Чтение онлайн

— Ты в порядке? — спросил я Кристину.

— Да, — тихо откликнулась девушка, но в этот момент мне вдруг показалось, что даже она сама была не до конца уверена в своем ответе. Ее ладонь в моей руке была легкой, как воздух. И от этого я не сразу заметил, в какой момент она вдруг потерялась где-то у меня за спиной. Я обернулся, но увидел вокруг себя только темные силуэты деревьев и туман, который заслонял собой все. Я шел один, и от понимания этого мне на секунду сделалось страшно.

— Кристина! — позвал я, и принялся суматошно искать ее взглядом в окружавшей меня пустоте. Мое сердце билось, как сумасшедшее. А легкие мелкими глотками быстро втягивали в себя холодный утренний воздух. Туман в этой части пути был еще не особо плотным, но разглядеть силуэт Кристины за белесой поволокой облаков у меня все равно получилось не сразу. Она стояла всего в трех или четырех метрах от меня, но в этот момент расстояние между нами все равно казалось мне целой вечностью.

— Я не могу, — очень спокойно проговорила она откуда-то с другой стороны тумана. Но в этот момент ее спокойствие вдруг показалось мне ненастоящим и каким-то напускным. Я сделал несколько шагов в ее сторону. И в этот момент Кристина оказалась прямо передо мной. Я видел ее лицо — бледное, как туман. И видел глаза, к которым уже вовсю подступали слезы.

— Я не могу пройти, — повторила Кристина, а потом вытянула вперед ладонь, и туман перед ней на секунду стал плотным, как будто сахарная вата. — Прости… У меня не получается…

Я сделал еще один шаг по направлению к ней, и в следующий момент Кристина прижалась ко мне всем телом.

— Подожди меня тут, — проговорил я, одновременно нежно и крепко, прижимая ее голову к своей груди. — Подожди… Я вернусь очень скоро…

Кристина расплакалась, и следующие пару минут мы просто стояли обнявшись, не говоря ни слова. Когда она успокоилась, я снова посмотрел на нее, пытаясь убедиться в том, что она в порядке.

— Иди, — сказала Кристина и сделала шаг назад, в противоположную сторону от меня. — Я подожду тебя на этой стороне…

Я кивнул в ответ и, бросив на нее еще один единственный взгляд, тихо зашагал обратно — туда, где туман становился плотнее. Мириады невидимых капелек влаги коснулись моей кожи. Я шел вперед, чувствуя, как с каждым шагом все больше и больше проваливаюсь в какую-то параллельную реальность — мир, где не было ничего, кроме деревьев, тумана и рельсов, что тянулись у моих ног.

Путь через лес занял всего три или четыре минуты, но в пустоте время словно растягивалось, поэтому мне самому показалось, что я шел до другой стороны не меньше получаса. Когда туман начал снова рассеиваться я увидел перед собой уже знакомое небо, перечеркнутое линиями электропередач, и рапсовые поля прямо у линии леса. Разбитая и проржавевшая дорожная колея тянулась дальше — туда, где начинались уже нормальные рельсы. Я видел город впереди, и горы, поднимавшиеся вдали прямо над черепичными крышами. В прошлый раз я шагал туда через поля, но в этот раз, я решил сократить путь и побрел дальше прямо по железнодорожным рельсам.

Путь до города занял еще минут пятнадцать, но эта часть пути уже показалась мне намного легче. Я наслаждался видом рапсовых полей и ветром, который здесь был удивительно теплым. «Лето» — подумал я. — «В этом воспоминании всегда царит лето». Солнце плыло низко над горизонтом, знаменуя скорое приближение заката. Я грелся в его лучах, и пытался вспомнить, когда цветет рапс? Кажется, в конце весны или начале лета. Наверное, в этом мире время застыло где-то между маем и июнем. Самое прекрасное время года.

Разглядывая поля, я вдруг снова вспомнил о Кристине. Мне бы хотелось, чтобы сейчас она была со мной, чтобы этот момент мы могли разделить вместе. Наверное, должен быть какой-то другой путь, ведущий к этому городу, ведь в день своего приезда я шел к отелю совершенно другой дорогой. Я вспомнил тот закат над крышами одноэтажных домов и вспомнил, как грохотал мой чемодан, когда я шел по улицам совершенно пустого города. Сейчас я не отказался бы еще раз поговорить со Спильманом. Но в глубине души я точно знал, что это невозможно.

Размышляя об этом, я добрался до того места, где старая колея обрывалась, и дальше тянулись уже новые рельсы. Впереди замаячила железнодорожная станция, но, опасаясь поездов, в этом месте я все-таки решил сойти с путей и идти дальше вдоль рапсового поля. До конечной точки моего маршрута оставалось уже совсем недалеко, поэтому финальный отрезок пути я почти не заметил.

Когда я добрался до станции, прямо на перроне обнаружились две картонные коробки, стоявшие на той же скамейке, на которой неделю назад меня дожидался Спильман. Я понимал, что в городе без людей их никто не украдет, но со стороны такая картина все равно выглядела несколько странной. Две обычных коробки с едой — по одной на каждую неделю, что я провел в «Мон-Сен-Мишеле». Каждая из них была примерно пополам разбита между едой и напитками. И, недолго думая, я залез внутрь, чтобы получше рассмотреть содержимое. Набор в обеих коробках почти на сто процентов копировал друг друга. Литровая бутылка бренди, пачка чая, твердый сыр, пара банок мясных консервов, яичная лапша быстрого приготовления, несколько плиток шоколада, печенье, сухое молоко, фрукты и овощи в вакуумной упаковке, а также несколько кусочков сушеного мяса, завернутого в пергамент. Обычный набор еды, которая не требует особой готовки и может сравнительно долго обходиться без холодильника. Примерно такой же я получил и в день своего приезда в отель.

Дотащить до отеля сразу две коробки было несколько проблематично, поэтому, немного подумав, я решил поочередно донести их до леса и уже оттуда переправлять на обратную сторону одну за другой. В итоге вся операция заняла около полутора часов. А весь процесс транспортировки разбился на три фазы: от станции до леса, от леса до старого вокзала на другой стороне и от него уже дальше — до номера в отеле.

Впоследствии подобные вылазки я стал совершать уже каждую неделю — по понедельникам, как мы и договаривались со Спильманом. Коробка припасов всегда ждала меня на одном и том же месте, поэтому весь этот процесс мы очень быстро отработали до автоматизма. Я получал все необходимое, и с течением времени «Мон-Сен-Мишель» стал все больше и больше напоминать настоящий дом. Наборы в коробках каждый раз были немного разными. Через пару недель к продуктам и алкоголю добавилась еще и теплая одежда, обувь, гигиенические принадлежности, различные приспособления для стрижки и бритья, а также базовые медикаменты вроде пластырей, бинтов, жаропонижающих препаратов или обезболивающего. Несколько раз, получая новую коробку припасов, я находил в ней еще и короткое письмо. Как правило, в таких посланиях не было ничего интересного. Простая констатация фактов в стиле: «Теплая одежда», «Шампунь и мыло», «Базовые медикаменты». Пару раз по понедельникам я специально старался добраться до станции пораньше, чтобы встретить Спильмана или кого-то из его людей, но, во сколько бы я ни приходил, коробка на станции всегда появлялась первой. И все, что меня встречало — это проходящие поезда и одно и то же рапсовое поле на отдалении.

В течение многих недель эти послания в коробках были для меня единственной ниточкой, которая связывала меня с внешним миром. Конечно, иногда я скучал по каким-то мелочам, но в целом подобное положение дел меня вполне устраивало. Именно в тот момент я и стал до конца понимать ту фразу, которую каждый день по утрам видел на стене своего гостиничного номера. «Выбор в пользу чего-то одного — это всегда выбор против чего-то другого». Я потерял одну половину себя, но другую часть стал понимать в два раза лучше.

Когда тоска по чему-то конкретному переполняла меня особенно сильно, я сам оставлял записки на перроне того безымянного города, прикрепляя их к скамейке кусочками скотча, который я отдирал от коробок. На первой из них я написал «Диски с музыкой», и уже неделю спустя мы с Кристиной получили новую порцию свежих треков. После этого я заказывал так еще различную дребедень, вроде определенных продуктов, пива, кофе или энергетических напитков. Как правило, это все были копеечные вещи. И лишь один раз я попросил для себя что-то действительно ценное. Я написал: «Ноутбук». И ровно через неделю на той же скамейке вместе с коробкой еды нашел и новенький лэптоп известного американского бренда.

Так прошло два с половиной месяца — ровно 10 недель, что я провел в стенах «Мон-Сен-Мишеля». Вечера мы всегда проводили вместе с Кристиной, а днем я обычно что-то писал, но только в этот раз это был уже не роман, а скорее дневник, в котором я записывал все события за те или иные сутки.

С приходом осени краски вокруг стали постепенно меняться. Ночи сделались холодней. А горы на горизонте теперь утопали в десятках оттенков желтого и бардового. Единственное, что всегда оставалось неизменным — это туман, отделявший нас двоих от всего остального мира. С течением времени он сделался более мрачным. И иногда при взгляде на него Кристина вдруг становилась грустнее. Пока я что-то писал, она часто сидела на ступеньках отеля и долго вглядывалась вдаль, все больше и больше погружаясь в какие-то мысли. Когда я пытался о чем-то ее спросить, она обычно отмалчивалась. Поэтому все, что мне оставалось — это пытаться угадать, о чем она думает. Но среди всех возможных вариантов я не находил ни одного, который мог бы назвать по-настоящему приятным.