Чтение онлайн

Он представлял себе, как в будущем человек сможет долететь до них – и они уже не будут такими одинокими; человек расскажет звезде о своём доме, о людях, а звезда, наверняка, тоже будет рада поделиться с ним событиями своей жизни. Питер подумал, что даже не представляет, насколько долгим может оказаться рассказ такой вот одинокой звезды, которая могла видеть зарождение целых вселенных – и их смерть.

– Дядя Билл, – внезапно спросил его Питер, – а вам нравится моя мама?

Билл затянулся вонючей папиросой, выпустил большое облако дыма, задумчиво посмотрев на бескрайние поля его фермы.

– Твоя мама очень красивая, Питер…

– Я знаю, – сказал мальчик и серьёзно взглянул на него. – Вы любите её?

– А ты не слишком маленький для таких вопросов? – усмехнулся Билл и потрепал его по голове.

Они какое-то время посидели молча. Мужчина курил, с шумом выпуская дым ноздрями, а мальчик продолжал смотреть на звёзды.

– Знаешь, мне больно смотреть на то, как твой отец обращается с Бетти, – признался Билл, сплюнув на землю. – Он ведь не всегда был таким. По крайней мере, когда он прислал мне фотографию со свадьбы, они выглядели такими счастливыми… – он снова затянулся, быстро выдохнул и продолжил: – А когда я возвращался из Вьетнама, то ожидал увидеть… Несколько другое. Потому и разрешил ему поселиться у меня.

– Отец говорил, что вам легко досталась эта ферма…

– Ну, – Билл задумчиво стряхнул пепел, – я бы так не сказал. Конечно, мне не пришлось работать на такой скотской работе, как твоему отцу, но и я тоже не прохлаждался… Мэтью уверен, что я сбежал от родителей на войну, хотя это совсем не так. Просто я не видел для себя другого способа заработать на лечение матери.

– Она болела?

– Да… За ней нужно было следить, и я решил, что старший брат справится лучше. Всё-таки у меня были большие успехи в спорте, и я решил, что пригожусь в армии. К концу войны стали хорошо платить – вот я и клюнул. Когда приехал на гражданку, оказалось, что Мэтью не тронул ни цента из того, что я им отправлял.

– Почему?

– Сказал, что это грязные деньги, – он сделал неопределённый жест рукой в воздухе, – поймёшь потом, когда подрастёшь. Получилось так, что он один работал и ухаживал за матерью в её последние годы, а я…

– Вы не виноваты, дядя Билл. Вы исполняли свой долг перед страной.

– Долг, верно… Знаешь, Питер… – он немного помедлил, затушив сигарету о каблук. Она издала неприятное шипение. – Я приехал сюда, в Форт-Бакленд, чтобы найти покой.

– Покой? – переспросил Пит.

– Это когда люди от чего-то сильно устают, и им нужен отдых. Как каникулы в школе, только ты рассчитываешь не на пару недель, а на больший срок.

– Сколько вы хотите отдыхать, дядя Билл? Месяц? Год?

– Если честно, я и сам не знаю, парень. Я насмотрелся за годы службы на ужасные вещи. Много о чём сожалею, много чего нужно обдумать. Я просил твоего отца вести себя нормально, но он не хочет меня слушать – и мне тоже становится всё труднее сдерживаться….

Билл поднял к лицу мозолистые руки. Оказалось, что обе ладони у него в глубоких шрамах. Он пару раз поразжимал кулаки и полез за новой сигаретой.

– Из-за войны я порой теряю самообладание. Не могу себя контролировать. Два года прошло, а я всё так же просыпаюсь в поту посреди ночи – ищу глазами винтовку в моей спальне… Я потому и взялся работать на этой ферме, Пит, чтобы было много тяжёлого ручного труда. Здесь, в этой тишине я могу ни о чём не думать, а просто работать…

– Это помогает вам?

– Да, помогает. Сил на то, чтобы думать о чём-то попросту не остаётся… Однако, когда я прихожу после тяжёлого дня и вижу агрессию в своём доме, меня… – переклинивает, – Дядя Билл выронил спичку и дрожащим голосом спросил: – Понимаешь, о чём я, Пит?

Мальчик кивнул. Он уже несколько раз видел в глазах дяди нечто пугающее, когда они дрались с его отцом. Будто бы дядя Билл куда-то пропадает, уступая место чему-то безжизненному – страшному механизму, который готов перемолоть и уничтожить всё, что попадает в его руки. Стекленеющий взгляд пропадал только тогда, когда вмешивалась Бетти: он всегда её слушался… Питеру было страшно думать о том, что может случиться, если вдруг его мать решит уйти от отца и они останутся с братом один на один в этом доме…

– Ты хороший парень, Питер. Я бы с радостью предложил бы тебе остаться, но твои родители… Я боюсь сорваться, – честно признался мужчина. – Завтра я поговорю с ними, и если твой отец начнёт спорить, вам придётся съехать. Ему будет совсем не сложно попросить перевода в участке – здешнее начальство всегда идёт навстречу хорошим копам… Полицейским, – поправился он, ткнув мальчика локтем в бок, – не вздумай так выражаться при отце…

Питер грустно кивнул:

– Я понимаю, дядя Билл. Мне хочется верить, что отец послушает вас и они с мамой перестанут ругаться… Нам ведь больше некуда податься – они-то должны это понимать? Да и мне здесь нравится.

– Здесь красиво и мне тоже хочется верить в то, что твой отец услышит меня. Думаю, завтра ничего плохого не произойдёт… – ответил Билл.

Конечно, он понимал, что всё будет наоборот: завтра Мэтью обязательно устроит ему скандал, припомнит его «бегство» от больной матери, упрекнёт в том, что он решил забрать себе целую ферму… Билл просто знал это, как люди знают, что солнце восходит на рассвете, а морковка не растёт вверх тормашками. Однако, он решил лишний раз не тревожить Питера – ему и так сильно досталось от них… – всех.

– Не волнуйся, парень, – снова обратился он к Питеру, потрепав его волосы пятернёй, – Завтра мы обязательно что-нибудь придумаем с твоим отцом!

Они ещё долгое время сидели под ночным небом. Это был последний день, когда Питер смотрел на звёзды Аляски – завтра они навсегда покинут это место, и дядя Билл займёт своё законное место – в воспоминаниях Питера.

Пространство вокруг Питера начало сгущаться, краски начали бледнеть – воздух завибрировал. Он поднимался наверх.

Медленно, словно просыпаясь от глубокого сна, Уильямс открыл глаза. После тяжелых воспоминаний у него всегда рождались мрачные картины – отголосок самых разных воспоминаний, которые прочно хранились в его сознании. Временами на холстах возникала кровь, временами он изображал чудовищные пейзажи – смесь реальности и ночных кошмаров, однако в этот раз всё было несколько иначе. Питер с изумлением глядел на новую картину, и не мог поверить глазам.

На холсте был изображён в самых ярких тонах старинный дом дяди Билла: великолепие его традиционной для деревенских домов архитектуры подчёркивалось лучами заходящего солнца – это был закат. А что это было за время? Судя по короткой траве, которая робко выглядывала из земли на лужайке перед домом – это была весна. Как раз в это время, когда небо покидают бесконечные тяжёлые тучи, а световой день становится всё больше и больше – они и покинули дядю Билла. Время поразительных по красоте закатов, и не менее поразительных запахов пробуждающейся природы. Чем дольше Питер смотрел на творение своих рук, тем ощутимее становился запах прогретой лучами солнца земли. Начинал дуть свежий ветер, осторожно покачивая ещё голые, но уже готовые к облачению в очаровательную листву деревья…