Чтение онлайн

Стекла у балкона взрываются от луча света, и солдаты позади меня, хоть и находятся далеко, пригибаются и закрывают лица щитами.

Вокруг больше никого нет. Солдаты, Львы и Волки, отступили. Ведьмы не могут этого сделать, потому что Ева и соргинак не позволяют им отступить, несмотря на выражение ужаса, которое Ева не в силах скрыть.

— Продолжайте наступать! — Голос моей подруги перекрывает тишину откуда-то из леса. — Не останавливайтесь сейчас! Победа в шаге от нас!

«Наступай, паладин Гауэко», — подначивает меня тогда голос Эрио.

Судя по реакции моих солдат, теперь его слышу не только я.

Могущественный и ужасный, он выпрямляется, когда порыв ветра треплет тунику, которую я разорвал. Под ней нет ничего, кроме костей и тьмы.

Я решительно сжимаю рукоять меча, но Эрио поднимает руку в мою сторону, и я падаю на колени. На этот раз я знаю: это не ведьма. Эта сила иная, болезненная и неотвратимая: приговор, приведенный в исполнение. Она волнами скатывается по ногам, режущими разрядами, приковывающими меня к земле.

«Вот результат вызова божественным силам. Так есть сейчас, и так было всегда».

Он делает шаг ко мне с всё еще поднятой рукой, и что-то в самой глубине моего существа знает, что я обречен.

Ева в ужасе выкрикивает мое имя. Взрыв света ударяет рядом с ней, и я знаю, что ей не дадут передышки. Теперь кажется, что Эрио на стороне Львов, и они воспользуются этим до последнего.

Бог преодолевает разделяющее нас расстояние одним шагом. Его пальцы нависают надо мной и грубо срывают шлем, который он швыряет на землю.

«Двое богов не смогли бросить вызов правилам, а ты поверил, что сможешь вернуться из Смерти без последствий. Высокомерный и жалкий». Тогда его пальцы хватают меня за подбородок и болезненно вздергивают его вверх. Я хотел бы пошевелиться, но колени не слушаются. «Твое имя будет забыто, как и имя паладина Гауэко, и грядущие поколения будут знать тебя как надменного человека, который возомнил, что может бросить мне вызов, и умер ужасной смертью».

Я не вижу, как это происходит.

Взрыв света ударяет Эрио в спину. Его пальцы разжимаются, и сила, давившая на меня, исчезает. Он делает два шага назад и… шатается.

Его жуткая голова медленно поворачивается, пока я, затаив дыхание, вижу её в тот же миг, что и он.

Одетт стоит посреди пролома в фасаде, одной рукой опираясь на полуразрушенную стену, а другую подняв на него, как обещание смерти. Затем ей удается отойти от края, выпрямиться лишь слегка и поднять другую руку.

Это происходит постепенно, и все же никто не готов.

Сначала гаснут огни, еще горевшие во дворце, затем те, что светят дальше в городе. Гаснут вспышки взрывов и огни, вызванные ведьмами. Последними гаснут звезды.

И всё погружается в непроглядную, плотную и глубокую тьму. Всё, кроме неё. Золотой, яркий и интенсивный свет окутывает её; он окутывает и обломки, на которых она стоит, пустую комнату позади и фигуру, поднимающуюся за её спиной.

Одетт приходится повернуться спиной к богу Смерти, чтобы продолжить свою собственную битву.

В темноте ужасный звук рождается в лишенной плоти глотке Эрио. Он звучит не в наших головах; на этот раз это реальный, осязаемый и гротескный звук, который заставляет меня реагировать.

Я вскакиваю на ноги, не раздумывая.

Я иду на звук, не видя толком, куда целюсь. Это отчаянная атака, я знаю, но у меня нет выбора, потому что в последний раз, когда я его видел, Эрио смотрел на неё.

Так что я крепко сжимаю меч и, как только делаю еще один шаг вперед, тело Эрио озаряется светом.

Я корректирую траекторию и вонзаю меч ему в живот.

Внезапный свет, который теперь падает и на нас, показывает мне, как Эрио перестает смотреть на Одетт, чтобы посмотреть на меня. Он поворачивается медленно, не издавая ни звука, кроме стука костей.

Мы — две светящиеся точки в вечной тьме ночи. Вокруг я слышу сдавленные крики, звук падающего оружия, нервные шаги… Они перестали сражаться, потому что ничего не видят. Есть только мы, Смерть и смертный, и там, наверху во дворце, — Дочь Гауэко.

Через плечо Эрио я вижу Одетт на полу и королеву, Моргану, приближающуюся к ней. Она пренебрегла своим боем ради меня.

«У тебя хватает дерзости отводить взгляд?»

Я выдергиваю меч, ожидая увидеть его чистым, но он выходит испачканным черной и густой субстанцией, похожей на свернувшуюся кровь, и древний, нутряной страх начинает пульсировать в висках.

Эрио вытягивает руку с невероятной скоростью, хватает меня за шею и вонзает пальцы в горло. Хуже всего не кости, впивающиеся в плоть, а ужасное давление, которое они оказывают.

Я не могу дышать.

Я пытаюсь разжать его пальцы, но не могу. Мечь падает на землю со звоном, возвещающим конец.

Крик раздается вдалеке, во дворце, и я с подлинным ужасом понимаю, что это она. Я пытаюсь пошевелиться и увидеть. Я извиваюсь изо всех сил, пытаясь понять, что с ней происходит, но Эрио опускает череп ко мне. В его глазах — глубочайшая тьма миров.

«Слушай внимательно, смертный, потому что её крики будут последним, что ты услышишь».

Взгляд расфокусируется. Легкие горят. Мое время истекло.

Я чувствую слабость в ногах и легкость в голове. И единственная причина, по которой я не ухожу, — это она, Одетт, потому что связь, соединяющая нас, бьется по ту сторону моей груди, предупреждая об опасности, умоляя открыть глаза, бежать, идти за ней.

Но я не могу. Я снова пытаюсь оторвать его пальцы от своего горла.

Хриплый смех, созданный из дыма и костей, насмехается надо мной, пока внезапно не обрывается резким звуком.

Я падаю на землю, не понимая, что происходит, и следующее, что я слышу, — это мое собственное дыхание, возвращающееся с глубоким, свистящим и рваным вздохом. Ко мне возвращается зрение и сила в ногах, и я приподнимаюсь как могу, всё еще на коленях, фокусируя взгляд.