багыш сидел с непроницаемым видом, словно его ничего здесь не касалось. Те, кто жил на Востоке – умеют принимать такой вид…

– Салам алейкум… – сказал Шаховской.

Капитан не отреагировал. Ну-ну…

В присутствии – коротко звякнула трубка, водруженная обратно на рычаг, обратно вернулся Богачев. Чему-то радостный.