Чтение онлайн

– Думаю, нам следует сохранить дистанцию в пятьдесят тысяч ярдов, чтобы не рисковать, - заявил Рикс после недолгого размышления.
– Его лодка намного тише, чем я ожидал.

– Шум двигателя резко уменьшился, правда? Если бы он медленно плыл вместо того, чтобы прочесывать район...
– Клаггетт с удовольствием обратил внимание на то, что капитан снова рассуждает как осторожный инженер. Правда, это не слишком удивило помощника. Когда начинало пахнуть жареным, Рикс превращался в командира ракетоносца, но это вполне устраивало Клаггетта, который придерживался той точки зрения, что не следует превращать подводный ракетоносец стоимостью в миллиард долларов в ударную подлодку.

– Мы могли бы запросто приблизиться к нему на сорок тысяч или даже на тридцать пять - и он ничего не заметил бы.

– Вы так считаете? А насколько увеличится эффективность буксируемых датчиков при более низкой скорости?

– Это верно. Действительно улучшится, но, по мнению разведки, тонкая акустическая антенна у него походит на нашу.., наверно, немного. Но даже сейчас мы собираем ценные данные об этой птичке, верно?
– задал риторический вопрос Рикс. За эту операцию он надеялся получить высокую оценку в своем личном деле.

***

– Ну, что ты думаешь, Мэри Пэт?
– спросил Райан у миссис Фоули. В руке он держал перевод последнего сообщения. Мэри Пэт смотрела в оригинал на русском языке.

– Я ведь завербовала его, Джек. Это мой парень. Райан взглянул на часы, приближался условленный момент. Сэр Бэзил Чарлстон был исключительно пунктуален. И точно в этот момент зазвонил телефон его прямой защищенной линии.

– Райан.

– Это Бэз.

– Как дела, дружище?

– О той вещи, о которой мы говорили. Наш человек проверил. Абсолютно ничего, мой мальчик.

– Даже не создалось впечатления, что наши сведения неверны?
– спросил Джек, закрыв глаза, словно боясь поверить информации.

– Совершенно верно, Джек, даже так. Признаюсь, это кажется мне странным, но вполне возможно - даже вероятно, - что наш человек не имеет к этой информации доступа.

– Спасибо за то, что попытался выяснить. Мы у тебя в долгу.

– Жаль, что помощь не была более ощутимой.
– Связь прервалась.

Да, подумал Джек, это были самые худшие новости. Он взглянул на потолок.

– Англичане не смогли ни подтвердить, ни опровергнуть сообщение Спинакера, - сказал Джек.
– Что же нам остается?

– Неужели это действительно все?
– удивленно спросил Бен Гудли.
– Значит, все будет основываться только на нашем мнении?

– Бен, если бы нам удавалось предсказывать будущее, мы сделали бы себе состояние на фондовой бирже, - мрачно проворчал Райан.

– Но вы так и поступили!
– напомнил Гудли.

– Мне просто повезло в нескольких рискованных сделках, - ответил Райан, прекращая обсуждение поднятого Беном вопроса - Мэри Пэт, как твое мнение? Мэри Пэт, как твое мнение?

Миссис Фоули выглядела усталой - ведь ей приходилось ухаживать за маленьким ребенком. Джек подумал, что ей нужно больше отдыхать.

– Ты ведь знаешь, Джек, я должна поддерживать своего агента. Ведь он наш лучший источник политической информации. Ему доводится беседовать с Нармоновым один на один. Именно поэтому он так ценен для нас и получаемые от него сведения так трудно подтвердить, найти доказательства их правильности из другого источника - но в прошлом его информация всегда оказывалась достоверной.

– Меня пугает то, что он начинает убеждать меня.

– Почему это вас пугает, доктор Райан? Джек закурил.

– Потому что я знаю Нармонова. Этот человек мог прикончить меня одной холодной ночью за пределами Москвы. Мы заключили с ним договор, скрепили его рукопожатием, и с тех пор он не нарушил его. Для того чтобы пойти на это, человек должен быть уверенным в себе. Если он утратил эту уверенность, тогда.., тогда все может рассыпаться, как карточный домик, быстро и непредсказуемо. Разве можно представить себе более пугающую картину?
– Райан обвел глазами кабинет.

– Действительно, - согласился руководитель русского отдела разведывательного управления ЦРУ.

– Я тоже придерживаюсь такого же мнения, - кивнула Мэри Пэт.

– Что думаешь ты, Бен?
– спросил Райан.
– Ты верил этому парню с самого начала. Присланные им сведения поддерживают твою позицию, занятую еще в Гарварде.

Доктору Бенджамину Гудли не нравилось чувствовать себя загнанным в угол. За несколько месяцев, проведенных в ЦРУ, он постиг тяжелый, но важный урок: одно дело высказывать свою точку зрения в ученой среде, обмениваться мнениями за обеденным столом в преподавательском клубе Гарвардского университета и совершенно иное - здесь. Из высказанных в кабинетах Лэнгли мнений формируется политика государства. А это, понял он, и означает стать частью всей системы.

– Мне не хочется признаваться, но я изменил свою точку зрения. Здесь может сказаться фактор, не принятый нами во внимание раньше.

– Что это за фактор?
– спросил руководитель русского отдела.

– Давайте посмотрим на ситуацию отвлеченно. Если Нармонов теряет власть, кто заменит его?

– Вероятным кандидатом становится Кадышев, у него шансы на это, скажем, один из трех, - ответила Мэри Пэт.

– В научном сообществе - да и вообще где угодно - разве это не является личной заинтересованностью?

– Мэри Пэт?
– Райан перевел взгляд на нее.

– Ну и что? Разве он когда-нибудь лгал нам? Гудли решил следовать выбранной им линии, сделав вид, что идет чисто академическая дискуссия.

– Миссис Фоули, мне дали задание найти признаки того, что Спинакер ошибается. Я проверил все, к чему имел доступ. Единственное, что мне удалось обнаружить, - это едва заметное изменение тона его сообщений за последние месяцы. Их язык несколько изменился. Заявления Спинакера выглядят более определенными, в некоторых вопросах меньше сомнений, размышлений. Это, возможно, соответствует содержанию его докладов, но.., но в этом может таиться и какой-то смысл.

– Неужели вы основываете свои заключения на том, где он ставит запятые? фыркнула эксперт по русским делам.
– Юноша, здесь мы занимаемся более серьезными делами.

– Как бы то ни было, мне необходимо представить наше заключение Белому дому, - напомнил Райан.
– Мне придется сказать президенту, что мы согласны с информацией Спинакера. Давайте обратимся за консультацией к Эндрюсу и Кантровицу - пусть они приедут сюда и дадут заключение. Есть возражения? Возражений не было.
– О'кей, спасибо. Бен, ты не мог бы задержаться? Мэри Пэт, пусть у тебя будет продолжительный уик-энд. Считай это приказом.