Все дороги этого мира
Шрифт:
– Не перебивай меня, - рявкнул Мастер Линч.
– Я еще в здравом уме. Тебе такой план не придумать.
– Да уже точно, не придумать, - сквозь зубы согласился Мастер Сыч.
– Так вот они согласятся. Я преложу им убить наших куриц.
– Зачем?
– не понял Мастер Сыч.
– Курицы то тебе, чем не угодили?
– Да не перебивай, - почти зарычал Мастер Линч. В небе сверкнула молния.
– Я им скажу...
Договорить он не успел, к ним подошли Гармаш и Железяка.
– Мы уже насытились, и если можно, то хотели бы все подробно услышать, - Железяка настороженно смотрел на Линча, не желая пропустить момент обмана.
– Дело в том, - обстоятельно начал излагать свою байку старик Линч, - что это не просто птицы. Это плохие, злые колдуны, которые так много плохого совершили в мире.
Гармаш новым взглядом посмотрел на птичек, Линч продолжил излагать:
– Мы должны убить этих колдунов, только тогда мы достигнем просветления.
– Какова же наша роль в этом темном деле?
– Железяка не верил хитрому старику.
– Мы не просим вас убивать, это наше дело. Мы просим вас лишь помочь нам, и подержать этих колдунов, - ласково улыбаясь попросил старик Линч.
Гармаш брезгливо пожал плечами, неприятно, и только.
– Простите мою настойчивость, но все же хотелось бы услышать, что здесь случилось?
– Железяка не спешил соглашаться.
– Здесь?
– Линч тянул время, чтобы изложить историю потолковее.
– Мы боролись с колдунами, и превратили их в птиц, - вступил в разговор Сыч.
– О!
– выразил свое восхищение Гармаш.
– Я вынужден отказаться, - поклонился Железяка.
– Почему?
– у Линча вытянулось лицо.
Железяка пожал плечами:
– Это не моя битва.
– Но это так легко, - попробовал его переубедить Сыч.
Гармаш пялился на друга, как на потерявшего разум.
– Но!?
– он не знал, чем объяснить отказ товарища.
– Я сказал, что не буду в этом участвовать, - еще раз повторил Железяка.
– Если позволите, то я бы хотел уйти.
– Но!!
– Гармаш готов был удавить друга.
– Почему?
– Линч раскрыл ладони, и заглянул в душу несговорчивого человека. Десяти секунд ему хватило, чтобы прочитать правду. Линч убрал руки, и позволил Железяке уйти.
Гармаш не верил, что его бросают.
– Опомнись!
– потребовал он у Железяки.
– Сам опомнись, - спокойно, уверенно предложил Гармаш.
Гармаш с недоумением смотрел на уходящего человека.
– А ты?
– Линч уже знал ответ.
– Тогда держи.
Гармаш спокойно подержал курицу. Железяка с каждым шагом уходил от прошлого. Он еще видел, как сверкнула молния, но не обернулся.
Когда Гармаш стоял перед аквариумом, формулируя свое желание, Сыч смог спросить Линча:
– Почему ты отпустил того человека?
– Он не стал нам помогать по одной причине, - вздохнул Линч.
– Он посчитал, что не хочет вершить судьбу других людей, о которых знает лишь с наших слов. Он не поверил мне, что помогает в правом деле.
– Да?
– Сыч смотрел на Гармаша, не желая пропустить его желание.
– Да, именно так. Этот парень сам бы убил любого, а тем более, что я предложил убить черных колдунов. Он предпочел нам поверить, а не выяснять ничего.
– А почему же тот парень не стал выяснять?
– требовал ответа Сыч.
– Потому, что он знал, что с нами справиться не сможет, и еще он вообще мне не поверил, - признался Мастер Линч.
– И что мы будем делать дальше?
– Сыч порядком устал.
– Подождем желания этого олуха, а потом подумаем, - Линч тоже устал.
Гармаш наконец смог согласовать с рыбкой свое желание, и ждал, пока она его выполнит.
– И что же?
– с беспокойством спросил он и у рыбки, и у стариков.
– А что должно быть?
– удивился Линч.
– Но я же загадал желание, - возмутился Гармаш.
– И что?
– в свою очередь спросил Сыч.
– Почему она не исполняет?
– Гармаш никак не мог понять причину задержки.
– А мы то здесь причем?
– Мастер Линч уже все собрал с пригорка. Мастер Сыч подошел к аквариуму и накрыл его силовым полем.
– Но вы же обещали...
– взвыл обиженный Гармаш.
– Мы обещали, что у вас будет возможность высказать свое желание рыбке, - напомнил их недавний разговор Мастер Линч.
– То есть ... то есть...
– Гармаш осознал в полной мере, что его обманули. Не думая о последствия, а только переживая свою неудачу, Гармаш кинулся с кулаками на Мастера Сыча. Но ударить не успел, в глазах потемнело. Очнулся Гармаш в темноте, он лежал на берегу незнакомой речушки. Рядом пели трехногие животные.
– И что ты с ним сделал?
– полюбопытствовал Линч.
– Выкинул его куда-то. Пусть учится жить там, если, конечно, выживет, - безразлично к судьбе несчастного сообщил Мастер Сыч.
Илиста бежала по камням, задыхаясь от напряжения и опасаясь повредить ногу.
– Да, что там случилось?
– приостановившись перед очередным препятствием, выдохнула актриса.
Прыгающему за ней по камням Инриху нечего было ответить на этот вопрос. Он видел тоже, что и она, их позвал отец Григорий. Судя по тревожным истеричным голосам, они были уже близко. Поцарапав руки, Илиста добралась до актеров, застывших на краю расщелины.
– Да что случилось?
– актриса крепко ухватила за плечо растерянную Вику.
– Там, там...
– Вика огромными глазами смотрела на Илисту, но сообщить о причине криков не сумела.
Илиста пихнула Риса, Монетку и повара Грима, чтобы пробиться в первые ряды зрителей. Шаг, и она едва сама не свалилась вниз. Узкая, но глубокая расщелина была центром внимания всех в труппе.
– Да что же это такое?
– Актриса посмотрела на Лаврентио.
Композитор с абсолютно белым лицом придерживал веревку. Ему помогали Боцман и Мореход. Бескровными губами у Лаврентио получилось выговорить:
– Маша упала в расщелину.
Илиста ахнула. За ее спиной также вздрогнул директор.
– Она жива?
– Богарта встала на колени, и посмотрела вниз.
– Мы не знаем, - заплакала Анна.
– Прекратить, - по привычке подавления паники рявкнул директор.
– А кто там?
– уточнил подоспевший отец Логорифмус.
– Эльф, - надломленным тоном ответил Хэсс.
Инрих по опыту знал, что надо немедленно отвлечь людей, пребывающих в состоянии панического ужаса. Лучшим для этого средством является вопрос: "Что здесь случилось?", а также подойдет "Кто в этом виноват?".