Чтение онлайн

Даже если завтра Государство Израиль уступит или рухнет, даже если США вернутся к морализаторской и крипто-левацкой политике Джимми Картера, Ислам не разоружится. Он обладает своей внутренней динамикой завоевания и ведёт джихад независимо от обстоятельств. Завоевание Европы, а потом и всего мира остаётся его целью, и он идёт к этой цели, используя все средства, с помощью блеющих батальонов полезных идиотов, каковыми являются европейские и американские обращённые, а также исламофилы и палестинофилы из числа антиамериканских истериков, как левых, так и правых.

Будем немного серьёзней. Что опасней для французской и европейской самобытности: Голливуд или открытый кран, через который хлещет поток мигрантов? Нарушение международного права американскими ястребами-неоконами, которые напали на Ирак, или злоупотребление правом убежища сотням тысяч мнимых беженцев, на 80% мусульман, едущих в Европу? Неясные угрозы американской администрации принять промышленные и торговые санкции против Франции или оскорбление Франции и визовый шантаж со стороны алжирских властей? Прогресс англо-американского языка на международных семинарах или требование ввести арабский в качестве четвёртого национального языка в Бельгии? Девушки в теннисках и джинсах или женщины в паранджах, живущие взаперти? Технологическая и экономическая война, которую ведёт против нас Америка, или война голодных животов, которую ведут среди нас пришельцы из Третьего мира? Атаки американцев против ведущих отраслей европейской индустрии или внутреннее разрушение наших богатств колоссальными расходами на дикую иммиграцию? И т.д.

Разумеется, для обозначения этих опасностей требуются два разных термина, и надо быть совершенно ослеплённым идеологической догмой, чтобы думать, будто речь идёт о двух равноценных опасностях. Первая вызывает болезнь, вторая убивает.

Не американцы виновники гибели Европы, ответственность за неё несут европейские политические классы, которые в течение 30 лет с улыбкой наблюдают за этноцидом европейских народов. Кто отвечает за то, что народ ни один день не чувствует себя в безопасности, за крах национального образования, за снижение рождаемости и т.д.? Американцы? Кто заставляет Францию расходовать ежегодно несколько миллиардов евро на "социальные меры" по борьбе с преступностью, на включение в списки нуждающихся, на помощь всех видов, на градостроительную политику и т.д.? ЦРУ? Неумение отличать врага от противника и конкурента, абсолютную опасность от временной угрозы – порок, свойственный французским интеллектуалам. Они всегда отличались своим презрением к реальности; не забудем, что многие из них были сталинистами.

Кто сеет тревогу и страх во французских городах, а теперь и в сёлах? Американские и англо-саксонские туристы? На ком лежит главная ответственность за безработицу во Франции, в Бельгии и в Германии? Многонациональные американские компании или фискальная система, бюрократия, регламентация, стесняющая предпринимательскую деятельность? Кто запрещает Франции и Германии, Италии и Испании обзавестись надёжной системой обороны и создать мощную и самостоятельную военную промышленность в сотрудничестве с Россией? Давление американцев или пренебрежение европейских политиков ко всему, что касается обороны (в военный бюджет всегда вносятся поправки), и к своей промышленности? Надо сначала спросить с себя, а потом уже обвинять других.

МИАА – это невроз, при котором Америку воспринимают как главного врага и интервента из-за панической боязни назвать истинную опасность, конкретное массовое вторжение Третьего мира и Ислама. Америка как бы замещает настоящего виновного. Всё происходит по вине Америки (а также сионистов и капитализма), а мы ровным счётом ни за что не отвечаем. Интеллектуалы-аналитики отмахиваются от опасности, как больной, который неправильно понимает причины своей болезни. А когда вы это говорите, приверженцы манихейского мышления обвиняют вас в "американизме" и "сионизме", а это уже слишком.

– "Понимаете ли, дорогие дамы, недуги, от которых мы страдаем, имеют гораздо более сложную причину, чем вы думаете. Упадок образования и культурного уровня молодёжи никак не связаны с анархией 68-го года и с влиянием массовой иммиграции на школу, отупение вызывается американскими телефельетонами. Массовая безработица? Её вызывают не фискальная система, не этатизм социалистического типа и не РТТ, а диктатура Капитала, проклятая душа, тайный дирижёр которого проводит своё время между Уолл-стритом и Федеральным резервным банком. Как и бедные народы Третьего мира и угнетённые мусульмане, мы, дорогие дамы, являемся мишенью американского империализма".

Истерические хулители США не достигают эффекта, прежде всего, потому что уподобляют их гитлеровской Германии, а во-вторых, потому что противопоставляют им представление о людях, как об ангелах, пацифизм, культ законности и морализаторство, короче, совершенно нереальную политическую философию и нереальный взгляд на отношения между нациями. Синдром МИАА совсем не удивителен у левых, которые глупо и механически повторяют нелепости западного марксизма; более удивляет, что в самых экстремистских формах он проявляется у "новых" правых. Их злобная демонизация США, всемогущего Большого Сатаны, полностью противоречит их философии, которая провозглашала отказ от объявления анафем и от бинарного мышления, выбор "языческого" политеизма ценностей в противовес "исключительности монотеизма". Это чудовищное противоречие объясняется не только интеллектуальным крахом этого идейного течения, перешедшего от творческого анализа к поношениям и догматическим лозунгам (вплоть до скрытых призывов к терроризму против США), но и зачарованной ориентацией на Ислам.

Чтобы узаконить свой синдром МИАА, эти разъярённые борзописцы извратили свой лозунг "защиты европейской цивилизации" и прикрывают им свою измену. Примыкая на 100% к многорасовым представлениям левых (считая невозможным и нереальным обращение вспять потока мигрантов) о "европейской самобытности" и искажая, таким образом, понятие последней, они не жалеют резких (и мерзких слов), чтобы заклеймить самобытность "белой Европы", этноцентричной и однородной в биокультурном отношении. Они находят удовольствие в обожании арабского мира и Африки, в исламофильстве, прибегая к туманным оправданиям и глупым пророчествам об "Империи", которую будет представлять собой новая многоэтническая Европа и совершенно не учитывая демографические реалии и исторический опыт. Но интеллектуалы из новых правых не обдумывают, не наблюдают, не аргументируют, не задают вопросов: они "мыслят".

Те, кто был в этом заинтересован, совершили поворот на 180°, они забыли своё прошлое и взяли на вооружение левацкий вариант христианской Вульгаты: они стали одновременно сторонниками Третьего мира и исламизма и носителями синдрома МИАА, ненависти к белому господствующему слою Америки (WASP – белым англо-саксам протестантам), из которого делают козла отпущения за всё зло в этом бедном мире согласно снова входящей в моду марксистской догме. В этот переходный момент они ещё не всегда понимали, что американская идеология, прежде всего, идеология НАИ, многорасовая и общинная, вполне совпадает с их новыми верованиями.

Необыкновенный парадокс заключается в том, что эти истеричные антиамериканцы, будь то леваки или новые правые (разница между ними всё меньше), защищают ту же самую социальную философию и те же идеалы, что и находящиеся у власти американские неоконсерваторы: многорасовость, отказ от этнически однородной Европы, которой предлагается рыхлый, пацифистский и непродуктивный федерализм, вера в демократический Ислам, манихейское видение мира, призыв к насилию против Злодеев и т.д.

Таким образом, МИАА, как левый, так и правый, скрытно выполняет функцию представить Америку (и ужасных сионистов) Абсолютным Врагом Европы и заставить последнюю забыть об её истинных врагах, её конкретных оккупантах и их внутренних сообщниках. Но МИАА, смесь непосредственных эмоций и интеллектуализма, не занимается конкретным и реальным, двумя элементами, мешающими создателям миражей.

МИАА, объявляя Америку единственным врагом, единственной угрозой, золотит пилюлю исламизации Европы и её поглощения Третьим миром. Все вместе против Дяди Сэма! Центральная концепция этнического родства между белой Америкой и Европой предана презрению. Это родство настолько очевидно, что взывать к нему для этих манипуляторов реальностью слишком примитивно. Вместо этого придумывают "солидарность" (какую?) с арабо-мусульманским миром, который уже здесь и угрожает Европе, против изрыгающей пламя американской гидры. Утверждают, будто повсюду царит исламофобия, тогда как на самом деле исламофильство и арабофильство уже десятилетиями господствуют во французской политике как политически корректные.