Чтение онлайн

— Я бы не смогла жить с таким грузом — знать, что не спасла кого-то.

— Когда я пошёл в эту профессию, я не представлял, насколько тяжело будет принимать тот факт, что не всех можно спасти, — признаюсь я. — Я думал, что смогу помочь каждому, кто нуждается. Но когда не получается…

Я не заканчиваю мысль, просто допиваю пиво и вытираю рот тыльной стороной руки.

Моя мама нашла меня на следующий день после того, как я впервые потерял человека на дежурстве — женщину, попавшую под грузовик. Я сидел и пялился в стену, боясь закрыть глаза, чтобы снова не увидеть ту аварию. Я не мог уснуть.

Мама спросила, уверен ли я, что хочу продолжать этим заниматься. Я ответил, что да. Но тогда я и сам в этом сомневался.

— Если ты выбрал эту работу, помни: на каждого, кого ты не смог спасти, будет трое, кого ты спас.

— Что? — спрашивает Эвелин.

Я встречаю её взгляд:

— Это то, что сказала мама после моей первой неудачи. И я всегда держу эти слова в голове в трудные дни. — Я прочищаю горло, чувствуя, как глаза начинают щипать. — Но я не знал, как тяжело будет напоминать себе об этом, когда погибший — кто-то близкий.

Эвелин встаёт со стула и подходит ко мне, держа вино:

— Это не твоя вина, Уокер.

— Я стараюсь сам в это поверить, Эв. Стараюсь.

Она отводит волосы с моего лица. И, чёрт побери, от её прикосновения по моей коже пробегает огонь, пульсируя ниже по телу. Мой член отзывается на её прикосновение молниеносно.

— Мы с тобой парочка, да? — шепчет она.

Две души, что могли бы найти утешение друг в друге — да.

— Думаю, мы с тобой сильные люди, Эвелин… Особенно ты.

— Забавно. Я как раз думала то же самое о тебе.

Сверчки стрекочут на фоне, ветер играет под навесом, но всё, что я вижу — эта женщина, которая сегодня открылась мне так, как я давно хотел. Если бы это были обычные отношения, если бы она знала, что я её добиваюсь — я бы сейчас усадил её на свои колени и поцеловал до беспамятства. Утопил бы себя в её теле, напоминая, что я жив.

— Ещё есть вопросы ко мне? — кокетливо спрашивает она, с лёгкой игривой улыбкой на губах.

— Оставлю их на другой вечер. Пусть тебе будет интересно, что именно я хочу узнать.

— Поверь, Уокер, я не такая уж интересная.

Ох, вот тут ты ошибаешься, Эвелин. Ошибаешься очень сильно.

Эвелин

— Я надела ту блузку, что купила у вас на прошлой неделе, на свидание — и он всё время только и делал, что осыпал меня комплиментами, — говорит девушка, которую я узнала с фермерского рынка на прошлой неделе. Сегодня она вернулась, чтобы поделиться успехом своей покупки.

— Я так рада это слышать!

— Мне всегда сложно найти рубашки, которые бы красиво сидели. Маленькая грудь — иногда это прям беда.

— О, девочка, ты поёшь мне прямо в душу, — отвечаю я, кивая на свою скромную грудь. После рождения Кайденс ситуация улучшилась, но грудное вскармливание у меня не пошло, молоко быстро пропало, и теперь грудь слегка обвисла.

— У тебя грудь не маленькая, — укоряет меня Келси с соседнего стенда «Гибсон Ранч».

— И я согласен, милая, — добавляет Уокер, подмигивая, когда я оборачиваюсь к нему. Его слова мгновенно наполняют всё моё тело теплом с головы до самых пальцев ног.

Я понимаю, что он сказал это для окружающих — как любящий муж, который поддерживает жену, особенно когда она нелестно отзывается о себе. Но в его голосе было что-то ещё. Как будто он и впрямь так считает.

Да, я пока не готова это разбирать.

— Я просто хотела поблагодарить ещё раз. Зайду к вам в магазин на выходных — потрачу ещё денег, — смеётся девушка.

— Буду рада вас видеть. Вот купон на двадцать процентов скидки, — протягиваю ей бумажку и наблюдаю, как её глаза загораются.

— Боже, спасибо большое!

— Не за что. Удачного дня.

Девушка уходит, пряча купон в сумочку и направляясь к рядам с едой, а ко мне подходит Келси:

— Ну, похоже, у тебя довольная клиентка.

— Да! Я обожаю это чувство. Именно ради таких моментов я и люблю свою работу — помогать женщинам чувствовать себя красивыми в своей одежде и, соответственно, в своём теле.

И это правда. Каждая женщина заслуживает чувствовать себя красивой, и я горжусь тем, что помогаю им это увидеть. В моём магазине есть одежда на любую фигуру, я не боюсь пробовать новые стили и ткани, чтобы предложить клиенткам то, что им понравится. У нас много вещей в стиле вестерн — можно сказать, деревенский шик. Но даже не техасцы найдут у меня что-то по вкусу.

Но радость от общения с покупательницей быстро гаснет, когда мимо проходит группа женщин, которых я уже не раз видела в городе. Они бросают на меня косые взгляды и начинают перешёптываться между собой.

— В чём их проблема? — спрашивает Келси. Я оборачиваюсь к ней и замечаю Уокера, который стоит позади, держа Кайденс на руках и притворяясь, будто ест её ладошки, а малышка весело хохочет.

Господи. Я должна бы радоваться, глядя на них двоих, но я знаю — эти женщины смотрели не на одежду, которую я продаю. Они смотрели на моего мужа, который носит на руках мою дочь — мужа и лучшего друга её покойного отца.

— Ничего, — говорю я, делая вид, что поправляю украшения на столе, хотя там всё на своих местах.

— Эй, что происходит? — допытывается Келси.

— Всё нормально. Оставь это.

— Похоже, она нашла себе мужика взамен на папочку ребёнка, — доносится до меня шёпот из соседнего стенда.

— Они про тебя? — Келси ставит руки в боки.

— Похоже на то, — отвечаю, разворачиваясь спиной к ним и пытаясь игнорировать, но тут слышу продолжение:

— Если бы мне предложили выбрать между тем, кого она имела раньше, и этим — я бы тоже предпочла его.

— Да вы издеваетесь?! — резко выпаливает Уокер, выходя из своего стенда с дочкой на руках, готовый защищать мою честь. Я ценю его порыв, но знаю, что это только усугубит ситуацию.

Такое я уже слышала раньше. Когда мы с Келси обедали в закусочной Rose’s Diner после нашей свадьбы с Уокером — я тоже заметила взгляды и шёпоты. С тех пор это стало происходить всё чаще — в магазине, в супермаркете, даже у меня в бутике. Все хотят увидеть женщину, что родила от одного мужчины, а вышла замуж за его лучшего друга.