Чтение онлайн

Капитан Смирнов был задумчив и печален.

Он запросил дела двадцатилетней давности по Рязанской области, а пока сотрудник архива готовил их к просмотру, листал подшивку сводок о пропаже людей за несколько лет.

Ни одного заявления о пропаже мужчины, ни одного дела о найденном трупе, ничего! Настоящий Егор Удальцов бесследно исчез, словно и не существовал никогда. Без фактов все обвинения недоказуемы. А где взять эти факты, когда нет улик – вещественных доказательств?

Смирнов уже было отчаялся найти что-либо в документах, как в голову ему пришла новая идея: просмотреть в библиотечном архивном отделе местные газеты.

Подшивка была внушительной, до утра не прочитаешь, однако следователь уже давно выработал в себе привычку относиться к любой информации как к потенциально ценной, поэтому приступил к изучению материалов незамедлительно.

Газетная бумага пожелтела от времени, а типографская краска как будто навечно въелась в листы, тексты читались легко.

В одном из выпусков его заинтересовала статья о молодёжном десанте, вызвавшемся помочь местному хозяйству. К статье прилагалось фото девушки в белой косыночке и белом халате, за её спиной виднелись морды добродушных Бурёнок. Подпись к фотографии не оставляла сомнений: полное совпадение имени, отчества и фамилии, да и возраст примерно тот же, что был у настоящей Верочкиной матери – Самохиной Светланы Васильевны.

В интервью корреспонденту местной газеты «Славный путь» девушка рассказывала, что родом она из села Новожилово, где окончила школу, а теперь вместе с подругами приехала на Уховскую молочную ферму.

Что ж, придётся ехать. Кто знает, может, ещё живы мать, отец или другие родственники Самохиной Светланы?

Капитану Смирнову пришлось изрядно попотеть прежде, чем он нашёл нужный адрес: сельские улицы давно переименовали, некоторым возвратили исторические названия, а прежние указаны не были.

Не оказалось в живых и родителей той девушки из районной газеты.

Зато удалось разыскать её родную сестру Галину, в девичестве тоже Самохину. Она так и жила в Новожилово в родительском доме вместе с мужем и тремя детьми.

– Скажите, Галина, а тогда, двадцать лет назад, Вы присутствовали на похоронах сестры?

– Как же! С мужем ездили в Ухово. Мамы только не было с нами, умерла она за полгода до Светы. Что-то не так у сестры пошло в родах. От потери крови она скончалась сразу, как девочку родила. Я хотела опекунство оформить над малышкой, но муж её, Егор, сказал: «Нет. Сам буду растить». Ну, сам, так сам. Мы с мужем приезжали в Ухово часто, я же крёстной была Верочкиной. А потом Егор дом продал и к нам заехал, чтобы попрощаться. Гостили они с Верой два дня. Обещал написать письмо, как устроится на новом месте, в Тамбове собирался жильё купить. У него и деньги при себе были. Но не получили ни одного письма до сих пор. Ни Егора, ни Верочки мы больше не видели.

– Егор выехал от Вас в какое время дня?

– В пять утра. Я предложила немного подождать, чтобы Верочка проснулась, да и позавтракать надо перед дорогой, но Егор сказал, что в машине поспит, путь не близкий, надо ехать.

– У него своя машина была?

– Да, Победа. От отца досталась в наследство. Утонул его отец перед тем, как Егор с матерью и братом Костей в Ухово поселились.

– Примерно, может, вспомните месяц и день, когда Егор с Верой уехали от Вас?

– Я точно помню. Это было в июне, пятого числа, в день рождения Верочки, три годика ей исполнилось.

– Спасибо Вам большое, Галина, за рассказ. А сейчас Вы узнали бы Веру?

– Ох, и не знаю. Скорее, нет, чем да. Егора бы узнала, он же приметным был – рослым, голубоглазым. На левой руке, чуть выше запястья, у него татуировка имелась – имя жены. А вот дети с возрастом очень меняются. Хотя, подождите! У Верочки с рождения пятнышко на спинке, достаточно большое. Красное такое, неровное, под левой лопаткой. По нему я узнала бы её, конечно. А почему Вы спрашиваете? Что-то стряслось?

– Ищу я Егора Удальцова и никак не могу найти. А крестница Ваша – Вера, жива и здорова. Она, правда, совсем ничего не знает о Вас, но скоро ей предстоит познакомиться с родственниками.

Капитан Смирнов сел в машину и раскрыл карту дорог.

Бесценная информация Верочкиной родной тёти подтвердила предположения следователя и позволила с точностью до минуты просчитать последний путь Егора Удальцова, его роковую встречу с Матвеем Пырьевым, которая произошла ровно через сорок минут после побега из воинской части вот на этой самой дороге.

Где и на каком километре пути срочник-убийца решил избавиться от Удальцова? По милицейским сводкам в этот и последующие дни ничего криминального в Рязанской области не происходило.

По дороге в Тамбов капитан думал о том, что в деле Пырьева раскрыты все карты, кроме одной – козырной, и ему предстоит отыграть этот сложнейший вист.

Дорога в Тамбов занимала примерно пять часов, но капитан Смирнов ехал гораздо дольше.

Он изучал все её повороты и прогоны, останавливался и выходил из машины, чтобы понять, как действовал преступник.

Погрузить тело убитого в машину псевдо-Удальцов не мог: в салоне находилась дочка настоящего Егора Удальцова, ликвидировать ребёнка он не планировал. Багажник автомобиля был занят вещами – семья переезжала на постоянное место жительство в другой город. Таким образом, оставался один вариант – спрятать тело.

Выкопать яму – дело долгое и непростое, требующее времени, лома, лопаты и больших физических усилий. Да и девочка могла в любой миг вылезти из машины. К тому же, преступник сильно боялся погони, потому что знал: в воинской части предпримут все усилия для того, чтобы его найти. Беглец явно ценил время, поэтому действовал стремительно.

Бросить труп в реку он тоже не рискнул, иначе бы эта информация обнаружилась в сводках криминальных новостей.

Есть и ещё один важнейший момент. По мере приближения к Тамбову преступник всё острее понимал необходимость сменить одежду с военной на гражданскую, иначе первый же дорожный патруль остановил бы машину: наверняка работал план-перехват. Где же взять одежду? Насильно или по-хорошему забрать её можно было только у Егора Удальцова. Чистую, без единого пятнышка крови. Стоп! Значит, убивать было нельзя. А ведь в Тамбов солдат-срочник Пырьев въехал уже как Егор Удальцов, настоящий хозяин машины и родной отец ребёнка, с документами у него было всё в порядке.