Чтение онлайн

Зачем хранишь, напасть какая -

На рельсах масло рассмотрел?

Мой плуг их не пересекает

Пером лемешным на заре.

Что отведёшь у изголовья -

Удар от сердца, от висков?

Я, заземлён своей любовью,

В грозy пo полю - босиком.

Как страшно умереть на пашне

И не оставить ей зерна.

Посеяв, умирать не страшно.

И пусть пo осени цена.

Апокалипсис

Что ни век, что ни год - предсказанье конца.

Не отнимешь его, словно рук от лица,

Искаженного страхом и завистью.

Апокалипсис.

И чем ниже живется, тем выше кулак,

И тем громче хула обладателям благ.

Ни достичь, ни отнять. Пусть подавятся

В апокалипсис.

Вы исчезните, пролы, под пеплом квартир,

Превратившие страны в вонючий сортир,

Но в бетонной норе не икается

В апокалипсис.

Барбера

Открытое вино дышало,

Камин давал огню предел,

Незлые языки шершаво

Шептались в нём, а он гудел;

Рождались мысли, слов просили,

Клубился дым, ища трубу,

И воскресало в новой силе

Вино, как бог, что креп в гробу.

Я причащался им под вечер,

Пресуществлением оно

Слaгало страны, части речи,

Тысячелетия в одно

Головоломное решенье;

И мысли, находя слова,

Стекались в реку совершенства,

Слегка кружилась голова:

Подобием сиртаки в танце

Цепочки лоз на склонах гор,

Ряды с распятьями повстанцев

Строями ровными менор.

События и винограды

Сплетались, смыслом единясь,

И Евхаристия возврата

Теряла тайну для меня.

Беженец

На буханье войны набухли почки

Весны, что больше городов взяла,

Чем все на свете войны. Непорочна

Апреля очистительная власть.

Во мне - война и грязь, аресты, крахи,

Асфальт болотный, площадей стерня,

Где босоногость обернулась прахом,

Исколотым подобием меня.

Ответы к бомбам непростых вопросов

Под тротуаром минами лежат.

Бегу туда, где чисто всё и просто,

И вывожу коня из гаража.

Я беженец. В багажнике-котомке -

Перо с бумагой, больше ничего.

Распутица весны, прими котёнком

И утопи в дороге грунтовой

Того, кто словом предавая страх свой,

Неверной строчке поверяет жизнь -

Как гром секирой ударяет в плаху,

Канистрою пустою дребезжит

И просит ливень смыть все наносное,

Как с ветрового - грязный талый снег,

Быть может, не последнею весною,

Надеюсь, в непроигранной войне.

Белый человек

Я в цилиндре стою.

Никого со мной нет.

Я один...

И - разбитое зеркало...

(С. Есенин,"Чёрный человек")

Надоело беззубо сердитым

Укрываться под глянцами строф.

Будь он проклят - ночной аудитор,

Приходящий часу во втором!

Называющий выдержку долгом

В созревании белого, лун,

И в просторно-пространном, и долгом,

Серебрящийся гривой, как лунь,

Мудренее грядущего утра

И добрее вечерних окон,

Намекает - ниспослан как утварь,

Содержащая влагу икон.

Примирением всех полушарий -

И планеты, и малых моих,

Искушает, всю ночь искушает,

Соблазняя прощеньем в любви,

Подставлением сердца под выстрел,

Под плевок, что свинца горячей,

Но я бью его мордой о выступ

Надкаминный для пошлых свечей!

И, не выспавшись, утро встречаю,

Не поддавшись ему подлецом.

Соловьи отражаются в чае

И разбитое камнем лицо...

Бесы

Из бутылки, штыком откупоренной,

Вышли бесы - враги человечности.

Экзорцизм был недолгим, повторного

Не дождаться, и пена увечная

Исторгается с болью от судорог

Да гримасным коверканьем истины

И истории, бесами сумерек

Очень пристальны к "ереси" приставы.

Овладев городами и весями,