Чтение онлайн

— Не знаю… Но слишком странное совпадение, что с ней тоже никак не связаться.

— Но Марша ведь тоже его Создательница. Недавно вы сказали, что она может "затевать что-то недоброе по отношению к нему" — Киану процитировал слова Хью Беккера. — Насколько недоброе? Неужели она способна причинить ему вред?

Пилла и Бэнти удивились такой информации.

— Если вкратце, то Марша считает, что у каждого жителя Земли должна быть возможность заполучить своего собственного "Ини-Ниони".
– сказал Хью Беккер. — В её понимании, X-vu не будет от этого страдать, если не будет об этом помнить. Но это… это такое кощунство… — голос Профессора надломился.

В комнате повисла тишина. Присутствующие не знали что и сказать после открывшейся им информации. Неожиданно первым заговорил Бэнти:

— Но, Профессор, как же Ини-Ниони проживет без режима восстановления тканей? Он, конечно, может так продержаться несколько дней, но могут возникнуть проблемы.

— Молодец, Бэнти! — сказал Профессор. — Вот сейчас мы ему об этом и напишем!

Изначально Профессор не хотел давить на робота и писать ему взволнованное письмо с расспросами. Но теперь у него был весомый повод.

"Дорогой X-vu! Спасибо, что успокоил весточкой о себе. Извини и ты за беспокойство — Бэнти просит напомнить, что тебе нежелательно пропускать сон и спрашивает вернёшься ли ты к сеансу обновления тканей?"

Нажав "Отправить", профессор Беккер крепко задумался. Он еще раз в полголоса перечитал письмо.

— Эх, наверняка он поймет, что это просто предлог! — сказал в сердцах он присутствующим.

— Точно поймет, — улыбнулся Киану. — Это же Ини-Ниони.

Они почему-то ожидали, что ответ прийдет довольно-таки быстро. Но сначала прошли две минуты, потом три, потом пять — ответа до сих пор не было. Профессор Беккер попросил бота-помощника принести всем мятного успокаивающего чаю.

Через почти что пятнадцать минут пришел ответ, "Дорогой папа Хьюго, я за городом с мамой Маршей. Здесь есть установка для обновления тканей. Ни о чем не беспокойтесь. Правда-правда не беспокойтесь. ~ Ваш X-vu."

Все заметили, как после прочтения профессор Беккер начал едва заметно дрожать.

— Милый профессор, — мягко сказал ему Киану Айл. — Я так считаю — Ини-Ниони ведь всегда говорит правду. Если он написал, что нет повода для беспокойства, значит так оно и есть.

Профессор молча поправил очки и сделал несколько глотков мятного чаю, также ничего не говоря.

"Он может думать, что нет повода для беспокойства", — несколько осипшим голосом наконец сказал он. "Нам нужно действовать, но я пока ума не приложу как."

Глава XV — Хитрость Нэй-Ли

Следующую ночь профессор Беккер спал плохо. В голове его вертелись различные варианты происходящего. Он перебрал всё что только мог: Марша, возможно, хитростью заманила робота к себе, а тот и не подозревает о её намерениях. Возможно, Ини-Ниони просто не подал виду в прошлый раз, что его расстроило увольнение Марши из ИЦБ. У него могли возникнуть страх и беспокойство на этот счет — что в нём разочарованы и что "мама Марша" изменила к нему свое отношение. По этой причине он мог согласиться на всю секретность, которой было опутано его исчезновение.

Как бы там ни было, Хью Беккер был уверен, что профессор Зондерс каким-то образом использовала привязанность к себе робота.

Настало утро нового дня — от единственного в мире робота поколения X до сих пор не было вестей. Новой головной болью ИЦБ стал вопрос о том, что они скажут публике, если Ини-Ниони не объявится в ближайшие дни.

Но вопрос стал ребром гораздо раньше, чем этого ожидали. От Пиллы пришло уведомление, что в PR-отдел поступил запрос от знаменитой танцовщицы Нэй-Ли — той зачем-то срочно понадобилось отыскать робота. Она неоднократно ему звонила и даже явилась без предупреждения к нему домой, но, не застав его там и не получив ответа, подняла тревогу.

Профессор Беккер предложил встретиться со звездной танцовщицей, всё ей рассказать и попросить до поры до времени хранить молчание.

ИЦБ прислало за Нэй-Ли элитное робо-такси, которое использовалось для особо почетных гостей. Салон изнутри был отделан высокотехнологичным материалом цвета голубой мяты. Автомобиль передвигался так плавно и бесшумно, что создавалось ощущение, будто ты находишься в комфортной комнате, а за окном пролетают городские пейзажи.

Дверь распахнулась и в комнату мягкой пружинистой поступью вошла Нэй-Ли. "Тяжеловесная элегантность" — так называли её главное неповторимое качество в прессе. Танцовщица умела быть утонченной и массивной одновременно. В глаза бросалась её высоко поднятая голова и идеальная осанка. При этом держалась Нэй-Ли победоносно — как героический персонаж, которому предстоит спасти положение. Казалось ей льстит мысль о том, что она — первый человеком, обнаруживший пропажу робота (по крайней мере она так считала).

Сопровождал танцовщицу её друг и коллега Кан Хэтто. Вместе они смотрелись весьма контрастно: Хэтто был выше Нэй-Ли почти что на голову, но на фоне крепкой фигуры танцовщицы, его собственная фигура казалась тонкой и чуть ли не соломенной — в его движениях и правда была какая-то соломенная мягкость. Волосы Кана Хэтто были белесыми, а глаза настолько светлыми, что сложно было определить их цвет. Чаще всего они казались светло-серыми, но иногда в них виднелся то ли голубой, то ли светло-зеленый оттенок.

Настрой этих двоих также был диаметрально противоположным. Черные оливковые глаза Нэй-Ли горели решительным огнем и готовностью действовать; Кан Хэтто же имел несколько понурый вид, который намекал на то, что он оказался втянутым в историю, в которую не желал быть втянутым. Он то и дело болезненно озирался по сторонам, ежась от какого-то приступающего к нему неприятного чувства, которое он переживал.

В кабинете Профессора собрались все те же персоны, что и накануне, а именно: Пилла, Киану Айл и Бэнти. Бэнти оказался большим поклонником Нэй-Ли и был счастлив наблюдать её с близкого расстояния, о чём тут же сообщил ей и всем присутствующим. Танцовщице это польстило, а вот её коллеге Кану Хэтто похоже комплименты Бэнти не понравились — он только еще пуще нахмурился.

Профессор Беккер предложил Нэй-Ли и ее спутнику присесть и сказал:

— Спасибо, что согласились приехать. Дело в том, что… надеюсь вы не почувствуете себя обманутыми, но… мы уже в курсе, что X-vu, то есть Ини-Ниони, не выходит на связь. Более того, это было его собственное решение. И мы не знаем как долго это продлится.

Нэй-Ли нахмурилась.

— Так а-а… почему он принял такое решение? — спросила она. Дело принимало неожиданный для неё оборот.

— Мы не знаем. Робот обладает свободной волей, г-жа Нэй-Ли. Он только поставил нас в известность, что с ним все в порядке и что какое-то время он будет отсутствовать, — о том, что Ини-Ниони находится у Марши и о замыслах последней Хью Беккер решил умолчать и сделал едва заметный знак остальным ничего больше не говорить.

Но его легкий кивок головы и быстрый взгляд на коллег не ускользнули от внимания Нэй-Ли. Ей показалось, что профессор Беккер чего-то недоговаривает. Казалось странным, что робот пропал неизвестно куда непонятно почему, а его главный Создатель не пытается докопаться до истины.

Тогда Нэй-Ли решила пойти на хитрость.

— Что ж, в таком случае я думаю нужно срочно оповестить всех Создателей! — сказала она. — Я думаю они должны быть в курсе происходящего, — последняя фраза была произнесена искусственно-доверительным тоном.