Вселенная шай-ти
Шрифт:
– У тебя же съезд какой-то научный сегодня?
– А он с него сбежал, - сделал вывод Ашай.
– И оставил отчитываться Машехру, - появившись из коридора, согласно кивнул Фенх и прислонился плечом к кухонной перегородке.
– Все равно во всей звучащей на этом семинаре научной белиберде она понимает больше моего.
– Но вы же вместе над проектом работали… Ашай мне статью показывал, там было что-то про влияние какого-то вещества в синих папоротниках на… - попыталась вспомнить буквально позавчера прочитанный текст Соня, - не скажу что.
– Ашай, - Фенх укоризненно посмотрел в сторону Тай-до-рю, - вот чем ты своему свету голову забиваешь?
– Информацией и знаниями!
– Совершенно не систематизированными, - трагически вздохнул лекарь.
– Все верно, Соня, - доклад наш именно о папоротниках, но все формулы и обоснования выводила Машехра. Я же занимался практической частью: опыты проводил на основе ее выкладок. Но теперь нам нужен грант на продолжение исследований…
– А за выбивание денег у вас в семье отвечает Машехра, спасибо, я поняла.
– И я бы там только мешал, надоедая окружающим своей зверской рожей.
Тут Фенх на себя безжалостно наговаривал: мероприятия подобного рода он любил. Особенно перемывать косточки окружающим и едко комментировать устаревшие технологии и точки зрения. К сожалению, в научных кругах этой расы можно было наблюдать совершенно земную картину: признанные в прошлом светила далеко не всегда хотели пропускать многообещающие проекты, если для этого надо было подвинуть себя и своих протеже. А Тай-до-ко, курировавшая данное направление, вообще отметала в сторону все неугодные ей работы, и Фенх с Машехрой уже несколько лет значились у нее в черном списке. Сместить их с должностей Тай-до-ко не могла - они были и оставались одними из лучших специалистов - но палки в колеса вставляла регулярно.
– Там что, сегодня уважаемая Тай-до-ко в комиссии?
– подозрительно поинтересовался Ашай.
– И все-то ты знаешь, провидец!
– отвесил восхищенно-издевательский поклон Фенх.
– Именно она.
– Ну тогда понятно, что ты сюда пришел, Машехра-то без тебя еще как-то себя в руках держит. А когда ты злишься - не может. А при Тай-до-ко ты злишься постоянно, - отдавая Ашаю второй чемодан и принимаясь упаковывать еду, понятливо заметила Соня.
– Каюсь, виноват. Да и не хочу я сейчас мелькать пред ее сиятельными очами…
– Новый проект или… - Ашай оборвал себя на половине предложения.
– Да, в связи с твоей последней работой это действительно было бы нежелательно.
– Я что-то пропустила?
– не поняла Соня.
– Ты, о свет моего друга, в этой работе непосредственно поучаствовала, и без тебя ее не было бы.
– А-а-а, - сообразив, о чем велся разговор, кивнула девочка, - дошло. Можете продолжать разводить конспирацию.
– Я тебе, кстати, - обратился к Ашаю Фенх, - последние результаты скинул. Посмотришь в дороге.
– Хорошо.
– И еще по поводу нашего вчерашнего спора: я все еще категорически против.
– Фенх!
– Ашай указал глазами на Соню, - не здесь.
– Ты допускаешь огромную ошибку…
– Мы уже все обсудили. За материалы - спасибо, но разговаривать с представителями Совета не тебе, а мне.
– Вот ведь дурак, - зло топнул ногой лекарь.
– Где там ваши чемоданы, пойду их хоть в ти-ди отнесу… И Фенх удалился с отобранной у Сони поклажей, сердито и громко топая по лестнице и начисто игнорируя лифт.
– Ашай… - окликнула Тай-до-рю девочка.
– Нет, свет мой, сейчас мы с тобой обсуждать ничего не станем.
– Ашай?
– И не потому, что я тебе не доверяю, но так будет лучше. Да и помочь ты не сможешь, а волноваться начнешь…
– Ашай!
– повысила голос Соня, чтобы на нее таки обратили внимание.
– Что?
– замолк на полуфразе Ашай.
– Только не решай за меня, хорошо?
Она не ждала ответного кивка - просто вручила ему сумку с обедом и термосом. Ашай был прав: прямо сейчас они обсуждать ничего не станут. Не время и не место, да и Фенх внизу ждал, и ехать пора было.
– Подумай еще раз, все взяла?
– закрывая дверь, спросил Ашай.
– Там магазинов нет, а съездить куда-то вряд ли представится возможность.
– А, основное взяла. А если что-то и забыла - уже не важно.
Отъезд вышел каким-то скомканным и грустным: Фенх мрачно маячил за окнами ти-ди, ежась под порывами холодного ветра, Ашай упрямо пытался не замечать недовольства друга, активируя системы управления, а Соня тяжко вздыхала, глядя на них.
– Берегите себя, хорошо?
– обнимая шай-ти поперек талии, попросила Соня.
– Ни во что не ввязывайтесь тут без нас и не делайте глупостей!
– Об этом я должен тебе напоминать, Соня, - ответно обнял ее лекарь.
– Мы с Машехрой очень постараемся дождаться вас в целости и сохранности. Но и ты постарайся присмотреть за нашим излишне уверенным в себе охламоном, договорились?
– Всегда!
– пообещала Соня, забираясь в кабину ти-ди - их с Ашаем был серебряного цвета с фиолетовыми “крыльями” и золотым узором по бокам корпуса.
– Слышишь, Ашай, мне велено за тобой присматривать!
– И почему я не удивлен?
– поинтересовался Ашай, ожидая, видимо, ответа от приборной панели, а не от хихикающих Сони с Фенхом.
– Машехре передай мой поклон, и сам…
– Да знаю я, все с нами будет хорошо! Удачи.
– И тебе.
Соня устроилась на сидении, подобрав под себя ноги и уткнувшись носом в коленки. Глаза защипало: ей совсем не хотелось куда-то лететь.
– Ты еще можешь остаться… - предложил Ашай, взлетая и выруливая с площадки. Снизу на них смотрел Фенх: здесь не принято было махать рукой на прощание, провожали взглядом, пока корабль не скроется из виду.
– Нет. Это я так…
– Не переживай, мой свет, мы скоро сюда вернемся.
К Дням темноты, если быть точным, но Ашай не стал уточнять.
По главному экрану побежали буквы, цифры, слова, какие-то диаграммы зеленого цвета. Соня в них ничего не поняла, но решила, что это сигнал: “можно лететь. Все нормально”. Ашай быстрым перебором развернул несколько дополнительных окон, набрал какую-то комбинацию из кнопок, и ти-ди, плавно развернувшись, полетел в сторону гор, оставляя позади себя столицу.
– Сколько нам лететь-то?
– Почти шесть часов. Все-таки другой край планеты, а часть дороги у нас пролегает не в верхних слоях атмосферы, а по земле, - ответил Ашай, устанавливая на машине автопилот: не хватало еще самому пилотировать, не в космосе же он на боевом задании. А потом недовольно нахмурился, краем глаза заметив над Сияющим хребтом собирающуюся грозу: редкое явление. К большим переменам и зачастую не особо приятным.