Чтение онлайн

«Буду у твоего дома через 30 минут» — очень вовремя присылает Ник. И я почти вприпрыжку выхожу из клиники.

19.10

Вещи в чемодане, проверяю паспорт, телефон, наушники. Вздрагиваю от звонка в дверь, потому что не ожидала, что он поднимается. Открываю и замираю в коридоре. Пуховик мокрый от снега, глаза цвета новосибирского неба устремлены на меня, губы растянуты в улыбку. Идеальная картинка. Как заставить себя улететь на тысячи километров от него? Но если это происходит, значит в этом есть смысл. Это время подумать, мы сможем общаться, узнать друг друга без физического уровня. Для отношений это тоже важно.

Ник берет чемодан, мы выходим на снежную улицу, где припаркован огромный черный джип. Я забираюсь на пассажирское кресло, чувствуя в этой машине себя как и в футболке XXXL, маленькой. Каждой женщине важно периодически ощущать себя как в детстве, когда большой и сильный мужчина заботится и оберегает, а значит можно быть слабой, глупой, смешной. Можно быть собой и не бояться. Если мужчина не дает этого ощущения — рано или поздно женщина сломается, потому что никто не может быть взрослой, ответственной бабой-конь 24 часа в сутки. Отношения — это гавань, а не поле боя.

— Поехали в аэропорт или ко мне? — игриво спрашивает Ник, он тоже дурачится. Значит ему со мной комфортно? У мужчин есть такие же права в отношениях. Ему можно быть слабым, смешным, дурашливым. Можно. Потому что никто не может быть героем 24 часа в сутки и не почувствовать себя сломленным. В каждом двухметровом Нике спрятан маленький мальчик, нуждающийся в любви и робкий подросток, жаждущий признания.

— Спасибо, что провожаешь — нежно почти шепчу я. Игривая улыбка смягчается, он чувствует, что я ценю его поступок. Смущено пожимает плечами и выезжает.

20.30

Пора идти на паспортный контроль и посадку. Мы молча смотрим друг на друга, как будто стараясь запомнить. События разворачиваются слишком быстро. Еще два дня назад я даже не предполагала, что эти губы будут так близко. Слишком близко для общественного места. Я даже по телефону не люблю разговаривать, если кто-то рядом. Внутри меня субличность в одеянии монахини пытается образумить восьмиклассницу. А бухгалтер-шахматист подгоняет обеих, потому что уже пора на посадку.

— Мне пора — наконец выдавливаю я. Ник молча кивает, а потом притягивает в объятия огромных рук. Погружаюсь в древесный аромат и глубоко вдыхаю, чтобы наполниться этим воздухом. Хочется сказать «не отпускай». «Это вам что МХАТ что ли? Прощаетесь всего на неделю!» — кричит Жириновский. Не безосновательно. Отстраняюсь с улыбкой. Потому что мы оба ведем себя слишком драматично. Касаюсь небритой щеки и делаю шаг назад. Машу рукой застывшей фигуре моего почти парня и решаю не оборачиваться. Чтобы не расплакаться. Что со мной? Раньше я за неделю столько эмоций не проживала, как за час с ним. «Лимбическая система…» — начинает Профессор, но его останавливает появление белой светящиеся фигуры. «Ты Любовь?» — она освещает мое бессознательное и я решаю познакомиться. «Будем звать тебя Любовь Николаевна» — предлагает восьмиклассница. Остальные субличности согласно кивают, фигура в белом улыбается как ангел и у меня перехватывает в груди. Прогресс миссии 92 %. Если это взаимно, Ник станет моим обратным билетом на IC1101. Мысль об этом впервые не дает сил.

Я занимаю место у окна и ухожу в глубокий транс. Пришло время воспользоваться «подсказкой из зала», то есть спросить совета у духовного наставника. Эти метаморфозы от появления светящейся Любовь Николаевны пугают мои динамические структуры личности. Надо бы расставить все на свои места. Я — вечная душа, высокоэнергитическое существо высшего мира, неужели не смогу справиться с какой-то там земной любовью в примитивном скафандре? Фигура в белом понимающе улыбается.

Читаю «Напиши, как приземлишься» и перевожу телефон в авиарежим, не ответив. Меня накрывает волной страха, потому что это все заставляет забывать о том, кто я на самом деле. Я боюсь потерять себя в этой сладкой сказке про чувства. Я боюсь, что передумаю возвращаться домой.

Включаю тета волны Steven Halpern на частоте 4 Гц, чтобы погрузиться в почти сон. Обычно на этой частоте люди засыпают, но с практикой можно научиться глубокому расслаблению в бодрствовании. Это естественное измененное состояние сознания. Транс, изученный наукой меньше, чем сон. Мне нужно не просто медитативное состояние, а небольшой выход из «скафандра». В астрономическом времени это займет не более 15 минут, потому что в трансе время может растягиваться и сжиматься. Тело становится тяжелым, дыхание ровное и замедленное, даже лицо «сползает», расслабляются мышцы век. Мысленно проговариваю намерение связаться с кем-то из «своих». Формулировка не важна, слова — лишь условное обозначение, на уровне души есть только волны и частота. Теряю ощущение тела, это тоже обычный феномен транса. Перестаю чувствовать свои границы, габариты и пространство. Растекаюсь во все стороны сознанием. Начинаю настраивать частоту, как на радиоприемнике, жду ощущения подключения, контакта. Если бы Ник узнал, чем я сейчас занимаюсь, убежал бы? Но я же психиатр и знаю, что это не шизофрения. Хотя, если рассказать кому-то из коллег об IC1101, природе души и моей миссии, именно такой диагноз и поставят. Мало кто из них видит дальше черного ящика восприятия. Они забыли о своей истинной природе. И это хорошо, так эксперимент чище, опыт с полным погружением. Как если бы регистрируясь в компьютерной игре, человек забывал, кто он и где, начиная идентифицировать себя с персонажем. В такой позиции относишься к выбору аккуратнее, чем когда помнишь, что можно начать с последнего сохранения. Амнезирование жизни между воплощениями необходимое благо, но чем чаще воплощаешься, тем быстрее начинаешь вспоминать.

Продолжаю настраивать частоту, ответ появляется тонким, едва заметным ощущением «присутствия». В психическом пространстве тихо, потому что на частоте 4 Гц субличности — словно в замедленной съемке, почти замирают. И в этой тишине и пустоте появляется что-то, что не ты. Это не голос, не образ, не галлюцинация. Это присутствие — такая же волна, которую мозгу необходимо расшифровать. Как музыку или цвет. Просто эти волны нельзя услышать или увидеть, но можно ощутить, как музу, вдохновение, нечто великое, бОльшего, чем ты сам.

— Я здесь — касается меня присутствие. Это не слова, а прямое знание. Укутывает радостью. Как объятие самого родного человека, который безусловно любит и принимает.

— Тебе непросто — передает волна. Слеза катится по щеке. Присутствие освобождает от напряжения и страха, наполняя благодарностью. Невесомость и тишина дает передышку от урагана эмоций. На мгновение снова чувствую себя чистой энергией вне рамок, вне скафандра и вне физического времени.

— Ты еще не познала любовь, сценарии меняются, орбиты сойдутся, когда пространство загудит — присутствие передает мне волну информации, которую мозг расшифровывает как образ развилки трех дорог. И образ книг с серой обложкой. Я пытаюсь рассмотреть, но присутствие мягко растворяется. Субличность в одеянии монаха просит остальных соблюдать чистоту до конца полета, чтобы интегрировать опыт в нейронные связи. Я разрешаю сознанию отдохнуть, пока бессознательное продолжает процессы, и погружаюсь в глубокий сон. Открываю глаза, вижу в иллюминаторе огни Еревана. Ночь покрывалом лежит на горах. Аэропорт, машина и красивый город, в котором, кажется, я еще не была ни в одной из своих жизней. Меня чарует атмосфера и аромат. Мы едем в центр, я даже не знаю адреса. Секретарь отдала мне билеты и документы в последний момент, она же организовывала трансфер и проживание.

— Долго ехать? — обращаюсь к водителю, чьего лица не разглядела и имени не услышала.

— Почти на месте — без акцента отвечает голос. Мы выезжаем на красивейшую площадь, окруженную четырьмя полукруглыми зданиями с колоннами. Машина останавливается у одного из них. Marriot? Улыбаюсь знакомым буквам и в груди как шаровая молния вспыхивает образ Ника. Все сжимается. Достаю телефон и быстро набираю «Я в Ереване». Он, наверно, волновался. В ответ прилетает трек, это что-то новое. Rozalia — Ari, я не знаю исполнителя. Послушаю позже. Что он хотел этим сказать?

В номере все стандартно: идеально заправленная кровать, ковровое покрытие, темнота через тюль окна. Заставляю себя принять душ и падаю без сил. Я все еще где-то между мирами. Сейчас моей нервной системе и телу необходимо восстановление. «Ставлю скафандр на зарядку» и ныряю в сон, обрывками мелькает образ развилки, серых глаз, книги, разноцветных потоков света. Как же хорошо иногда вспоминать, что я Амалия, и человек, и душа, и гораздо, гораздо БОЛЬШЕ, чем это. Я — частица мироздания.