Чтение онлайн

— Лин, я только к понедельнику допишу формулировки, и сразу приеду, — у Веры не было такого энтузиазма на бурный и отвязанный отдых, как у подруги. Нет, она и правда заслужила время для себя и праздник. И надо, наверное, просто позволить себе расслабиться и оторваться на полную катушку. Потанцевать, в конце концов. И выпить. Чуть-чуть. Для настроения. Правда, Кирсанов предупреждал о заведениях именно в том районе города. Но этот зануда просто наверняка там ни разу не был. Где он, а где вечеринки!

— Не, подруга, никаких формулировок. Только не сегодня! Рысью до хаты за шмотками и мухой к нам. Перья чистим и выдвигаемся. А то все козырные места эти питерские воблы займут.

За время московской учёбы Вера конечно бывала в клубах. Как правило, в компании Обухова. Это казалось естественным. А вот так, чтобы пойти только девичьей компанией, такого не было.

Они выдвинулись в центр на такси. Погода отбивала всякое желание находиться на улице. В клубе, несмотря на официальный запрет курения, кажется, топор можно было вешать. Яркие огни мелькали. Музыка гремела. Публика уже собралась.

— Вот скажите, чтобы вы делали без Каролины Денисовны! Кто столик заказал, тот молодец!

И действительно, сесть за столик в это время они уже точно на смогли бы, если бы ни Линина бронь. Сидеть втроём девичьей компанией было странно.

— Надо было кого-то из наших ребят с собой позвать, — осторожно заметила Наташа. Вера была с ней согласна.

— Нет, девки! Счастье не в мужиках! А в их количестве! Зачем нам кто-то, чтобы праздновать наш с вами успех?

На столе материализовались закуски и бутылка шампанского.

После первого бокала напряжение чуть отпустило. Вера благоразумно съела несколько кусочков сыра и фрукты.

Первой танцевать ушла, как ни странно, Наташа. Она всегда стеснялась своего роста. Но тут, как выяснилось, отдыхала какая-то волейбольная команда. Все ребята высоченные. Лина с Верой порадовались за подругу.

Егорова уже и сама была готова выдвинуться на танцпол. Двигалась она хорошо. С чувством ритма никогда проблем не было. Но её не отпускало ощущение, что за ней наблюдают.

— Наши воблы тоже здесь. С мужиками какими-то, — крикнула Егоровой в ухо Лина, кивнув куда-то в сторону.

В темноте Вера не увидела, кто же там. Но понятно, что кто-то с их курса.

Несколько мелодий они с Линой зажигали на танцполе. Хромченко танцевать не умела от слова "совсем", но зато получала от процесса истинное неподдельное удовольствие. Так, что впору было завидовать её настроению.

Быстрая мелодия сменилась медленной. Веру тут же пригласил какой-то парень. Совсем юный. Кавалер молчал всю песню. Руки не распускал. Знакомиться не пытался. Вглядываясь в огни, пляшущие по стенам и потолку, Вера вспомнила лето. Яркое солнце и зелень. И совсем другого партнёра по медленному танцу.

Ну да, ну да. Летом деревья были зеленее, а парень рядом точно умнее и красивее. И уже интересно, приехал ли он из своей клиники. Или снова застрял на всю ночь, потому что не клеится у пана доктора что-то. А она в этом, как баран в апельсинах — ровным счётом ничего не смыслит. Жалко его, а не помочь.

Музыка сменилась на быструю. Народ снова высыпал на танцпол. Стало тесновато. Рядом отжигала Лина.

Запыхавшись, Вера добралась до их столика и махнула бокал залпом. Сейчас бы водички. Нашла взглядом подруг. Наташа танцевала со всё тем же волейболистом. Лина отплясывала в импровизированном кругу. Там же обнаружились "воблы". Вроде, вполне себе весёлые.

Егорова без приключений добралась до туалета. Макияж было жалко. Поэтому подставила под холодную воду руки. Стало полегче. Голова кружилась. Во рту было какое-то вязкое ощущение. Вера прополоскала рот.

Дальше с каждым шагом становилось всё хуже. На лестнице в зал у Егоровой был выбор — дойти до своих или выбраться на улицу.

Верочка решила, что в клубе просто душновато. И надо бы на воздух. Не одевшись, высунула нос за дверь. Там было то, что англичане называют "cats and dogs". Или, выражаясь по-русски, "и плохой хозяин собаку не выгонит".

Мысли стали путаться. Последняя внятная — надо позвонить Павлу. Он же врач. Вера успела разблокировать телефон, найти номер, нажать вызов и увидеть, как с лестницы к ней, перепрыгивая через ступеньки, бежит перепуганная Каролина.

Спросонья Кирсанов не мог сосредоточиться. С номера Веры звонила какая-то девица.

— Павел? Это подруга Веры. Ей тут незахорошело.

— Где это "тут"? И как именно "незахорошело"? — Павел очень старался проснуться.

Девица внятно назвала адрес, после которого Кирсанов не выдержал — выдал вслух длинную польскую матерную тираду.

— Вы кто? Бандюк? Или пшек (поляк)? Она только шампанское пила.

— Я врач. Есть возможность Веру где-то положить, чтоб людей поменьше? — Павел лихорадочно соображал, сколько ехать в объезд закрытых уже мостов, и что будет, если любой полицейский увидит Верины руки с синяками от капельниц. Времени после болезни прошло уже прилично, но на нежной белой коже были очевидные следы внутривенных инъекций.

Девица в трубке угукнула. И выдала что-то вроде: "Не ссы в компот, док, прорвёмся!". Ну, или Кирсанову так показалось.

Ближайшая лежавшая на стуле одежда оказалась всё той же хирургической пижамой. Времени выбирать в гардеробе что-то более подходящее не было. Кирсанов сначала сунулся в аптечку. Но потом решил, что всё не утащишь. А что там такое с Верой, надо смотреть. Только бы успеть до неё добраться. Он влез в ботинки-вездеходы и накинул зимнюю куртку с капюшоном. Выскочил бегом по лестнице, на ходу вызывая такси.

Таксист попался разговорчивый. Увидев Павла в медицинской одежде стал рассказывать про все случаи госпитализации у всех членов его семьи. Из такси Кирсанов выскакивал, не дослушав, как дядю водителя увозили с инсультом.

Возле неоновой вывески металась на входе мелкая яркая девица.

— О, киви! Ты ж доктор? Рысью за мной!

Кирсанов не понял, причём тут фрукты. Главное — Вера.

Его рыжая соседка нашлась на банкетке возле женского туалета. Кирсанов встал на колени перед девушкой. Загородил собой. Перчатки из кармана вынул на автомате. Нашёл. Быстро нашёл пульс и проверил руки. Нет, свежих следов инъекций нет. Откуда-то рядом на полу нашелся характерный белый пакетик. Павел одним движением спрятал его в свой ботинок. Снова вызвал такси. Поднял Веру на руки.