Все будет по-другому
Шрифт:
– Нет, просто так говорю, - продолжаю улыбаться.
– Не волнуйся, на кольцо я наскребу без кредита.
– Это меня радует.
– Вот как?
– усмехается.
– А ты думал… Все женщины меркантильны.
– Особенно ты, - смеется сгребая меня в охапку.
***
Яр не звонит и не приезжает. Мы закрыли больничный. Аленка снова должна начать ходить в школу. Иван пообещал подкинуть ее на занятия утром, а забрать ее должна Неля Альбертовна и пробыть с ней до моего возвращения. Алена о Ярославе не вспоминала. Чему я была несказанно рада.
Предложение Ивана меня ошарашило. Я не ждала ничего подобного от него, даже не думала о браке. Он слегка оглушил меня и мне кажется, я до сих пор немного контужена. Если Яр исчезнет из нашей жизни так же, как и появился я буду только рада. Я хочу начать жить заново, сейчас я почему-то верю в то, что это возможно. Наверное, я слишком сильно зациклилась на своем здоровье. Врач не давал мне негативных прогнозов, лишь посоветовал не затягивать с операцией, чтобы как можно быстрее избавиться от моей проблемы. Я сама накручивала себя, регулярно просматривая информацию на эту тему в интернете. Все, хватит! Жизнь продолжается дальше, а этот неприятный период нужно просто пережить.
Иван впервые не берет трубку. Такого на моей памяти еще не было. За эти пару месяцев, я пропускала его звонки неоднократно, а вот он не делал этого никогда. Тревога наполняет меня постепенно. Перезваниваю повторно. По-прежнему длинные гудки и тишина. Может что-то в дороге случилось? Ладони моментально становятся влажными.
– Дочь, ты колготки под брючки надела?
– выдохнув обращаюсь к Аленке.
– Надеваю, - кричит из детской она.
Третий звонок и опять безуспешно. Пальцы судорожно смахивают список контактов в самый конец. Под сокращенным именем Элла, красуется Ярослав. Но звоню я не ему, а дочке Вани. Она берут трубку почти моментально, я даже не успеваю услышать первого гудка.
– Диана!
– каким-то осипшим голосом произносит она.
– Папу забрала полиция. Я не знаю, что делать! Мама сейчас в самолете, я не могу ей позвонить. Что мне делать?
24.
– Что случилось?
В ответ тишина.
– Ты где сейчас?
– Дома, - начинает реветь в голос Элла.
– У себя или у папы?
– У себя.
– Говори адрес, я сейчас завезу Алену в школу и приеду к тебе.
Элла судорожно заикаясь диктует мне адрес своего дома.
– Алена, давай быстрей! Чего ты там копаешься?
– тороплю Аленку параллельно вызывая такси.
– Я готова, только ты меня не заплела!
– стоит в дверях детской при полном параде, но с растрёпанными волосами.
– А где дядя Ваня? Он уже приехал?
– Нет, не приехал, - собираю ей хвостик на макушке.
– Почему?
– Потому что!
– закалываю выбивающиеся пряди заколками капельками.
– У него появились дела?
– Да, Алена! У него появились дела! Обувайся!
– Может позвонить тогда Ярославу.
– А чего это ты о нем вспомнила?
– Ну раньше ведь он возил меня в школу.
– Давай! Давай, - подталкиваю к двери дочку подхватывая ее портфель и мешок со сменной обувью. Спускаясь по лестнице натягиваю шапку ей на голову. Аленка морщится, стягивая шапку.
– Что ты делаешь?
– Я буду как лохудра! Всегда после шапки я лохматая. Лучше капюшон надену.
– Я тебе сейчас… - грожу ей пальцем.
– Ладно, ладно, - натягивает шапку обратно, недовольно скосив на меня взгляд.
Такси довозит нас до школы минут за пятнадцать. Прошу водителя подождать и бегу сдавать Аленку учительнице. Сегодня мы рано поэтому пересекаемся с Софией Романовной во дворе школы. Передаю дочку преподавателю и уже собираюсь бежать обратно, как учительница меня останавливает.
– Диана Александровна! Постойте, - делает шаг ко мне навстречу.
– У нас тут мероприятие намечается. Алена хочет поучаствовать. Она вам что-нибудь об этом говорила?
– Нет, не припоминаю - удивленно смотрю на Аленку.
– Пусть поучаствует если хочет. Простите я очень тороплюсь, - прижимая ладонь к груди пячусь назад.
– Дело в том, что мероприятие коллективное!
– продолжает она.
– Хорошо, хорошо… Сделаем все, что потребуется.
Мне дико неудобно перед учительницей, но у меня сейчас есть дела поважнее детских утренников. Что там у них, осенний бал? Наденет оранжевое платье…
Эллу нахожу сидящей на лавочке около подъезда. Черные спутанные пряди волос свисают на ее лицо, она сидит сгорбив спину и опустив голову, трясётся как осиновый лист на ветру.
– Почему ты здесь сидишь?
– снимаю пальто и набрасываю на ее плечи.
На ней надето только тонкое худи, легинсы и домашние тапочки. Неужели никто из соседей не обратил внимания на то в каком она состоянии.
– Ты замерзла совсем, - присаживаюсь перед ней на корточки, сжимаю ее холодные пальцы в ладонях. Девочку трясет от какой-то лютой лихорадки, она быстро моргает покрасневшими глазами. Ее зубы отбивают барабанную дробь. Она выглядит сейчас такой маленькой и беззащитной. Мое сердце сжимается в комок.
– Что случилось? Почему папу задержали?
По ее щекам не перестают катиться слезы. Отрицательно мотает головой еще больше ссутуливая плечи.
– Эл… Я очень хочу тебе помочь, но для этого мне нужно знать, что случилось.
– Папа сказал никому ничего не говорить, - говорит охрипшим голосом и снова мотает головой.
– Так… пойдем, - заставляю ее подняться со скамейки.
– Дай мне ключи. Какая квартира?
Элла трясущейся рукой, достает ключ из кармана кофты.
– Сорок вторая, - чуть слышно произносит она.
– Ты долго так просидела?
– подталкиваю ее к двери.
– Не знаю.
– Тебе нужно собраться и все мне рассказать, - сама отмыкаю дверь ее квартиры.
За последние двадцать минут, мне удалось выяснить только то, что она в чем-то виновата и, что она не хотела этого делать. Моя сегодняшняя работа снова накрылась медным тазом. Олег, как обычно, вошел в мое положение и дал мне отгул. Я хожу перед ней по комнате из стороны в сторону, она забилась в угол дивана и обняв колени уткнулась в них лицом. Она продолжает тихо поскуливать, а у меня уже голова кругом идет. Я совершенно не знаю, с какой стороны к ней подойти, как разговорить ее.
– Ты скажи мне хотя бы, куда его увезли!?
– присаживаюсь рядом с ней.