Чтение онлайн

Ему благодаря.

А тех, кому любовь - прекраснословье,

Пошлю ко всем чертям.

Она как птица обретёт соловье,

Лишь имя обретя.

И солнца луч для глаза будет хлёсток -

Уже не от звезды,

В цветках торицы запоёт полёвка,

В рассветности среды.

Держу пари

Держу пари,

Ты выстоишь, Париж!

Нe буду говорить,

Каких ты только бед не повидал -

Германец и вандал,

И викингов стада...

Да, видно, Notre Dame

Замолвила словцо у Сына,

Чтоб Сена погань уносила,

И все мосты,

Спокойны и чисты,

С утра до темноты

Хранили арки каменных бровей,

Какой бы ни был век,

А пришлый человек

С Кораном в голове

Увидел в небе полумесяц,

Но, не нарушив хода мессы,

Исчез, как "гут"

И прочий mauvais go^ut*

В Сорбонское рагу

Истории с казачьим "берлагут";

Мочу на Риволи

Дожди не сберегли,

Размыли память лиц,

Высококих шапок оперенье

Оставили на акварелях**.

Исчезнет жлоб,

Тебя нашедший, чтоб

Ругаясь зло,

На евро надираться коньяком,

А может быть, "Клико".

Всё смоется легко.

И пусть он дураком,

Опорожнившись в нелюдимость,

Размажет кал по камню в "Дима".

*(фр.) Дурной вкус (произносится: мовэ гу) (прим. автора).

** См. акварели Георга-Эммануэля Опица (прим. автора).

Добавь меня к одиннадцати

Добавь меня к одиннадцати, Ганс,

К двенадцати (с Элизой). Мне с числом,

Запугою обиженным, везло,

Какая первой ни была б нога,

Которая толкнёт меня с утра

Куда-то снова, где - ни верх, ни низ.

Как птицам утром - всё равно карниз,

Где ночевали. Нам не выбирать.

Не нужно им крапивных власяниц,

Чтоб колдовство осилить колдовством.

И обернутся, кем хотят, кого

Представят мановением ресниц.

Дождь идёт

Дождь идёт. Покрыт весной

Город данью - обложной,

Увлажняющей длиннотой.

Барабанят в крышу ноты

Сарабанды проливной.

Настроение - уснуть

И забыть пути к окну.

Невесёлостью рассеян,

Грустен - до дождей осенних

Только лето протянуть.

Безголовый от зонтов,

По инерции поток

Пешеходов по весенней

Моде под дождём косеет,

Словно почерк школьных строк.

Лишь цветы кричат: "Ура!",

И трава: "Давно пора!",

А машины, в лужах - плугом,

Плещут воду друг на друга,

Словно в речке детвора.

Город, старый ретроград,

Всякому навесу рад.

Парк блестит листом опавшим -

Прошлогодней промокашкой,

Как промокшая тетрадь.

Дом недели

Сойдя на станции случайной,

Прервав дорогу на года

Из ниоткуда в никуда

В буфете, избалован чаем,

Который паром бородат,

На закопчённую фрамугу

Смотрю и вижу всё странней:

Вот муха семенит по ней,

А я похож на эту муху,

Нисколько мухи не важней;

Ведь тоже - семенить и ждать

Последний дом, с поклоном в пояс

Проститься и вернуться в поезд

Из ниоткуда в никуда,

И не жужжать, не беспокоить.

Ни память не щадит, ни время

Фасады зданий за окном

И дом недели - в этот дом

Сошёл, и с той поры старею,

Не помня "от", не зная "до".

Стекло окна в буфете мутно,

Как старое вино. Горча,

Который день неважен час.

Довольно и "сейчас", и мухи.

Я перестал их различать.

Донор

"Нет, весь я не умру..."

(А. С. Пушкин)

Как поэт я умру, но не весь

(A сказать так - великое счастье!) -

Разберут и с дырой в голове

На ещё неплохие запчасти.

Отлетит ли от взрыва крыло,

Отлечу ли в кювет от кого-то,

И земля ли ударится в лоб,

Станет лобным ли местом капот, но

Не растащат меня по степи

Ни вороны, ни лисы; глазницам

Дождевую печаль не копить.

Я разлягусь по полкам больницы.

Со стола из-под яркости дня

Без наркоза из мёртвого дома

Переселится сердце гонять

Тоже кровь, но кому-то другому.