Чтение онлайн

— Я обещал предложить вам условия и дать время, — заговорил Зельда, когда все стихло, и София посмотрела на него, уже почти ожидая еще какого-то подвоха. — Я не собираюсь уговаривать вас, хотя мое командование было бы радо такой инициативе. Но пока это ваш единственный шанс остаться, если вы этого действительно хотите. Не отказывайтесь от него просто так, София.

И, видимо, решив, что его речь все-таки уже смахивает на уговоры, Зельда замолчал, развернулся и, не прощаясь, направился к выходу.

Все-таки сегодня он слишком настойчиво вторгался в ее личное пространство во имя своих исключительно прагматических целей. «София, София» — а вчера, даже когда они ехали навстречу неизвестности и не знали, выживут ли вообще, было только «Владимир». Что-то в ней все-таки возмутилось этим из последних на сегодня силенок, и в широкую спину Зельды мелким камешком полетел нарушающий всякую субординацию вопрос:

— Зельда, авас-токак зовут?

Наивная, почему она думала, что сумеет застать коммандера врасплох? Он даже не замедлил шага и не обернулся, когда ответил:

— Габриэль.

София перестала готовиться к разговору с Анной около недели спустя, и в этот раз даже не стала жаловаться Фрейе. Тем более что артифиш была на нее немного обижена: вот так запросто ты с утра пораньше отправляешь меня прямо к дракону в пасть, то есть в казармы к коммандеру Зельде?

— Ворчишь, как будто я отдаю им тебя для опытов, — заворчала в ответ и сама София, когда поначалу тихое возмущение робота стало переходить известные пределы. — Передашь им данные и вернешься.

— А вдруг, пока меня не будет, обнаружится что-то важное? А вдруг тебе или Анне срочно потребуются мои знания, а я далеко? — Фрейя воздела руки к небу, будто призывая сам космос в свидетели творящейся несправедливости. — София, согласно теории вероятности, существуетпятидесятипроцентныйшанс, что так и случится!

София только покачала головой.

— Я справлюсь, я тебя уверяю. Иди.

...К тому же, если совсем честно, она и понятия не имела, что стала бы и говорить и делать. Ну не упрекать же Анну, в самом деле, за то, что он выбрал Аманду? Тогда стоит наведаться и к Хелене, приславшему ей вежливый отказ тем же вечером после разговора с Зельдой. Пусть тоже объяснится с ней, какпорядочныйчеловек.

Нет, программа «Стандарт» для нее закончилась насовсем, решила София, и сосредоточилась на прилете миссии, который с каждым днем был все ближе и ближе.

Вынужденное безделье — спасаясь от него, Анна целые дни проводил в Главном доме, — и без того бы нервировало, а тут еще и это ожидание; София хандрила, не поддавалась на попытки Эльвиры вовлечь ее в беседу за обеденным зеленым чаем, сидела целыми днями, бесцельно уткнувшись взглядом в геологическую карту.

Разбавить охватившую весь корпус тоску немного помог прилетевший с новостями Ник. Трава, которую они привезли, заявил он с порога, оказалась такой же искусственной, как и птица, и Ник минут двадцать жаловался Софии на несправедливость:

— Эх, нам бы не крыло этой птички, а голову, чтобы мы могли заглянуть ей в мозг! Может, взломали бы память. Может, нашли бы какой-нибудь алгоритм, программу — хоть что-нибудь, чтобы мы понялизачем! Это ну очень точная имитация тех птиц, которые к нам прилетали, и я тебя уверяю: в стае ты бы в жизни не отличила искусственную от настоящей. И трава такая же, как наша привычная трава. На ощупь — один в один. Понимаешь, куда я клоню, да?..Да?

София и весь геокорпус внимали и понимали.

— А что, среди тех птичек, которые попадались нам погоревшими на поле, не было ни одной искусственной? — поинтересовалась Эльвира, как и остальные, с живым любопытством прислушивавшаяся к беседе.

Ник возмущенно обернулся, аж волосы пламенем запылали вокруг головы:

— Нет! Неужели вы думаете, такое смогли бы скрыть?!

— Но ведь вы же скрыли информацию о Тамиле, — заметила София.

Он обернулся уже к ней, покачал головой:

— Это другое дело, приказ сверху. Но если бы вдруг появилось что-тотакое, неужели ты думаешь, это стали бы держать в секрете?

Он снова покачал головой, будто изумляясь тому, что она не видит разницы, будто даже разочарованный тем, что она вообще его в этом упрекнула: прилюдно, некрасиво, хотя могла бы промолчать.

София только вздохнула: ну вот такая она нетактичная, что поделать. Задает неудобные вопросы, выдает неудобные догадки.

— Ничего, прилетят парни с оборудованием, они еще и живую птичку вам изловят, — сказала Саломея, которая тоже с ума сходила в лаборатории от безделья, а потому пришла в общий кабинет на голос Ника. Казалось, ее нисколько не тревожило происходящее, наоборот, девушка с нетерпением ждала прибытия миссии и щебетала о ней днями напролет, не закрывая рта.

Чего доброго, подумалось Софии, воспользуется возможностью и все-таки улетит с планеты. Похоже, такая мысль посетила не только ее. Эльвира подозрительно щурилась, поглядывая на дочь, и постоянно загружала ее какой-то работой.

Дни в отсутствие новостей текли медленно и одновременно пролетали удивительно быстро, но наконец-то прошли и они, и однажды утром, спустя шесть недель после того, как нога Софии Владимир ступила на землю Цирцеи-4, было объявлено, что корабль миссии «Исследование и наблюдение» наконец-то достиг орбиты и готовится к приземлению.

Новость по общей связи объявил колонии сам коммандер, и геокорпус с самого утра находился в состоянии лихорадочного возбуждения. Уже до обеда было выпито в два раза больше кофе и чая, чем обычно. Громче двигались по полу колесики стульев. Чаще мигали голоэкраны. То один, то другой коллега Софии вдруг подскакивал со своего места и несся к окну, чтобы поглядеть в сторону ворот Базы, — и после минуты бессмысленного разглядывания так же стремительно несся обратно.

— Ну что, — спрашивал его кто-то, хоть ответ и был известен, — видно?

— Еще нет. Ждем.

— Ждем.

Во второй половине дня София переслала начальнику для подписи отчет с нулями почти во всех графах, и уже было решила все-таки выпить с Эльвирой и другими геологами чай, как в коридоре раздался знакомый голос и застучали по полимерному покрытию знакомые стремительные шаги.

Анна.

В полевой форме со светоотражающими полосами, напряженный и немного бледный, он ворвался в кабинет, швырнул на стол защитный шлем и, пропустив мимо ушей вопросы, которыми его тут же засыпали, резко бросил: