Вселенная шай-ти
Шрифт:
– Соня…
– Запасную одежду-то мы не взяли, - продолжила Соня как ни в чем ни бывало, словно ее даже не пытались перебить.
– Что ты творишь?
– перехватывая девочку за руки и разворачивая лицом к себе, спросил Ашай.
– Разве непонятно? Раздеваюсь.
– Зачем?
Соня в очередной раз вздохнула: вот же глупый…
– Затем, что словам ты не веришь. Поэтому свою правоту я буду доказывать практическим путем!
– Практическим?
Если бы у шай-ти когда-нибудь проводился конкурс на умение ставить брови домиком, Ашай бы занял первое место! И гран-при тоже получил.
– Ну да. Ну, если ты не хочешь, конечно, то…
Она сидела перед ним хмурая и серьезная, готовая вот прямо сейчас начать доказывать ему, как он не прав, думая всякую чушь. Рубашка у нее была расстегнута почти на все пуговицы, открывая взгляду ключицы, тяжело вздымающуюся грудь и мягкий живот с родинкой возле пупка.
Соня даже не ожидала, что так разозлится! Она радовалась, а он сколько времени молчал и думал! Это сейчас уже просто не выдержал, расслабился, а так бы вообще месяц с лишним, а то и два Соня могла не узнать о гложущем Ашая страхе. Больно он ей делает… Когда думает вот такое - конечно!
– Хочу. Ты же знаешь, я всегда тебя хочу. Просто…
– Просто ты с какого-то бодуна решил, что я страдаю альтруизмом и не говорю о том, что мне может быть больно, так?
– Нет, - ответил Тай-до-рю.
– Нет. Все не так, мой свет.
– А как тогда?
Ашай замолчал и - Соня видела - задумался. Иногда - почти постоянно - у нее возникало желание побиться лбом о какую-нибудь стенку. Может, тогда она начала бы понимать, что творилось в голове у ее тьмы?
– Я… прости. Мне не стоило этого спрашивать.
– И ты бы дальше себя накручивал, - сказала Соня, а затем толкнула Ашая назад - так, что он упал на недавно расстеленную кровать - и села ему на живот.
– Нет уж, с таким надо разбираться сразу и навсегда. С чего у тебя появилась подобная мысль?
– Ни с чего. Забудь.
– Ашай.
– Соня… - Тай-до-рю замялся и отвел глаза.
– Я испугался. Когда Фенх рассказал, что тебя… тоже коснулось проклятие моей расы.
– Но ведь он должен был тебе объяснить, что со мной все иначе оказалось!
– Он объяснил.
Соня прищурилась, оглядела лежащего Ашая и до конца стянула с себя рубашку.
– Соня, ты что, хочешь…
– И буду, и хочу, - согласилась девочка.
– Логикой тебя все равно сейчас не проймешь, значит, продолжим мое практическое доказательство.
– Это тоже вряд ли поможет.
– Пока не попробуешь - не узнаешь. И вообще, просто слушай меня, читай, как ты умеешь - кто из нас двоих эмпат? Я?
– потянулась к пуговицам на кофте Ашая Соня.
– Ты боролся с моим страхом, теперь я буду - с твоим. Сам научил! На собственном примере!
Ашай не нашелся с ответом, и Соня, пользуясь моментом, принялась за манжеты у него на запястьях и завязки на высоком поясе шаровар.
– Прав был Фенх, когда советовал учить тебя хорошему, а не прививать хитрость. И наглость.
– Неправда, ты хорошему меня научил!
– Не оставлять оппоненту выбора, загоняя его в угол?
– Убедительно доказывать свою точку зрения, - возразила Соня.
– Или ты имеешь что-то против?
– Нет.
– Нам что-то мешает?
– Ничего. Наверное.
– Не ‘наверное’, а ‘точно’!
– рассмеялась Соня, целуя медленно расслабляющегося Ашая.
– Точно. Да. Понял, - выдохнул он несколько минут спустя.
– Не будешь больше думать глупости?
– Ммм…
– Все с тобой ясно, продолжаем терапию!
*
Возвращаться из маленького домика в горах в большой мир Соне не очень хотелось, но Ашай уверил ее, что они сюда еще вернутся. Не верить его словам у девочки повода не было, но что-то ее царапнуло в формулировке обещания. Да и вообще, за последние дни она узнала о своей тьме больше, чем за все прошлые месяцы. Как будто Ашай хотел разделить с ней столько воспоминаний, сколько успеет прежде чем… Что?
И с расспросами сейчас было не подступиться - Тай-до-рю вовсю принимал практическую часть экзаменов. Теорию, слава богу, закрыли еще до их маленького выходного. А то бы она Ашая даже ночью перестала видеть.
Соня волновалась и скучала. Безумно, безмерно скучала, не зная, к какому делу себя приставить. Рисовать не было никакого желания, а читать было нечего даже с учетом десятка книг на личном планшете - в настроение не попадал ни одна. Хорошо хоть остались всего сутки, которые она убивала, упорно меряя километры по территории Академии и изображая из себя призрак замученного сессией студента.
Сегодня ей просто несказанно повезло с погодой: солнце пробилось сквозь тучи и мигом преобразило угрюмый серый пейзаж, щедро отсыпав зимнего волшебства и ожидания чуда. Соне мгновенно захотелось мандаринов, но тут их нигде было не найти, даже с собаками.
– Снова скучаешь?
Граф образовался на ветке дерева неожиданно и очень привычно. Словно всегда сидел на этой ветке - будто она даже создана была лично для него.
– Есть такое.
– Не знаю, утешат тебя мои слова тебя-у или нет, но скоро вам с Ашаем будет весело, - топорща усы и хвост - пушистую метелку, пообещал Граф.
– Мне уже можно бежать и готовиться к личному апокалипсису?
– деловито уточнила Соня. Обычно Граф, сулящий веселье, означал большие проблемы.
– Бесполезно.
– Настолько все плохо?
– Не так, как ты себе сейчас думаешь.
– Это вот ты меня успокаиваешь?
– Подготавливаю. И вообще, тебе сегодня не только со мной разговаривать-мяу, но и еще кое с кем, кто ждет тебя на твоей любимой лавочке, - кивнул кот в сторону, где находилось облюбованное Соней место для отдыха.
– Долго ждет, час так точно.
– И что всем окружающим от меня надо?
– задала почти риторический вопрос девочка.
– Ты интересная, - ответил Граф.
– Да и не всем. В большинстве своем, только тем, кто заботится о твоем Ашае.
– Ну, это уже обнадеживает, - сделала жизнеутверждающий вывод Соня и, пока ее любимый кот не исчез, поинтересовалась, - чего это мой поезд не едет которую ночь, не скажешь?
– Не скажу.
И исчез.
Вот так вот все вечно у нее в жизни: никто ничего не говорил целиком и полностью, только намеки да кусочки, которые еще надо было собрать в целую картину. Девочка вздохнула и пошла вперед по дорожке: если ей пообещали встречу, то лучше пусть она случится до обеда. Соня как раз успеет прийти в себя, если расстроится.