Чтение онлайн

Помните, что легче строить заводы, чем воспитывать людей. Сопротивление материалов точно высчитано, а сопротивление людей не поддается

никакому вычислению.

Матвеев Герман. Семнадцатилетние

– Прекрасно- заметил генерал. Разговор проходил на третьем подземном уровне ноквсиловского убежища, куда генерал военно-воздушных сил, Коулман, прибыл с инспекцией. Лампы под потолком светили, как маленькие солнца. Стол был такой широкий, что на нём можно спать и не свисали бы ни голова, ни ноги. В кресле за огромным столом сидел генерал: широкоплечий, с бычьей шеей, мощными руками и крупными ладонями, белокожий потомок смеси

английской и португальской ветвей.

На стене, как положено, висел портрет действующего президента в рамке из драгоценного змеиного дерева. За ним спрятана, как положено, звуко и

видеозаписывающая аппаратура. Сейчас выключенная. Коулман лично убедился в этом. Он занимал достаточно высокую должность, чтобы не слишком

опасаться внимания отдела нравственного и политического контроля. Говорить можно было свободно или почти свободно, потому как полностью

свободно говорить нельзя никогда и ни с кем. Это Коулман уяснил ещё зелёным лейтенантом ВВС соединённых штатов. Отчасти поэтому и сумел

забраться столь высокого.

– Прогнозы аналитиков стали гораздо точнее. Особенно радуют их выводы относительно событий, которые должны вот-вот начаться. Так понимаю

возросшая точность прогнозов заслуга искусственного интеллекта?

– Либерти всего лишь инструмент- поправил генерала курирующий работы по созданию искусственного разума человек из ЦРУ: -Только дикие русские

считают интеллекты равными себе субъектами. Мы с вами понимаем, что награждать нужно исключительно людей, управляющих сколь угодно

интеллектуальным, но всё же инструментами.

– Я вас понял- отрезал Коулман: -Награды не обойдут отличившихся. Только скажите: насколько можно доверять этому прогнозу?

На стол легли распечатки. Документы высшей степени секретности сохранялись в «твёрдом» виде, после печати удаляясь с электронных носителей.

– Степень точности предыдущих прогнозов не падала ниже восьмидесяти процентов- осторожно заметил цэрэушник.

– Я спрашиваю не о точности предыдущих прогнозов, а о правдоподобности последнего!- вскипел генерал. Мощная шея покраснела. Впрочем Коулман

успокаивался также быстро, как и вскипал: -Надеюсь вы понимаете, насколько это серьёзно? Эти данные будут доложены президенту США и совету

национальной безопасности Мы не можем ошибиться!

Человек из центрального разведывательного управления спокойно выдержал требовательный генеральский взгляд. Ему прекрасно известно, что ошибка в

делах такого уровня будет стоить карьеры, а, возможно, и жизни. Но и взлететь можно очень высокого. Любой политический кризис в первую очередь

возможность для стоящих на нижних ступенях суметь подняться повыше. А текущий кризис уже сейчас можно считать крупнейшим за последнее

столетие.

– Позвольте объяснить?

Коулман кивнул.

– В области многофакторного анализа искусственный интеллект на порядок превосходит лучшие аналитические отделы и даже специально выведенных

халифатом «провидцев».

– У русских тоже есть интеллекты- заметил генерал.

– Именно к этому я и подвожу. Так как искусственные интеллекты есть и у русских и у нас, можно подумать, будто мы опять в одинаковом положении. Но

это отнюдь не так. До тех пор пока они не знают о появлении интеллектов и у нас, мы будем на шаг впереди. Потому как наш интеллект знает о

существовании их интеллектов и учитывает во время анализа. А их интеллекты не знают о существовании нашего и не учитывают его. Конечно, долго

так продолжаться не может. Скоро они догадаются по косвенным признакам, но конкретно сейчас наши прогнозы точнее, а выводы правильнее.

– И вы советуете?

– Мой уровень компетенции недостаточен, чтобы давать советы правительству соединённых штатов. Я всего лишь предоставляю аналитическую

информацию. Решение будут приниматься выше.

Он осторожен – подумал Коулман – это хорошо. Вслух генерал произнёс: -Я должен только высказать собственное суждение насколько можно доверять

вашим выводам. Решение примут президент и совет национальной безопасности. И всё же это будет очень хорошо для великой Америке, если её враги

сцепятся друг с другом, а мы постоим в стороне и посмотрим. И уже после решим: что и как делать с «победителем».

На московских улицах шумно и суетно, словно в аэропорту. Москва вообще суетный город, что и не удивительно. Здесь вершится история, здесь

принимаются решения, прямо влияющие на одну шестую часть мира, а косвенно так и на весь мир в целом.

Уставшие после перелёта, из-за смены климатических зон и часовых поясов, Конь и Мотылёк сначала растерялись, оказавшись в московской круговерти.

После маленького и привычного, как разношенный башмак, секретного научно-производственного городка Красловска, без промежуточных остановок, сразу в город городов, в Москву. Неудивительно растеряться, окунувшись в толпу равную чуть ли не четверти всего населения Красловска.

Впрочем, вскоре пробудились взращённые в сибирском мегаполисе инстинкты городских жителей и друзья принялись ловко просачиваться сквозь толпу.

Охрана, без которой их двоих больше не выпускали из Красловска, следовала молчаливыми тенями.

На эту поездку друзья запланировали множество дел. В первую очередь собирались вырвать, даже выгрызть, хоть несколько дополнительных процентов

вычислительного времени. Предстояла нешуточная битва с представителями московского государственного университета, отказывающимся в очередной

раз(да сколько можно!) ужаться и потесниться.

Минский ТехКиберСтрой, работающий исключительно на армию, чувствовал себя в относительной безопасности от загребущих рук молодых учёных. Но

и на него Мотылёк надеялся найти управу и вытребовать хотя бы пару процентов вычислительного времени, сверх изначально обговоренного. Эра и

Новосибирск обещали помочь, а поддержка двух интеллектов много стоила по сегодняшним временам.

Наибольшие надежды они возлагали на киевский «Сигнал» разрабатывающий гражданскую интеллектуальную электронику. Киевский парк