Чтение онлайн

Джаред отстранился, поцеловал кончик моего носа и посмотрел на сестру.

— Привет, Эйвс. Вот это сюрприз.

— Исполняю последнее студенческое желание сестры.

Джаред рассмеялся.

— За такое точно начисляют очки в раю.

Губы Эйвери дернулись.

— Я вижу Карли. Пойду поздороваюсь.

— Помни, — крикнула я ей вслед. — Никаких напитков от случайных мужчин, просто говори «нет» наркотикам и не бери конфеты у незнакомцев в фургонах.

Она показала мне средний палец и направилась к своей сокоманднице.

Джаред усмехнулся, и знакомая вибрация его смеха скользнула по мне. Но ни приятной дрожи, ни намека на что-то большее.

— Ты и правда творишь чудеса, раз смогла затащить ее на такое, — сказал он.

— Думаю, нам стоит пойти за ней. Кто знает, в какие неприятности она может вляпаться.

Он притянул меня к себе, обняв.

— А можешь остаться здесь со мной.

Я подняла голову, глядя на его красивое лицо.

— Могу.

Я позволила шуму людей и музыке увлечь меня, жару костра и предвкушению завтрашнего дня. Джаред повел меня к компании — несколько его соседей по теннисной команде и их девушки, с которыми я подружилась за последние полтора года.

Мы болтали о выпуске и поездках, которые некоторые планировали после церемонии. Легко, непринужденно, но с ощущением возможных перемен.

Губы Джареда едва коснулись моего уха.

— Ты думала о Нью-Йорке?

У меня внутри все оборвалось. Жизнь Джареда была распланирована с того момента, как его отец узнал, что у него будет сын. Финансы, работа в отцовском хедж-фонде в городе. Даже теннис входил в список допустимых увлечений — наряду с гольфом и ракетболом.

В колледже Джаред позволял себе больше свободы. Ходил со мной в походы, ездил к озеру. Но стоило ему оказаться рядом с отцом, все менялось. Он строго держался в рамках.

— Нью-Йорк — не для меня. — Я сказала это тихо, будто мягкость могла притупить боль.

Челюсть Джареда напряглась, узкая мышца дернулась.

— Ты не узнаешь, пока не попробуешь.

— Я знаю. — В этих двух словах стало меньше мягкости. Они не были резкими, но были твердыми.

В его глазах мелькнул жар, злость.

— Значит, и во мне ты тоже уверена?

— Джер, давай не сегодня.

Он стиснул зубы.

— А когда, по-твоему, мне об этом говорить? Когда ты свалишь из города сразу после выпуска? Я пытаюсь поговорить с тобой об этом уже несколько месяцев.

Грудь сжало так, что стало трудно дышать.

— Я просто хотела, чтобы мы насладились этими последними неделями. Не влезали во что-то тяжелое.

Джаред долго смотрел на меня, челюсть ходила из стороны в сторону.

— А «тяжелое» — это значит, что для тебя все кончено. И ты, скорее всего, знала это уже несколько месяцев. Но вместо того чтобы повзрослеть и сказать мне прямо, ты просто избегала разговора. Спасибо.

— Джер… — Я потянулась к нему, но он выскользнул из моих рук.

— По крайней мере, тебе не придется говорить об этом сейчас. Мы все.

Он развернулся и ушел — прочь от вечеринки, к тропе, ведущей к дороге, где все парковались. Я могла только смотреть ему вслед.

По телу разлилось зудящее напряжение, кожа будто стала тесной. Потому что Джаред был прав. Я избегала этого разговора. Не хотела ранить его, не хотела видеть предательство в его глазах. И этим только причинила еще больше боли.

Чья-то рука легла мне на плечо, и я вздрогнула, резко обернувшись.

Лана, девушка одного из соседей Джареда, смотрела на меня добрыми глазами.

— Ты в порядке?

Ее взгляд скользнул по моим щекам, и только тогда я поняла, что плачу. Я поспешно вытерла лицо.

— Я сволочь.

Темные глаза Ланы потвердели.

— Не смей так говорить о моем друге.

Я хотела улыбнуться, но губы не слушались. Вместо этого наружу вырвалась правда.

— Я причинила ему боль.

— Ох, милая. — Она притянула меня к себе. — Он просто не мог увидеть, что у этого не было шансов.

Я шмыгнула носом, когда она отпустила меня.

— А ты видела.

Лана мягко улыбнулась, и кожа вокруг ее глаз собралась в морщинки.

— Два разных мира. И он ведь не предлагал встретиться посередине. Я люблю Джареда, но у него всегда либо по его правилам, либо никак. Он ни разу не задумался о том, чтобы пойти против воли отца.

Ее слова немного ослабили тяжесть вины. Потому что она была права. Никто не спрашивал, чего хочу я. Меня лишь просили вписаться в его планы.

— Это и правда не могло сработать.

Лана сжала мою руку.

— Думаю, ни один из вас на самом деле этого не хотел.

— Это была не та любовь, от которой загорается душа. Это была удобная любовь, — призналась я.

— Ты заслуживаешь любви, которая сжигает все дотла. — Она посмотрела на меня с сочувствием. — Но от этого прощаться с этой любовью не легче. Так что будем делать? Напьемся в хлам и будем танцевать, чтобы все забыть? Или поедем домой и наедимся мороженого, проклиная его имя?

Уголки моих губ дрогнули.

— Второе. Но сначала нужно найти Эйвери.

Лана оглянулась через плечо.

— Я видела ее раньше с девчонками из лакросса. Я только скажу Коннору, что иду с вами.

— Тебе не обязательно…

Лана так посмотрела на меня, что я тут же закрыла рот.

— Не говори глупостей. Конечно, я иду с тобой.

К глазам подступили новые слезы, но уже по другой причине.

— Мне чертовски повезло, что ты у меня есть.

Она ухмыльнулась.

— Еще бы. А теперь пошли.

Лана продела руку под мою и повела нас сквозь толпу. Мы остановились, чтобы она сказала Коннору, что уходит. Он бросил на меня обеспокоенный взгляд и направился к тропе — за своим другом. Это было хорошо. У Джареда будет с кем поговорить. Он этого заслуживал.

Я вглядывалась в толпу, ища знакомую светлую макушку, но Эйвери нигде не было. Она бы не ушла, не предупредив меня, даже если бы очень захотела.

— Я ее не вижу. А ты? — спросила Лана.

Я покачала головой.

— Вон Карли.