Вселенная шай-ти
Шрифт:
– С ума сойти…
– Поэтому… у меня есть тебя просьба. Ты можешь отказаться, ты имеешь на это полное право. И в свете всех твоих приключений в космосе такое решение было бы самым логичным, но…
Глаза у лекаря стали больными и отчаянными: Соня знала этот взгляд, видела у собственного отражения, когда ехала в ти-ди Фенха в копи, где под обвалом ее ждал Ашай. Упрямая надежда.
– Машехра не может родить сама. У нее заражение проявилось в одной из острейших и коварнейших форм: близость со мной не причиняет ей боли, но ребенок… Зачатие спровоцирует мгновенный и настолько сильный импульс, что ее нервную систему просто выжжет. А ты…
Соня смотрела на тараторящего, запинающегося в словах Фенха и понимала: не откажет. Не ему. Приди к ней какой другой ученый - выставила бы взашей, даже слушать не стала, но Фенх… Он совершенно иной разговор. И Машехра…
– Что ты хочешь, Фенх? Скажи. Не надо объясняться и оправдываться, я… люблю вас с Машехрой, вы выбранная Ашаем семья, - мягко перебила Фенха Соня, вставая и обнимая его.
– Ну? Что от меня нужно?
– Мне… нужна твоя кровь, - глухо произнес лекарь, утыкаясь лбом девочке в живот и не решаясь поднять на нее глаза.
– И официальное разрешение на проведение с ней опытов. Что ты… не будешь против стать моим… объектом изучения.
– Значит, ты его получишь, - уверила шай-ти Соня.
– Все бумажки и формы ты, надеюсь, принес с собой? Не хотелось бы светиться у тебя в центре.
Девочка прекрасно отдавала себе отчет в том, что у здешних стен были слишком длинные уши. И узнай кто посторонний о том, что сейчас рассказал ей Фенх… Соня была совсем не уверена, что на следующее утро не проснулась бы в какой-нибудь лаборатории в качестве подопытного кролика. И здесь ее не защитил бы даже Ашай.
– Просто это шанс, понимаешь?
– поднял на Соню глаза Фенх.
– Шанс на жизнь…
– Прекрасно понимаю, - отозвалась девочка, недовольно хмыкнув.
– Но меня не волнует твоя раса, Фенх. А вот ты с Машехрой - очень. И если моя кровь сможет хоть немного помочь вам обоим, то пожалуйста. Бери. Исследуй.
– Ты… Спасибо.
– Свои - сочтемся, - рассмеялась Соня и потрепала Фенха по макушке.
– Вставай, горе-лекарь, тащи свой чемодан, будем подписывать твои формы и пить мою кровь! И заодно ответь мне: Ашай в курсе твоей просьбы?
– Он меня к тебе и послал, - признался Фенх.
– Заявил, что ответ на мой вопрос есть только у тебя. А он, даже понимая, что твоя кровь может оказаться спасением для нашей расы, никогда не сможет пойти на подобное против твоей воли.
– Скажи, он же чудесный, мой Ашай?
– мягко улыбнулась Соня, возвращаясь на свое место и распуская завязки на рукавах.
– Но совершенно не подходящий для своей должности. Тай-до-рю не имеет права выбирать собственное благо, когда на чаше весов стоит благо всего народа.
– Если бы было иначе, то он не был бы Ашаем, - разумно возразила девочка.
– Ну, и где твои инструменты? Долго мне ждать, пока надо мной опыты начнут ставить?
– Сама же о пощаде через минуту запросишь!
– пригрозил Фенх, вставая и отправляясь за своим лекарским ящиком.
– Я сделаю тебе самый болезненный укол!
– Не сделаешь, ты добрый!
– Не порть мою репутацию! Я злой и страшный! Передо мной трепещут все три вверенных мне этажа нашего центра!
Соня в ответ только рассмеялась. А глядя на наполняющуюся кровью стеклянную сферу, подумала: пусть у Фенха с Машехрой все получится.
VII.
– И почему нас с тобой вечно куда-то посылают?!
– недовольно зашипела Соня, стукнувшись коленкой о тумбочку.
– Других активистов нет?! Свет клином на тебе сошелся?!
– Ты можешь не ехать, свет мой, я ведь уже предложил это. Меня не будет каких-то две недели…
– Ты сам себя слышишь?
– от возмущения Соня даже остановилась на середине движения.
– Целых! Две! Недели! Без! Тебя! Да я тут свихнусь.
– Соня, я еду не на увеселительную прогулку. У меня будет очень мало свободного времени. Почти целый день ты будешь находиться одна. Да и климат там не самый для тебя подходящий, слишком холодно…
Ашай уезжал в Академию принимать экзамены, а Соня собиралась вместе с ним. Возражения со стороны Тай-до-рю не принимались.
– Ничего, у нас на Земле тоже морозы бывают по минус шестьдесят градусов! Живем же как-то! Да и не нужно меня опекать - справлюсь, - улыбнулась Соня. Мысленно она проверяла список вещей, прикидывая, что она могла забыть. Но теплые кофты в чемодан она уже положила, как и шаровары, носки, шарфы и шапки…
– Тем более, что скучать я не умею. А вечером ты вернешься.
Ашай с самого начала знал, что Соню ему не переубедить, но не попытаться не мог. Просто чтобы дать ей возможность передумать, сделать шаг назад - ведь на север они ехали не на день и не на два.
– Вижу, мне тебя не переубедить. Но учти - без жалоб потом, - предупредил Соню Ашай.
– Ну, не в отпуск же мы едем!
– в круглый чемодан отправилось все, что могло потребоваться им в дороге и на новом месте.
– Так что нет, не дождешься. Тем более, поездка-то всего на две недели. Примешь экзамены, проведешь свои факультативы и обратно! Глазом моргнуть не успеем, как вернемся.
– Мне бы твоего оптимизма, свет мой…
– А ты пессимистом не будь, тогда и оптимизм не придется искать!
– Я реалист, Соня. Это намного хуже, - мрачно ответил Ашай.
– И зачем нам столько вещей?
– спросил он, наконец-то обратив внимание на сборы.
– Как это, зачем?!
– удивилась Соня.
– Там же холодно?
– Холодно.
– Значит, комплект теплых вещей на двоих, ночное и сменное белье, аптечка, - загибая пальцы, начала перечислять девочка, - еда в дорогу - ехать-то целый день! И еще отдельно визоры, твоя документационные пластинки - вон они, в шкатулке - и моя домашняя работа.
– Эм…
– А теперь ты мне скажешь, что раньше ты всегда мотался туда налегке только с документами?
– недовольно прищурившись уточнила Соня.
– Ну не так уж и с одними документами…
– Да, еще с таблетками, сунутыми в последний момент сердобольным Фенхом.
Ашай решил промолчать, а то, как он подозревал, ему могло достаться за неорганизованность и наплевательское отношение к себе.
– Эй, хозяева, почему дорогого гостя не встречаем, внимания на друга не обращаем?
– раздался со стороны входной двери голос Фенха.