Время Рыцарей
Шрифт:
Им все-таки удалось избежать тогда гибели.
Льюис улыбнулся и закрыл дневник.
Надежда на лучшее вновь грела его сердце.
Время – бесценный ресурс. Год, два, пять – пока он избегает битвы с Трусливым Принцем, он будет жить, а его подданным не придется сдаваться на милость врага. Его цель близка. Он расколдует всех Воронов и освободит людей от проклятья.
Льюис станет последним Великим Вороном этого города и разрушит лабиринт, в котором их всех заперли, до основания.
Глава 32. Жабы и салки.
Рейвен злился. Хотелось ругаться: крепко, забористо, как научил его Сорес, но в нынешней ситуации от этого стало бы только хуже.
Каждое его слово превращалось в какую-то гадость и норовило уползти, пугая окружающих. От него все шарахались, как от чумы. Чертов мешок постоянно наполнялся шипящей и квакающей живностью, а еще нещадно кололся. Шарлотта очень сильно его жалела, но все равно выставила из спальни, потому что ненавидела змей. О поцелуях с ней пришлось забыть, пока Льюис не узнает, как снять с него чары. И тот не подвел: раскопал условие снятия, хоть ждать этого пришлось больше недели.
Услышав, что нужно делать, Рейвен ухмыльнулся. Он знал, кому подарит своих самых отборных жаб.
Был ранний вечер, когда он прилетел к дому Нила. Тот еще не вернулся со службы. Рейвен послонялся вокруг, потом взлетел и уселся ждать на крыше. Эх, ему бы эти чары, когда Рутгер был жив! Напустил бы змей ему в дом и наблюдал бы, как они его жалят. Такая полезная штука и так не вовремя появилась. Хм, может Нилу жабу подарить в банке или коробке? Нет, скукотища. Хороший подарок должен запомниться надолго!
Рейвен расплылся в шкодливой улыбке и принялся за дело.
Закончив, он спустился вниз и спрятался за дерево, покатываясь со смеху. А тут и Нил подоспел: хмурый, задумчивый, чем-то явно обеспокоенный. Сделал несколько шагов к своему дому и остановился.
Посмотрел наверх.
Жабы, полностью покрывающие крышу, громко, приветственно заквакали.
– Какого черта? – изумленно выдохнул Нил и похлопал себя по щекам.
Затем потряс головой и зажмурился. Открыл глаза.
Лицо у него было совершенно ошалевшее.
Рейвен, не выдержав, расхохотался.
– А, так это твои шуточки, – с облегчением сказал Нил, подходя к нему, – я уж подумал, что спятил. Зачем это?
– Подарок. Выбирай любую.
– Они все одинаково противные. Забери. Почему у тебя змеи падают с губ?
– Заколдовали. Бери жабу, говорю! Иначе я напущу их в твой участок стражи.
– Больше похоже на угрозу, а не на подарок. Кто тебя заколдовал?
– Повелитель.
– Сволочь. Ты опять провинился?
Рейвен закатил глаза и швырнул в него жабу.
– Хватит болтать! Бери подарок и скажи спасибо!
Нил увернулся, и жаба смачно шлепнулась о землю, после чего рассыпалась зелеными искрами.
– Какие-то они у тебя странные.
– А чего ты хочешь от наколдованных жаб? Помнишь, как мое перо растаяло? Эти такие же. Бери. Будет у тебя волшебный питомец.
– Мне некогда за ним следить, – Нил проводил взглядом десяток змей, с гневным шипением уползающих в разные стороны, – спасибо, но я обойдусь без такого подарка. Убери жаб с крыши и зайдем в дом. У меня к тебе дело.
– Никаких дел пока не выберешь себе жабу! – Рейвен снова швырнул ее в него и опять не попал.
Нил начал закипать.
– Да не нужны мне твои чертовы жабы! Пошутили и хватит. Дирк, у меня важный разговор насчет Агаты Милн…
Новая жаба влетела ему прямо в лоб и сползла по лицу.
Нил взбесился.
–Я тебе этих жаб сейчас в задницу засуну! Всех! Тебе что, пять лет? Прекращай придуриваться, я слишком занят для этого!
– А я нет! И буду швыряться ими, пока не заберешь свой подарок! В убежище мне с ними делать нечего, а тебя доставать я могу хоть каждый день!
Нил зарычал, подхватил жабу и двинулся к нему.
– Сам напросился, тетерев безголовый!
Рейвен расхохотался и бросился бежать.
Впервые за долгое время он развеселился и почувствовал себя совсем юнцом. Глупая игра с Нилом развлекала его и бодрила, как крепкий чай. А еще дала возможность неплохо размяться: он давно не бегал и мог потерять форму. А ведь раньше от этого зависела его жизнь. От взбешенного Нила приходилось нестись во весь опор, при этом Рейвен точно знал, что тот его не убьет, и потому получал удовольствие от бега. Друга же он подбадривал громкими выкриками:
– Давай, Нил, шевели ногами! Совсем обленился! Станешь старый и трухлявый, как пень! Или все начальники стражи должны быть такими?
– Я тебе покажу пень! Ты у меня эту жабу сожрешь, когда я тебя поймаю!
– Ты вначале поймай!
Нил обрушил на него кучу ругательств, получив в ответ с десяток обидных прозвищ и сравнений. Жабы, змеи и колючки разлетались в разные стороны. Бегал Рейвен быстрее Нила, так что с удовольствием его дразнил. Тот наконец заметил это и замолчал, сосредоточившись на беге. Они сделали кругов двадцать вокруг его дома, пока Нил не схватил его за косу, намотав на кулак и с силой дергая назад. За шиворот Рейвену скользнуло что-то холодное и склизкое. Он завопил и скинул рубашку, вытряхивая из нее огромную, противную жабу.
– Получил, зараза? Нравится? – Нил торжествующе рассмеялся и перевел дух. – Все, закончили дурить. Надо найти мага, который тебя расколдует. Какое условие для снятия?
– Порадовать кого-то жабами. Ты же любил их раньше, – объяснил Рейвен, вновь надевая рубашку.
– В пять лет. И это были лягушки. Погоди-ка, а они больше не падают. Скажи еще что-нибудь.
– Еще что-нибудь, – сказал Рейвен, подставляя ладони.
Но те остались пустыми. Заклинание Льюиса исчезло.
– Отлично! Я знал, что это сработает! Ты мечтал о сотне жаб на крыше, и я сделал для тебя доброе дело!
Нил фыркнул.
– Ничего подобного. Меня развеселили эти глупые салки и жаба у тебя за шиворотом. Ты своими выходками помог мне сбросить пар и сделал этот день не таким поганым.
– Опять все плохо? Мне слетать за настойкой?
– Не надо. Войдем в дом. Нужно поговорить.
Рейвен последовал за ним. Выслушав обвинения, озадаченно покачал головой.
– Чушь какая. Во-первых, повелитель не проклинал Агату Милн. Это вообще случайность.
– Должны были проклясть кого-то другого? Кого?