Чтение онлайн

Долго уговаривать Макса не приходится. Он провожает нас с Сонькой до сельской "гостиницы" и скрывается с глаз, оставляя в одиночку бороться с комарами. Безуспешно, надо сказать. Их всех мы не переловим даже к утру, а судя по надоедливому писку, оно для нас настанет нескоро. Да и как тут уснёшь на сухой траве?

– Я вам постельное принесла. Нужно одеяло бросить, а то солома будет бока колоть. Сонечка, а тебе я с Алёнкой постелила. Ничего же, если ваша девочка с внучкой моей переночует?
– Галина Антоновна, как сказочная фея, появляется из ниоткуда и передаёт мне тяжёлую стопку белых простыней, как-то уж слишком странно на меня поглядывая.

Быть может, если бы судьба пса не занимала все мои мысли, я бы даже насторожилась, но станете вы уделять внимание таким мелочам, когда вашего верного хвостатого товарища, возможно, прямо сейчас доедает стая волков?

Киваю на её предложение, ведь в доме насекомых наверняка в разы меньше, и помогаю добродушной хозяйке бросить нам вместо матраса местами прохудившееся одеяло. Ну вот, жизнь всё же заставила меня ещё раз оказаться с Некрасовым в одной постели!

– Сын мой, Толька, частенько здесь с невесткой ночуют. Они сами в городе живут, час езды на машине. И вот, почти каждое лето у нас. Вы-то сами откуда?
– женщина замирает, ухватив наволочку за уголки, и, услышав название города, вновь возвращается к делу. Лихо её натягивает и метко бросает нарядную подушку к "изголовью" кровати из сена.
– Нет, не слышала никогда. Я ж дальше нашей деревни нигде и не была. Здесь родилась, здесь и помру.

Как мой Макс... Он вот тоже найдёт здесь свою смерть. Если, конечно, его не приютит кто-то из местных, не устояв перед тоскливым взглядом миндалевидных глаз. А они кого угодно могут обаять.

– А муж у вас какой понимающий, - я беззвучно оплакиваю свою животину, а моя новая знакомая никак не замолчит. Уже и постель расстелена, откуда-то сверху теперь свисает импровизированный балдахин из жёлтой марли, а на одном из перевёрнутых пустых ящиков дымится спирать от комаров. Разве не время уходить?

– Чудо, а не мужчина, - нет же, лучше всякую ерунду городить!
– Мой ни в жизнь не пошёл бы в лес собаку искать. Кота бедного и того грозится в тазу утопить - он ему вечно в тапки сыт.

– А так и не скажешь... О Борьке Антип Петрович хорошо заботится, - материт, конечно, но кто в наше время этим не грешит?

– Так это и понятно: Борька у нас кормилец. К нам вся деревня своих коз на случку приводит. Деньги, конечно, смешные, зато и своё стадо постепенно растёт. Уже четыре козочки у меня. Утром вас молочком угощу.

Бывает же... Тощий, грязный, еле держится на своих тонких ножках, а, оказывается, первый парень на деревне. Я выдавливаю из себя улыбку, и принимаюсь молиться, чтобы Галина Антоновна поскорее вспомнила о внуках. Я полежать хочу. И немного пореветь, пока Некрасов не вернулся.

– Ты, деточка, не смейся, но сарайчик этот не простой, - а вот стоит старушке промолвить подобную глупость, усталость с меня тут же слетает. Распахиваю глаза, теперь не на шутку взволновавшись, что доверила этой милой женщине Веркину дочку, и даже делаю шаг назад. К двери, ведущей подальше от этого "непростого" амбара.
– Всех моих внучат тут заделали. Вот и вы с мужем время зря не теряйте. С племянницей нянчится это, конечно, хорошо, да и против собак я ничего не имею, но в твоём возрасте и о своих подумать нужно...

Что за бред? С чего она, вообще, решила, что мне это необходимо?

– Да не красней ты, дело-то молодое. И так на меня не смотри: не первая ты с такой проблемой ко мне приезжаешь. И всем я помогаю: травки завариваю, заговоры шепчу, советую к озеру прогуляться. Оно у нас тоже, знаешь ли...

– Волшебное?
– насмешливо выгибаю бровь, а Галина Антоновна хмурится. Интересно, почему? Сама несёт какую-то ересь, а на меня смотрит, как на дуру!

– Не веришь, значит? Дело твоё. Я же как лучше хотела.

Знаю я таких вот старушек. Их хлебом не корми, дай прочитать лекцию о продолжении рода! А надо мне это или нет - дело последнее. Зыркает чёрными глазами, кусая обведённую морщинами губу, и наверняка думает про себя: до чего бесполезная баба! Может, поэтому Толька её и умотал с женой в столицу? Она небось их насильно в этом амбаре запирает, пока очередного внучка не заделают.

– Ладно, пойду я. Ребятам ещё чайку заварю, на травках, чтоб спалось лучше, - бросает мне напоследок Галина Антоновна, а меня так и подмывает её обогнать и утащить Соньку подальше. Похоже, первое впечатление обманчиво... Делаю несколько шагов вслед за этой странной личностью, а старушка бросает через спину.

– Да не бойся ты так. Всё с твоей племянницей будет хорошо, отдохнёте и завтра дальше поедете.

Я б поспорила... Но сил нет.

Не знаю, правда ли эта Галина Антоновна местная ведьма, но на одном обмане я её всё же поймала: от брошенного на стог одеяла никакого толку. Верчусь уже минут двадцать, в надежде, что эта чёртова солома примнётся и перестанет колоть мне ляжки, а ей хоть бы что. Может, на пол перелечь? И плевать, что комары загрызут...

– Не спишь?
– Макс отодвигает полог и плюхается рядом, теперь устало растирая лицо ладонями. Его вот, похоже, колючки мало заботят.
– Сонька где?

– В доме. Хотя я уже жалею, что позволила ей там ночевать, - и сама переворачиваюсь на спину, с удивлением отмечая, что спустя четверть часа всё же смогла нормально улечься, и делюсь с ним своим открытием.
– Странные они, хоть убей.

Мужик прямой, что не слово, то прямо в глаз, а женщина двинутая, не иначе. До сих пор холодок по спине от одной мысли, что здесь её сынок с женой вытворяли... И не только сынок, прости господи!

– Это ещё почему? По-моему, милые люди. Петрович так вообще...

– Петрович еще ничего, а вот жена его, - ложусь набок и подпираю голову кулачком, - с приветом. Предлагала надо мной пошептать. Заговор.

Я испуганно таращу глаза на бывшего мужа, а он, переварив услышанное, принимается хохотать:

– Ну ты, Вась. Как скажешь...

– Ничего смешного. И чтобы ты знал - это непросто сарай, а комната для утех. И хозяйка была бы только рада, если бы мы воспользовались ей по назначению.

– Так и я за, - Некрасов перестаёт смеяться и, копируя мою позу, смотрит прямо в глаза. Комары до сих пор жужжат, теперь даже громче, ведь добраться до сытного ужина им мешает выгоревшая на солнце марля, а для меня все звуки меркнут, когда он аккуратно отводит прядь от моего лица... Господи, да я совершенно испорченная! Или бабка во всём виновата? Наговорила ерунды, а я теперь только об этом и думаю.

– Ведь правда, Васён: сено, ночь, вокруг ни души. И впрямь романтика, - а вот очередная ухмылка меня неплохо остужает.

Сбрасываю мужскую руку со своей щёки и заваливаюсь на подушку. Не дождутся! Ни вечно голодный бывший супруг-кобель, ни Галина Антоновна, наверняка работающая на правительство — таким странным способом повышает демографию .

– Придурок. С тобой ни в жизнь! И, вообще, у меня горе, понял? Я только что друга потеряла.

– А я тебе нового куплю. Только на этот раз выбирай породу попроще, йорка или тойтеррьера.