Чтение онлайн

Наш долг – это право, которое имеют другие на нас.

Наша вера в других выдает, во что мы хотели бы верить в нас самих.

Наше внезапно возникающее отвращение к самим себе может в равной степени быть результатом как утонченного вкуса, так и испорченного вкуса.

Наши недостатки – лучшие наши учителя: но к лучшим учителям всегда бываешь неблагодарным.

Не лучше ли попасть в руки убийцы, чем в предмет мечты страстной женщины?

Не то, что мешает нам быть любимыми, а то, что мешает нам любить полностью, ненавидим мы больше всего.

Недостаточная близость между друзьями есть зло, порицание которого делает его неисцелимым.

Некоторые мужчины вздыхали о похищении своих жен, большинство же – о том, что никто не хотел их похитить у них.

Несчастье всех публичных уголовных наказаний заключается в том, что они учат не совершать деяния только ради его наружных последствий.

Несчастье проницательных и ясных писателей состоит в том, что их считают плоскими и не изучают усердно; и счастье неясных писателей – в том, что читатель трудится над ними и относит на их счет радость, которую ему доставляет его собственное усердие.

Несчастье ускользнуло от тебя; наслаждайся же этим, как счастьем своим!

Нет нравственных влечений: все влечения принимают такую окраску только благодаря нашим оценкам.

Нечистая совесть – это налог, которым изобретение чистой совести обложило людей.

О женщине надо говорить только мужчинам.

О, как много великих идей, чье действие подобно кузнечным мехам: от них человек надувается и становится еще более пустым.

Общество – орудие войны.

Одиннадцать двенадцатых всех великих людей истории были лишь представителями какого-то великого дела.

Одиночество придает нам большую черствость по отношению к самим себе и большую ностальгию по людям, в обоих случаях оно улучшает характер.

Одобрение всегда есть нечто шумное: даже в одобрении, которое мы высказываем по отношению к самим себе.

Он из упрямства крепко держится чего-то, что теперь стало для него совершенно ясным, – и это он называет «верностью».

Он поступил со мной несправедливо – это дурно. Но если вдобавок еще не извиняется за свою несправедливость – это безумно!

Опасность мудрого в том, что он больше всех подвержен соблазну влюбиться в неразумное.

Оплодотворять прошедшее и рожать будущее – вот в чем должно быть настоящее.

Остерегайся также святой простоты! Для нее нечестиво все, что непросто.

Остерегайтесь морально негодующих людей: им присуще жало трусливой, скрытой даже от них самих злобы.

Отгонять от себя скуку любым путем – пошло, столь же пошло, как работать без удовольствия.

Отцы и сыновья гораздо больше щадят друг друга, чем матери и дочери.

Очень спесивы люди, которым было оказано меньше внимания, чем они ожидали.

Парикмахеры зарабатывали бы больше, если бы им, как писателям, платили за количество слов.

Питать мысль о мести и осуществить ее – значит испытать сильный припадок лихорадки, который, однако, проходит; но питать мысли о мести, не имея силы и мужества выполнить ее, – значит носить в себе хроническую болезнь отравления души и тела.

Поверхностные же люди должны постоянно лгать потому, что они не знают содержания.

Подальше от базара и славы уходит все великое: в стороне от базара и славы жили всегда изобретатели новых ценностей.

Позволить себе тайного врага – это роскошь, для которой обычно недостаточной оказывается нравственность даже высокоразвитых умов.

Познать – это значит вполне понять всю природу.

Пока еще не способна женщина на дружбу: женщины – это кошки или птицы, или, в лучшем случае, коровы.

Пока не покорила нас судьба, надобно водить ее за руку, как ребенка, и сечь ее; но если она нас покорила, то надобно стараться полюбить ее.

Полезно только средство; цель всегда – приятное!

После опьянения победой возникает всегда чувство великой потери: наш враг, наш враг мертв! Даже о потере друга мы жалеем не так глубоко, как о потере врага.

Потребность во взаимной любви – требование не любви, а гордости и чувственности.

Почитание само есть уже страсть, как и оскорбление. Через почитание «страсти» становятся добродетелями.

Пошлая натура отличается тем, что она никогда не упустит из виду своей выгоды: свою мудрость и свое чувство собственного достоинства она видит в том, чтобы не дозволить своим стремлениям увлечь себя на нецелесообразные поступки.

Поэт торжественно везет свои мысли на колеснице ритма – обыкновенно потому, что они не идут на своих ногах.

Правда похожа на женщин; она требует, чтобы ее поклонник сделался лжецом ради нее, с той лишь разницей, что этого требует не суетность, а жестокость.

Правдивый человек в конце концов приходит к пониманию, что он всегда лжет.

Предрассудок – думать, что нравственность более благоприятствует развитию ума, чем безнравственность.

Преимущество плохой памяти состоит в том, что в течение жизни одними и теми же хорошими вещами можно несколько раз наслаждаться впервые.

Призвание есть становой хребет жизни.

Принадлежит ли кто к добрым или к злым – об этом можно судить отнюдь не по его поступкам, но по его мнениям о своих поступках.

Пусть в вашей любви будет ваша честь! Вообще женщина мало понимает в чести. Но пусть будет ваша честь в том, чтобы всегда больше любить, чем быть любимыми, и никогда не быть вторыми.

Пусть мужчина боится женщины, когда она любит: ибо она приносит всякую жертву, а всякая другая вещь не имеет для нее цены.

Равенство всех – самая вопиющая несправедливость, так как при этом величайшим людям приходится становиться слишком малыми.

Разделенная с другими несправедливость есть уже половина права.

Разум даже в самом мудром человеке составляет исключение: хаос, необходимость, вихрь – вот правило.

Раскаиваться – значит прибавить к совершенной глупости новую.

Ревность – остроумнейшая страсть и тем не менее всё еще величайшая глупость.

Родители продолжают жить в детях.

С красотой женщины должна увеличиваться ее стыдливость.

С человеком происходит то же, что и с деревом. Чем больше стремится он вверх, к свету, тем глубже уходят корни его в землю, вниз, в мрак и глубину – ко злу.