Чтение онлайн

Зав. кафедрой, покрывшись красными пятнами, билась в истерике. Филейной частью она в буквальном смысле чувствовала, как зашаталось под ней кресло.

– Это вопиющее безобразие! Издевательский цинизм! Позор всему факультету! Я не хочу больше этого слышать! Выгнать к чёртовой матери из института! Вы, Никольская, пособник империализма! Враг!

– Скажите ещё «враг народа» и расстреляйте, – раздраженно бросила Надежда, которая уже пришла в себя, и ей надоел этот спектакль.

Зав. кафедрой, выпучив глаза, открывала и закрывала рот, как рыба, которую уже почистили, но ещё не выпотрошили. Преподаватель снова уронил на пол очки и полез под стол, и Роман Курилов брезгливо отодвинув от него ногу.

Надежда взяла со стола зачётку, вернулась за сумкой, подмигнула онемевшей Лене и ушла из аудитории, вежливо прикрыв за собой дверь. Однокурсницы проводили её ошарашенными взглядами.

– Кто следующий? – Роман Курилов многозначительно окинул взглядом притихшую аудиторию, но никто и не думал идти отвечать, в том числе и совершенно деморализованная Лена Савельева. – Тогда пойдём по списку… Произвольно… Ну, предположим… Нахлебникова… Вы готовы?

Марина на трясущихся ногах подошла к столу, откуда на неё волком смотрела красная, как помидор, зав. кафедрой. Преподаватель трясущимися руками тёр лысину уже совершенно мокрым платком, и только Роман Курилов потерял всякий интерес к происходящему – он весь был в предвкушении встречи со странной студенткой по фамилии Никольская, которая произвела на него неизгладимое впечатление. Что-то было в девушке манящее, сводящее с ума, и Роман даже заёрзал на жёстком стуле от возникшего некстати желания. Такого с ним ещё не было.

***

Из кинотеатра под покровом сгустившейся темноты медленно выходили люди – только что окончился вечерний сеанс. В толпе, держась за руки, шли Надя и Лена. С другой стороны Лену обнимал за плечи высокий симпатичный парень с фотографии – их бывший одноклассник Женя Богомазов.

– Хороший фильм, только длинный… – сказал Женя. – Стемнело совсем уже…

– А вы что, разве фильм смотрели? – притворно удивилась Надежда. – Я думала, вы целоваться туда ходили…

Женя через Лену шутливо потрепал бывшую одноклассницу по волосам, и у неё сжалось сердце – она вспомнила этот Женькин жест. Неужели всего через несколько месяцев его убьют в Афганистане?.. И лучшая подружка Лена, потеряв любимого, снова повторит свой безрадостный и бездетный жизненный путь?.. Нет, только не это! Она обязательно что-нибудь придумает! Женька не должен пойти в армию!

Проходя мимо освещённой одиноким фонарём афиши с названием фильма – «Вокзал для двоих» – Лена восторженно воскликнула:

– Гурченко такая молодец! Вообще не меняется! И как ей удаётся сохранить фигуру?!

Надежда шла, погруженная в свои мысли, поэтому ответила, особо не задумываясь:

– Ты бы её в 70 лет увидела – она ещё моложе и красивее стала…

– Ты-то откуда знаешь, какая Гурченко будет в 70 лет? – подозрительно спросила Лена и повернулась к Жене. – У нас с Никольской что-то странное творится – я тебе просто рассказать не успела. Ты бы видел, что сегодня на зачёте было! Мы думали, там всех удар хватит! Зав. кафедрой так на Надьку орала! Преподаватели потом всех валили – полгруппы зачёт не сдали…

Женя поцеловал Лену в макушку:

– Ну, ты-то сдала…

– Не знаю, что их так вызверило… – отвела глаза в сторону Надежда.

Лена засмеялась:

– Ой, ты ж наша скромница! Конечно – всё ответила на отлично, – а они вдруг как накинутся! Звери просто! Особенно Курилов… Кстати, Жень, Надька его сегодня продинамила! Он ей аудиенцию на пять часов назначил, а она с нами в кино пошла……

– Да пошёл он! – беспечно махнула рукой Надежда. – Вспомнила я этого дрыща! Ты просто забыла, Лен, чем он в институте занимался, – мы за пять лет такого от девчонок наслушались! Просто нас с тобой это не коснулось, потому что мы отличницами были…

Лена и Женя даже приостановились и удивлённо уставились на подругу. Надежда поняла, что её слова звучат, мягко говоря, странно, смутилась и попыталась исправить ситуацию.

– То есть… Как тебе сказать… В общем, упырь он, этот Курилов…

Лена тяжело вздохнула, обращаясь к Жене:

– Вот-вот… Такая она в последнее время… Да ещё требует, чтобы ты в армию не шёл, – говорит, убьют тебя там… Представляешь? Я и так переживаю, а она ещё масла в огонь подливает. Что делать будем, а?

Женя разомкнул руки Нади и Лены и встал между ними, обняв обеих за плечи и прижав к себе.

– Да ну вас – с вашими страхами и переживаниями! – широко улыбнулся Женя. – В армию я всё равно пойду. Зато потом в институт сразу, без конкурса – в автомобильно-строительный. Лето ещё поработаю на стройке, денег на свадьбу накоплю. Хотя там и так уже хватит – считай, почти год вкалываю! Эх, Ленка, заживем мы с тобой! Ты меня только дождись!

У Надежды даже закружилась голова от чувства полного бессилия перед надвигающейся катастрофой. Она решительно остановилась и взяла Женю и Лену за руки. Заговорила проникновенно, задыхаясь от волнения.

– Лена, Женя… Любимые мои… Вы знаете, как я к вам отношусь… Вы – самые лучшие мои друзья… Можете считать меня сумасшедшей, как угодно, – но, Женя, послушай меня… Тебе нельзя в армию! Ты не вернёшься, понимаешь? Тебя убьют в Афганистане! Ленка всю жизнь будет одна! Ни семьи, ни детей! Ты этого хочешь?! Лена, Леночка, ну хоть ты меня поддержи! Это же твоя жизнь, твоя судьба!

Лена с отчаянием и чуть не плача повернулась к Жене.

– Ты видишь, что с ней творится?! Уже ведь и в больнице полежала…

Женя с жалостью смотрел на Надежду. Та прошептала:

– Леночка, милая, при чём здесь больница?! Речь про Женьку идет! И про тебя – про вас!

Лена, будто не слыша подругу, продолжала причитать:

– Вырядилась вон, не пойми во что, зачёт завалила сегодня, к Курилову не пошла – а ведь могут и попереть из института за это…

Повернулась к Надежде:

– Ты лучше о своей судьбе подумай – что ты со своей жизнью делаешь?! О родителях подумай – они с ума сойдут, если тебя из института отчислят! У твоей мамы сердце слабое!