Чтение онлайн

"Башня? В башнях мы никогда не жили", - Мрым обдумывал идею со всех сторон.
– "Это может быть забавно. Мы любим веселиться".

"Угу, а что ты ешь?", - Илиста перешла к следующему важному вопросу.

"То, что поймаю. Но для нас разводят больших животных. Еще мы едим траву, но самое главное - энергию, силу. Ее берут от солнца, от спутников, таких, как ты, от ветра, от хорошего настроения".

"Здорово. Значит, если мы с тобой построим башню для тебя..."

" ....и моей подруги...только их у меня шесть", - добавил кодр.

"..., то надо еще разводить больших животных", - закончила свою мысль Илиста.

"Да, но мне еда не так часто требуется, а вот маленьким кодрам часто".

"А как часто у тебя кодры появляются?"

"Не часто", - взгрустнулось Мрыму.
– "Но я их люблю. Такие забавные. Сам с ними молодеешь".

"Так сколько же тебе лет?", - удивилась Илиста.

"Почти пятьсот. Но лет двести я проспал", - Мрым высчитывал свой возраст, но сбился.

"Ого!", - обалдела Илиста.

Великому Мастеру надоело слушать интимные разговоры женщины и кодра. Он выполз из кустов орешника, и отправился в свою резиденцию. Реакция женщины на сообщение о возрасте позволило ему изменить испытание для нее. Он предложит ей молодость и бессмертие. Ну, кто откажется в таком случае? А Мрым поймет, что был не прав, пренебрегая волей Великого Мастера.

Мастер Сыч и Мастер Линч собрались в дальний путь. Набор предметов, который они с собой брали, впечатлил бы любого. Первыми в списке, поражающим воображение, были меч-защитник и стол-кормилец. Дальше шли: две парадных мантии, две белых мантии, две синих мантии, одну пару сапог, большую палку, две черных курицы, аквариум с золотой рыбкой, флейту и шляпу с широкими полями

Мастера вышли в путь в глубокую ночь, они были настолько стары, что день и ночь уже не имели особых различий. Мастер Линч налакался возбуждающей настойки, ему сильно захотелось с кем-нибудь подраться. А вот на Мастера Сыча настойка произвела угнетающее действие. Ему захотелось закопать Великого Мастера, и смыться из этого мира. Давно пора было переродиться, а он все тянул лямку, не желая бросать своих сотоварищей на произвол мира.

Они вышли в путь. Когда выходишь в путь, основная опасность состоит в том, что первый шаг надо сделать в верном направлении, иначе весь путь будут обречен на неудачу. Мастер Линч и Мастер Сыч долго решали, как сделать этот первый шаг. В одно из счастливых озарений, составляющих нашу жизнь, Мастер Сыч вспомнил, что дороги то заколдованы Молодым Мастером.

– Значит, они нас сами приведут куда надо, - заключил он.

– Как же!
– возмутился Мастер Линч.
– Они куда всех тащат? В Темные земли.

– Точно, - обескуражено согласился Мастер Сыч.
– Что же делать?

– Колдовать будем, - безапелляционно решил Мастер Линч.

– И как?

– Да, как умеем. Давай вместе.

Они напряглись, и выдали такую волну силы, что по миру пошла рябь. Эта волна сбила с ног Великого Мастера, который инстинктивно успел ее загасить. Себе Великий пообещал, как вернется домой, разобраться с выжившими из ума стариканами.

– Кто же такое творит?
– первым завопить успел Мастер Сыч.

– Сам-то тоже хорош, - не уступил ему Мастер Линч.

Препирались они минут десять. Спустя еще два часа первый шаг был сделан.

– Пойдем, старый хрыч, - Мастер Сыч протянул руку Мастеру Линчу.

– Пойдем, старый хрыч, - Мастер Линч принял его руку.

Два старых мастера отправились искать встречи с труппой, которая мирно шла на фестиваль.

Этой ночью волну силы почувствовала и Алила. Волна сбила ее с ног, и забросила в маленькое озерко, на берегу которого она стояла с Хэссом.

– Ты в порядке?
– Хэсс приготовился прыгнуть в воду. Он то устоял на ногах, помогла воровская сноровка.

– Как сказать, - Алила встала на ноги. Вода доходила ей до подбородка.
– Здесь поплавать можно. Но сначала помоги мне выбраться.

Хэсс нагнулся протянул руку, чтобы девушка удержалась на крутом склоне. Коварная актриса вместо того, чтобы выбираться на берег, потянула Хэсса в воду.

– Ты что?
– он оказался в воде.

– Меня мама учила, что разговоры надо вести в равном положении, - очень серьезно сообщила девушка.

Подбородок Хэсса зажил собственной жизнью, он отпал, брови взметнулись вверх, а глаза широко распахнулись. Видимо он представлял такое забавное зрелище, что Алила расхохоталась. Не прошло и секунды, как Хэсс присоединился к ней. Они досмеялись до того, что Алила поскользнулась и упала на Хэсса. Он тоже не удержался, и оба пошли под воду.

Веселый смех привлек к озеру монахов Жанеко и Шевчека. Они с момента, как труппа попала в Темные земли, сидели в своей повозке тише воды, ниже травы. Жанеко считал, что нельзя нарушать сложившееся в мире равновесие. А не нарушить равновесие возможно ничего не предпринимая. Он объявил Инриху, что они - Шевчек и Жанеко - будут заниматься глубокой медитацией. Лучшее, что возможно сделать это не обращаться к ним, даже не замечать их.

Шевчек испытывал беспокойство, он все раздумывал, когда будет разумно уйти от труппы. Его первоначальные планы пойти своим путем претерпели изменения, и теперь постоянно Шевчек направлял свои мысли на решение этого важного вопроса. Пока ответ не приходил, но Шевчеку не понравилось, что труппа опять направляется вглубь Темных земель. Его тревожила черная скала, возникшая на горизонте. Шевчек счел возможным покинуть труппу без объяснений и прощаний этим вечером.

Они оставил повозку, все прибрали, оставили дополнительную плату, как раньше договорились с Инрихом, и пошли. Но судьба преподнесла свой сюрприз им на прощание. Путь монахов пролегал мимо маленького озерка, где хохотали Хэсс и Алила.

Молодому и влюбленному в Алилу монаху Жанеко довелось получить сильный удар по самолюбию. Он увидел, как девушка упала на Хэсса, и оба пошли под воду. Через полминуты они вынырнули, отфыркались, и принялись хохотать пуще прежнего.

Смотреть, как рушатся твои надежды, было для Жанеко больно, почти нестерпимо, но его старший товарищ Шевчек все не уходил. Жанеко закрыл глаза, но смех было невозможно заглушить. Шевчек тронулся в путь, только оценив, что зрелище для Жанеко стало невыносимым. Шевчек порадовался, что и эта проблема решилась столь благоприятно для него. Жанеко шел следом, не разбирая дороги, все еще видя перед собой смеющихся и мокрых Алилу и Хэсса.