Чтение онлайн

Я вспомнил о Кристине, и о том, что связывало нас с ней. И картинки с событиями трех последних дней промелькнули перед моими глазами, как кадры видеопленки, поставленной на ускоренную перемотку.

— А если я соглашусь на ваше предложение и останусь… Что будет потом?

Спильман тихо вздохнул, как будто следующие слова и вправду дались ему непросто.

— Не буду вам врать, — проговорил он, — в этом случае вы умрете… Не сразу, конечно. Но тех дней, что вы уже провели в этом месте, вполне достаточно, чтобы начать это замечать. Первые симптомы могут быть какими угодно… Обычно это холод или дрожь в руках. Иногда седина в волосах, морщины… Или, например, резкая слабость, которая появляется время от времени.

Я ничего не ответил, но, прочитав что-то на моем лице, Спильман просто ответил: «В конечном итоге этот отель на всех действует одинаково. Там… на другой стороне… Соседство с призраками ни для кого не проходит бесследно».

— Сколько у меня будет времени? — откликнулся я, ловя себя на мысли, что слова о скорой смерти совершенно не пугали меня.

— Я не могу сказать точно. Обычно 3—4 года.

— Обычно?

Спильман внимательно посмотрел на меня, как смотрят на людей, только что сказавших какую-то глупость.

— Вы не первый человек, которому я делаю подобное предложение. Кто-то держится дольше, кто-то меньше. В среднем получается 30 дней за 1 год жизни… эммм… в обычном мире. Но повторю: у всех этот процесс проходит очень индивидуально. Мне известно только, что помогает тепло и алкоголь. Не знаю почему, но это сдерживает процесс старения.

Я сделал глубокий вдох и поднялся с места. Ветер далеко впереди все так же качал рапсовое поле. А горы над аккуратными крышами домов казались нарисованными, как будто передо мной сейчас была просто идеальная картинка из тех, что обычно устанавливают в качестве обоев для рабочего стола. Я думал о смерти и том, предложении, которое минуту назад сделал мне Спильман. Но все мысли оставались обрывочными. Как будто в глубине души я уже давно принял для себя окончательное решение.

— Если я соглашусь, в чем будет заключаться моя работа, — спросил я, продолжая разглядывать горы на горизонте.

— Никакого конкретного списка обязанностей нет, — ответил мой собеседник. — Со временем, вы сами поймете, что нужно делать. Просто следите за тем, чтобы «Мон-Сен-Мишель» продолжал существовать и находился в надлежащих кондициях. Этому отелю нужно живое сердце… Что-то, что будет связывать его с миром людей… И это намного важнее, чем гасить свет по вечерам или утром сгребать мертвых мотыльков с лужайки…

— Живое сердце? — переспросил я.

— Да. Как батарейка внутри.

— Так значит, поэтому «Мон-Сен-Мишель» в последние 30 лет так часто меняет владельцев?

Спильман тихо вздохнул: «Вы же сами говорили мне про дрожь, которая пронзает отель почти каждое утро. Стены расходятся трещинами… Стекла взрываются, как яичная скорлупа… Я видел эту картину уже десятки раз!!! И десятками разных способов пытался остановить это. Но обычные методы могут только замедлить процесс… Выиграть время… И в конечном итоге все всегда повторяется снова. Сначала толчки едва различимы… Потом они становятся все сильней и сильней… Пока стены отеля не начнут отслаиваться, и этот мир окончательно не сотрет его с лица земли»!!!

На какую-то секунду голос Спильмана сделался резким, но уже некоторое время спустя он сумел снова взять себя в руки.

— У «Мон-Сен-Мишеля» всегда должен быть хозяин, — повторил он, когда его голос снова сделался спокойным. — И он всегда должен находиться где-то рядом с ним. Только в этом случае разрушения прекратятся.

— Так значит, поэтому я здесь? Чтобы стать… «необычным методом»?

— Вы здесь потому, что как-то связаны с этим местом. А оно связано с вами. Вы зависите друг от друга. Считайте, что «Мон-Сен-Мишель» выбрал вас. В противном случае вы бы не получили то письмо с приглашением.

Я тихо хмыкнул: «Только не рассказывайте мне эту чушь о том, что я избранный».

Спильман покачал головой: «Избранный? Нет… Скорее… эммм… подходящая кандидатура. Так или иначе, но это просто работа. Как у смотрителя маяка где-то на острове посреди моря. Или у космонавта на орбитальной станции. Ваша задача следить за тем, чтобы в холле отеля по вечерам горел свет, а парадная дверь в любое время дня и ночи всегда оставалась открытой. На этом все. Ничего сложного».

— Но зачем вам это?

— Чтобы призраки могли находить дорогу.

— Нет… Я имею ввиду, зачем это вам лично?

Спильман поднял глаза и посмотрел на меня очень спокойно. Сначала мне показалось, что я смог различить в них грусть, затем — жесткость, смирение, пустоту.

— Я связан с этим отелем всю свою жизнь, — сказал он после короткой паузы. — И это одновременно мой дар и мое проклятье. В отличие от вас, я не мог выбирать. Я получил эту судьбу от рождения. И все, что мне остается — это просто делать свою работу.

— Следить за тем, чтобы «Мон-Сен-Мишель» и дальше одного за другим менял владельцев?

— Сейчас это единственный вариант.

— Но почему это всегда должен быть кто-то другой? Почему не вы лично?

— Чтобы «Мон-Сен-Мишель» существовал и дальше. Я делал эту работу задолго до вас, и буду продолжать много лет после.

— Так вы что-то вроде менеджера по персоналу? — усмехнулся я, но Спильман, кажется, не оценил шутку. Не сказав ни слова, он молча посмотрел на старые электронные часы на своем запястье, а затем сказал: «Вам пора определиться. Скоро прибывает мой поезд. Я не могу задерживаться здесь слишком долго. Мне нужен ваш ответ. Вы либо едите со мной, либо остаетесь. Повторю: у вас есть выбор».

Я посмотрел вдаль, пытаясь отыскать там силуэт приближающегося поезда, но как ни пытался, ничего так и не разглядел. Горизонт оставался чистым. Лишь только две тонкие линии рельс уходили вдаль и пропадали прямо в синеве неба.

— Я думал, мы сейчас внутри еще одного воспоминания…

— Так и есть, — ответил Спильман.

— Но откуда тогда появляются эти поезда?

— Вы задаете неправильные вопросы. Тут дело не в поездах, а в самом этом месте. Миры «Мон-Сен-Мишеля» не замкнуты. Из каждого из них всегда есть какой-то выход. Иногда даже не один. Это может быть что угодно: протоптанная дорога в поле, шоссе, проход между домами, аллея из зажженных фонарей…

— Рельсы в лесу…

— Да, — кивнул Спильман. — Или эти поезда, которые всегда появляются из ниоткуда. Они — просто выход. А вы здесь гость, а не пленник, и при желании всегда можете просто уйти…

Поезда вдалеке все не было, но где-то в глубине души я четко знал, что Спильман не врал мне, и состав и в правду должен был появиться с минуты на минуту. В итоге так и случилось. Буквально через несколько секунд на горизонте появилась темная точка, а в воздухе послышался свист трубы локомотива. Я замер, вглядываясь вдаль. Поезд был еще далеко, но с каждым мгновением становился все ближе и ближе.