Время любви
Шрифт:
Как это ни странно, но он унаследовал от отца чувство патриотизма. С его точки зрения, война, развязанная в Юго-Восточной Азии, была бесполезной и аморальной. «Для того, чтобы победить вьетнамцев, — говорил Бенджамин Спок, — надо уничтожить всю нацию». Главный сторонник немедленного прекращения войны Джордж Макговерн, сенатор от Южной Дакоты, кроме всего прочего предлагал проводить широкую программу социальных и политических реформ. Взгляды сенатора вполне совпадали со взглядами Марка, поэтому он решил работать вместе с Макговерном.
В узких кругах поговаривали, что Макговерн станет следующим кандидатом в президенты от демократов.
— Дедушка часто говорил, что у тебя чересчур сильно развито чувство общественного сознания! — взорвался Руфус, услыхав последние новости. — Ты бы ни за что не сделал ничего подобного, если бы он был жив. Что, специально ждал его смерти? Конечно, теперь ты наконец обрел свободу.
«Я ещё слишком молод! — хотелось ему выкрикнуть в лицо отцу. — Я еще не готов! Не готов!»
Успокаивало одно: скоро внутреннее волнение уляжется и все войдет в норму. Просто надо выкурить сигарету с марихуаной, и страхи отойдут на задний план.
Вот так случилось, что двадцатидевятилетний Руфус стал президентом «Картрайт фармацевтикалс».
Глава 50
Просматривая, как обычно, «Уолл-стрит джорнэл», Джина узнала о назначении Руфуса президентом компании. Интересно, подумала она, что бы он сказал, узнав, что она сама является президентом «Гибсон и Кин»?
Разозлившись, что ее занимают такие глупости, Джина скомкала газету и швырнула ее в мусорную корзину. Сейчас еще слишком рано, презрительно усмехнулась она, всему свое время.
Джина снова развернулась к столу и принялась размышлять над текстом рекламы своего нового продукта — чудесного дневного крема для деловых женщин. Но только что прочитанное сообщение о Руфусе настолько выбило ее из колеи, что даже кухня, где она устроилась, показалась Джине уже не такой уютной, как обычно. Время близилось к полуночи; она обещала Моргану закончить работу пораньше, но засиделась и уже опаздывала на целых полчаса.
Джина устало потерла глаза и представила себе мужа, ожидающего ее в кровати. Недавно у него разыгралась застарелая грыжа, и сейчас он наверняка сидит, облокотившись на подушки…
Ах, если бы на месте Моргана был Руфус! Джина невольно вздрогнула, словно Руфус только что обнял ее. Увы! Морган — это Морган, и ему никогда не стать хоть мало-мальски похожим на Руфуса. Скучный, надоедливый и такой надежный, он совсем не волновал ее физически, не горячил кровь. Зато Джина бесконечно ему доверяла, так же как собственной матери. От Моргана исходило ощущение силы и спокойствия.
Мысль о том, что он когда-нибудь может ей изменить, претила Джине, внушала одновременно и безотчетный страх, и отвращение. Муж не может предпочесть ее другой, это немыслимо. Но сейчас, когда она ясно представила себе, как Морган, дрожа от возбуждения, ждет ее появления в спальне, чтобы заняться с ней любовью, Джину передернуло, губы ее сжались в тонкую прямую линию. Интимные отношения с мужем редко вызывали у нее ответное желание, превратившись со временем в формальное исполнение супружеского долга.
Так как же все-таки назвать новый крем? «Утренняя бодрость»? «Утренняя свежесть»?
Что же выбрать?
Не прошло и четырех лет, как Джина начала заниматься составлением и производством лосьонов и кремов для ухода за кожей. Хотя ее компания вполне могла позволить себе завести собственное рекламное бюро, Джина всегда сама выдумывала привлекательные названия и заботилась о том, чтобы стоимость продукции была меньше, чем у конкурентов, а прибыль — выше. Опыт работы в агентстве Хаммера не прошел даром.
На счету у Джины было уже три продукта: очищающее молочко, гель для удаления косметики и ночной крем. И вот теперь она билась над названием для нового многоцелевого крема, которое должно быть броским и красивым.
Этикетка обязана привлекать внимание.
«Утренняя свежесть»?
Завтра она поделится своими идеями с мамой — та уже не раз давала ей ценные советы. На губах Джины появилась победная улыбка. Какой большой путь удалось пройти с тех пор, как мама добавила огуречный экстракт в тот крем для рук!
Аккуратно собрав в стопку разбросанные по столу бумаги, Джина почистила зубы и отправилась в спальню. Там она сбросила одежду и улеглась рядом с мужем, который тут же обнял ее и стал покрывать поцелуями.
Когда он наконец заснул, Джина вновь предалась размышлениям о своей компании — компании Джины Гибсон. Ее продукция должна продаваться только в крупных аптеках, это придает покупателю уверенность в надежности товара. Упаковка тоже должна этому соответствовать — быть простой и как можно больше напоминать лекарственные препараты. В конце концов все кремы Джины основаны на лекарственных травах и успешно прошли дерматологическую экспертизу.
Ярко-зеленые буквы на белом фоне прекрасно читаются и не утомляют глаз…
Джина придавала особое значение таким вещам, как чутье и вкус. Ее продукция предназначалась исключительно для женщин, а женщины испокон веков понимали толк в чутье и вкусе. Эти чувства развиты у них куда лучше, чем у мужчин…
— Как ты думаешь, мужчины обладают шестым чувством? — на следующее утро спросила она Кейт.
Теперь, после отъезда Кейт, подругам приходилось встречаться гораздо реже, чем прежде, но на помощь приходил телефон, и они болтали друг с другом почти ежедневно.
— Шестое чувство? У мужчин? — Кейт презрительно фыркнула. — Да эти чурбаны про интуицию слыхом не слыхивали!
Джина улыбнулась. Они с Кейт частенько перемывали косточки представителям сильного пола, начисто лишенным каких-либо добродетелей, и, поскольку обе были отъявленными феминистками, приходили к однозначному выводу, что мужчины являются неизбежным злом, с которым приходится мириться.
Положив трубку на рычаг, Джина задумалась. Как все-таки чудесно, что в ее жизни есть такая подруга, как Кейт! Кстати, в последнее время «Высокая мода» превратилась в процветающую компанию, и это искренне радовало Джину.