Чтение онлайн

– Но при чем тут подглядывание?

– При том, что в нее очень удобно это делать!
– фыркнула девочка, вспомнив истории и разные анекдоты.
– Или просто считается, что удобно. Потому что спина от стояния в три погибели начинает болеть уже через пять минут. Или раньше даже.

– Соня, ты меня запутала, - укорил ее Ашай, вставая с колен и любуясь результатом: почти прозрачный огонь потянул тонкие язычки вверх, согревая холодный воздух.

– Чем?

– Почему, чтобы подглядывать в скважину, надо обязательно стоять в три погибели?

– Тебе - в четыре, - поправила Соня.
– А надо потому, что замок находится где-то на уровне моего локтя, когда выше, когда - ниже.

– Действительно, не особо удобно. Но ты зря беспокоишься, обживать этот дом нам с тобой завещали, мой свет.

– Вот именно такими словами?
– не поверила Соня.
– Быть не может!

– Они знали, что рано или поздно я найду тебя, пусть и был неизвестен твой облик. Но это ничего не меняло ни тогда, ни сейчас. Поэтому они оставили все, что здесь есть, нам, - и, видимо в приступе накатившей искренности, Ашай добавил: - Я никогда и никого сюда не приводил. Даже Фенха.

– Совсем?

– Совсем.

Соня немного растерянно улыбнулась, не до конца понимая, как реагировать на подобное признание.

– Правда, в моей детской комнате нам неудобно будет спать.

– Почему?
– спросила Соня, одновременно с этим заглянув за вторую дверь и получив ответ на заданный вопрос: кровать у стены стояла детская. Одна Соня на ней еще поместилась бы, но с Ашаем уже никак!
– А, ну да, вижу. И что ты предлагаешь?

Сама комната оказалась настолько обычной, что девочка почувствовала почти разочарование. Она-то ожидала увидеть плакаты, микросхемы и провода, научные книжки на полу, что-нибудь еще мальчишеско-подростковое, но ее встретили лишь пустые полки и такие же, если не считать вышитую штору на окне да засохший букет цветов на низком столике у кровати.

– Да здесь и ляжем на полу, одеял и матрасов на нас двоих более чем достаточно.

И в качестве подтверждения собственных слов Ашай вытащил из шкафа в коридоре - хотя он был больше похож на кладовку - обозначенные вещи.

– Свет мой?
– недоуменно приподнял брови Тай-до-рю, заметив, что Соня так и осталась стоять в его комнате.
– Что случилось?

– Ашай… почему она такая… безликая?
– произнесла Соня обиженно, словно ей сначала пообещали игрушку, и даже почти уже подарили, а потом отобрали.

– Кто?

– Твоя комната. Почему в ней настолько пусто?

Ашай несколько секунд смотрел на нервно теребящую кисточки пояса Соню, как будто не понимая смысла ее вопроса, а потом хмыкнул и принялся расстилать на полу постельные принадлежности.

– Все ценные вещи я давно перевез в городскую квартиру, мой свет. Либо в шкаф убрал, - кивнул он в сторону кладовки.
– Ты не поможешь мне?

– А, да, сейчас, - кивнула Соня и подошла, чтобы забрать у него одеяла с подушками.

– Так вот, - укладывая поверх матраса одеяло, продолжил Ашай, - в той комнате я только спал, предпочитая либо возиться за домом, в сарае, либо изучать ближайшие и дальние окрестности. Дед, сама понимаешь, никогда особо этому не мешал, а бабушка считала, что лишь бы не болел, а проголодаюсь - прибегу.

– Очень правильная позиция, знаешь?
– заметила Соня.

– Давай подушки… Теперь одеяла…

Соня подала Ашаю большое шерстяное одеяло толстой вязки, а второе, поменьше и потоньше, пристроила сбоку от импровизированной кровати. Она была уверена: не пригодится, лишним окажется - но раз ее тьма хотела перебдеть…

– Уверена, что не замерзнешь?

– У тебя под боком?

– Аргумент.

Тем более, что в доме с каждой минутой становилось все теплее и теплее: жаровня и камни прогревали воздух не хуже русской печки.

– Есть, кстати, будешь?
– указала Соня взглядом на стоящую на столе сумку.
– А то я все в холодильник уберу.

– Мы же в ти-ди перекусили…

– Скажи лучше, плотно пообедали, - рассмеялась девочка: после поляны они подточили почти все пироги и половину термоса с морсом. Соня в очередной раз похвалила себя за предусмотрительность, хотя кое-кто и говорил, что так много им не потребуется. А ведь им еще ужинать сегодня придется, а на следующий день и завтракать.

А приготовить сегодня Соня уже ничего бы и не смогла, она даже не спорила, когда Ашай унес ее на руках с поляны! Сама бы она до ти-ди не дошла за все сокровища мира.

– Совсем я тебя замучил, да?

– Нет. Просто впечатлений много, да и вообще… На новом месте в первый раз всегда так.

– Первый?
– осторожно уточнил Ашай.

– Ну, мы же сюда еще приедем, - объяснила Соня.

– Ты… очень щедра, - следующий вопрос прозвучал для Сони настолько неожиданно, что она чуть миску с мясом из рук не выпустила.
– Тебе не больно?

– Что - не больно?
– она принялась загружать продукты и контейнеры в холодильник.

– Вот так… быть со мной.

– С чего бы?
– шока с удивлением в ее голосе было примерно поровну. Вот уж подобного она точно не ожидала!
– Мне приятно. Очень. И мы, кажется, с тобой это уже обсуждали, разве нет?

– Что приятно и хорошо, я слышу. Иначе никогда бы не стал так часто…

– Тьма моя, что ты там себе думаешь в своей умной голове?
– вздохнула Соня, закрыв дверцу холодильника и подсев к Ашаю под бок. Ей очень хотелось постучать ему кулачком по макушке, но она удержалась: спугнет еще, когда тут серьезное обсуждение наметилось!

– Просто… Шей-ти больно бывает.

– Но я же человек!

– Но ты тоже была заражена тем вирусом… Да и я не всегда бываю осторожен.

Соня в упор не понимала, как подобная мысль вообще могла поселиться у Ашая в голове. Не только же после прочтения научных изысканий Фенха!

– Вот еще! Ничего подобного, ты вообще очень аккуратный и нежный!
– Соня заглянула Ашаю в глаза.
– И никогда не делаешь мне больно. За все время - вообще ни разу. А болезнь… Была бы она, сто раз бы уже побочный эффект проявился бы - тем более такой неприятный, как боль!

– Точно?
– все еще не веря, уточнил Ашай.

– Абсолютно. Я бы сразу сказала, будь оно иначе.

– Ты не врешь сейчас, чтобы меня успокоить?

– Ты же слышишь, что не вру!
– возмутилась девочка.
– И вообще, раз так, то раздевайся.

– Свет мой?
– выдохнул Тай-до-рю, расширившимися глазами смотря на стягивающую с себя жилетку Соню.

– Свет твой я с самого рождения, - принимаясь за пояс и манжеты теплой рубашки, парировала она.
– Я, конечно, могу и сама тебя раздеть, что я, гордая, что ли? Но в застежках твоей одежды я все еще путаюсь, и ты рискуешь завтра предстать перед своими бывшими учителями одетым не по форме…