Чтение онлайн

Илиста вертела в руках две баночки, то нюхаю одну, то другую.

– Не знаю, а откуда цветки?

– От Волокиты, он перед отъездом дал.

– Тогда лучше попробовать с цветком. Волокита всегда лучшие вещи вам дает, донна Илиста.

– Спасибо, Анна, - Илиста с благодарностью посмотрела на своего гримера.
– А ты что пришла? Случилось что?

– Случилось, - Анна присела перед Илистой и стала привычным движением наносить той маску и рассказывать о своих проблемах.
– Я все за Лаврентио беспокоилась. Но вижу, что он с молоденькой девочкой закрутил из музыкантов. Ну да боги с ним, меня волнует моя доченька Най. Кажется мне, что девочка влюбилась, и что делать ума не приложу. Ведь если она забеременеет, то может остаться с ребеночком. Она же совестливая, ребеночка не бросит.

Анна тяжко вздыхала о своей непростой судьбе.

– Донна Илиста, я вот надумала узнать с кем моя доченька милуется, - Анна выдала свои мысли.
– А что, может вы посоветуете, в этом деле нельзя ошибиться. Здесь мне, как матери, нельзя дочь настроить против себя. Ох, и что же мне делать?

Илиста спокойно лежала с маской из чайных цветков и обдумывала затруднения своей гримерши. Она много лет работала с Анной, Най росла на ее глазах. И вообще то Илисту удивляло, что девочка не загуляла раньше, а дождалась своих двадцати лет. Илиста поняла, что Най девочка умная, и с кем попало, не поведется. Все это ясно говорило, что если девушка решила сойтись с кем-то, то матери, вряд ли удастся их разлучить. Свои мысли Илиста не стала излагать Анне.

– Ты вот что Анна, ты не скандаль, а сначала поговори с девочкой. Объясни, что она такая молодая, и впервые поехала так далеко. Потом скажи, что волнуешься за нее потому, что кругом много мужчин. Потом скажи, что волнуешься потому, что и у тебя были аналогичные проблемы. Побольше поговори с ней о Лаврентио. Только не обвиняй его, а скажи, что хоть и была у вас любовь, теперь вон Лаврентио крутит с молоденькой Джу.

– Поняла, донна Илиста, - Анна одобрила идею актрисы.
– Давайте маску снимать. Ну, как не щиплет? Не жжет?

– Нормально вроде.

– А потом, донна Илиста?

– Потом, посмотрим. Если поговоришь хорошо, то дочка может сама тебе скажет с кем любовь крутить надумала. А если не скажет, то подумаем, что дальше делать, поняла?

– Спасибо, донна Илиста.

Уже позже Илиста обдумала просьбу Анны помочь ей уберечь дочь от роковой ошибки, но к единому выводу не пришла. "Посмотрим, что за девочка окажется. Не спасует ли", - Илиста отложила окончательное решение.

Ночью ей приснился настолько необыкновенный сон, что она запомнила его надолго. Ей приснилось, что стоит она у самого края обрыва. За спиной дует могучий северный ветер, воют волки, и надо бежать, а бежать некуда. Илиста решила, что умирать надо красиво, и сделала шаг вперед. Ощущение падения было ужасным и притягивающим, но она упала не на твердые камни, а на мягкую пушистую шкурку. Тепло от этого пушистого тела стало согревать Илисту, и она решилась открыть глаза.

– Ты кто?
– спросило пушистое чудовище, вернее, сокровище, поправилась Илиста

– Илиста, - ответила женщина.
– А ты?

Меховое чудо было тяжело разглядеть, но руками Илиста ощущало, что оно большое, больше ее раза в два. Она хорошо видела только глаза мехового животного - огромные, как тарелки. Внезапно, Илиста заметила еще два глаза, внимательно уставившихся на нее.

– Ты нас разбудила, - заявило второе меховое сокровище.

– Извини, - Илисту это очень огорчило.

– Ничего, просыпаться приятно, - заявил первый.

– А как ты сюда попала?
– потребовал более бдительный второй.

Илиста рассказала, что убегала от волков и ветра.

– Отлично, значит, ты не побоялась упасть вниз?

– Я же думала, что умру, - Илиста пыталась объясниться.

– Но ты не побоялась. А почему ты не стала звать на помощь?

– Так ведь некого, я же одна.

– Илиста, а где ты сейчас?

Илиста рассказала двоим меховым о себе, о театре, о вчерашнем дне.

– Погладь меня, - неожиданно попросил первый.

– И меня, - присоединился второй.
– Меня никто давно не гладил. А мы тебе нравимся?

– Очень, - заверила их актриса.

Илиста принялась гладить то одного, то другого. Ей становилось очень тепло, даже жарко. Внезапный свист, и Илиста проснулась. В неровном свете луны ее ладони, также как и ночная рубашка были в волосах: черных и белых.

Глава 4. Первый лист

Если Вы добрались до последнего листа, не грустите, а откройте новую книгу.

Правило применимо ко всему в жизни.

Илиста пропустила завтрак. Никто из актеров не пропускал завтрак потому, что невозможно было предсказать, когда будет ужин. В пути случается всякое.

Это стало поводом для беспокойства всей труппы. Особо волновался директор. Он велел никого не пускать к Илисте, остановил караван, и как смог успокоил людей.

– Илиста, что с тобой?
– забравшись в повозку примы Инрих суетился, пытаясь утроить ее поудобнее.

– Плохо мне что-то, о, Инрих, - Илиста говорила жалобным, несчастным голосом.

– Плохо? Заболела?
– болезни враг путешественников, их Инрих опасался не меньше, чем разбойников.
– Что болит?

– Не знаю, - Илиста постаралась послушать себя, свой организм.
– Все болит, - решила она, наконец.

– Отлично, малышка, - директор старался говорить спокойно, но внутренне уже паниковал.
– Как болит?

– Ломит.

– А вчера ты ничего нового не ела?

– Не ела, - Илиста была абсолютно уверена потому, что даже не ужинала.

– Поесть хочешь?

– Нет. Инрих, найди целителя, пожалуйста, - попросила актриса.

– Ты полежи, я решу все проблемы, - директор был в ужасе от болезни Илисты.

Повар Грим налил Инриху в большую чашку взбадривающего чая:

– Что будешь делать? Пошлешь гонца назад или повернешь караван?
– Грим спрашивал Инриха о выборе между двумя возможными альтернативами.

Рядом стоявшие Богарта, Хэсс и Недай тоже ждали решения директора.

– Пошлю гонца, а караван пусть встанет. Придется потом наверстывать упущенное...По симптомам похоже на лихорадку, - Инрих высказал в слух, то что боялся произнести в повозке у Илисты.

Богарта поморщилась, она была в одном из походов, где началась лихорадка. До места назначения дошло только двадцать человек

– Хэсс, а твои травки? Может сделаешь отварчик?
– Недай неожиданно громко спросил бывшего вора и настоящего лирика.

– Травки?
– Инрих уцепился за надежду решить все проблемы за десять минут.

– Травки?
– переспросил Грим уважительно глядя на Хэсса. Повар уже вообразил себе, что Хэсс был учеником лекаря.

– Травки?
– Хэсс внутренне заметался. Он не мог сказать, что его травки для приготовления разных зелий для того, чтобы сподручнее было воровать.
– Я ээээ....