Чтение онлайн

Парадигма многоэтнической Европы, противостоящей Америке, это глупость, вносящая путаницу, потому что именно американская администрация стремится сделать Европу "многорасовой" и исламизировать её, чтобы ослабить и взорвать изнутри, тогда как, наоборот, только этнически однородная Европа, с традиционной культурой, образующая единый блок, вдохновляемая волей к власти и обладающая эффективными средствами, могла бы эффективно противостоять американскому конкуренту и сопернику.

Эта Европа имитаций, эта изуродованная Европа, заключившая союз со своими злейшими врагами из-за того, что грубейшим образом путает понятия "враг" и "соперник" (греч. эхтрос и полемос, лат. inimicus и hostis), неприемлема. В антиамериканизме левых, которые искусно превращают это чувство в орудие, данный проект вполне уместен, несмотря на его извращённость. Уничтожение европейской самобытности – их конечная цель. Кстати, их антиамериканизм политический и временный, так как они принимают американскую космополитическую модель и при первой возможности (например, если в США вернутся к власти демократы), они снова станут проамериканцами.

Но в клиническом случае МИАА у правых интеллектуалов мы имеем дело не только с циничным предательством некогда провозглашаемых идеалов европейской самобытности, что частично объясняется т.н. стокгольмским синдромом (подчинение сегодня предполагаемым завтрашним господам), деградация не поддаётся контролю. Всё ставится с ног на голову. И это не хитрость, а вносящая путаницу наивность. Левые с синдромом МИАА, когда они заключают союз с оккупантами, не предают свои принципы, а подают их в красивой упаковке. Зато правые с этим синдромом воистину играют роль полезных идиотов, их ненависть к Америке – предмет изучения для психиатров.

Следует отметить, что МИАА отличается гораздо более разнузданным, злобным, яростным, отчаянным характером именно у этих правых, а не у более ловких леваков. Для МИАА правых всё, что имеет хоть какое-то отношение к Америке – джинсы, телесериалы, музыкальные ритмы, сода – всё это от Дьявола, согласно логике предания анафеме, впадения в детство, упрощения, дуализма, нетерпимости, скопированной с того Ислама, который гипнотизирует их, как удав птичек. Во многих отношениях позиции этих правых интеллектуалов отражают глубокую идеологическую шизофрению, которой они втайне страдают и которая объясняется, большей частью, тем, что публика всё больше отворачивается от них.

Нет сомнений в том, что МИАА с его руганью – фактор, способствующий усилению американского неоимпериализма, для которого нет ничего лучше, чем европейские враги, погрязшие в эксцессах и в экстремизме.

Я, кстати, абсолютно не исключаю, что носителями синдрома МИАА, и леваками, и, прежде всего, крайне правыми интеллектуалами манипулируют – если не сказать сильней – американские спецслужбы: настолько велика их наивность. Не будет удивительно, если в их рядах обнаружатся внедренцы, ибо что может быть приятней для агентов ЦРУ с Плас де ла Конкорд, чем зрелище плохо осведомлённых и скомпрометированных на всю жизнь демонизированным прошлым борзописцев, которые изливают потоки брани и призывов к терроризму против Америки, но воздерживаются от какой-либо серьёзной антиамериканской критики и контратаки, от высказываний в пользу Европейской державы, а наоборот, предлагают нашему континенту эколого-пацифистскую, этноплюралистскую, социал-утопическую и исламофильскую модель? Бове и новые правые: одна борьба. Экстремистские антиамериканские позиции: вот чего нужно пропагандистские службы ЦРУ. А вот чего они, наоборот, боятся, так это радикальных позиций.

Кстати, доказательством вышесказанного служит тот факт, что МИАА неспособен сформулировать критику Нового Американского Империализма в экономическом и технологическом плане – в данном очерке она дана, – а это самое главное для независимости Европы. Обычно ограничиваются чисто военным аспектом НАИ, насмешками над духовной нищетой и воинственным пылом Буша, но мало или совсем не говорят о гигантском подспудном процессе технико-экономического завоевания мира. Ограничиваются критикой бомбёжек и насаждения магазинов Мак Дональдс. США критикуют только тогда, когда они выступают против мусульманских стран Третьего мира, а не когда они хотят разрушить экономическую мощь Европы. Короче говоря, МИАА – это объективно лишь средство исламизации Европы и превращения её в колонию Третьего мира, а не желание сделать её способной выиграть мировой матч против американского конкурента.

Антиамериканские страсти: вот от чего должна воздерживаться любая последовательная оппозиция американизму. Страсти всегда мешают ясности политических суждений. Возьмём пример с Ислама: это доктрина завоевания, но он всегда культивировал дух расчётливости и холодного лицемерия, когда соотношение сил складывалось не в его пользу (Дар Эль-Сухр).

Антиамериканизм переоценивает Америку в духе мифов XIX века и превращает её, не зная и не желая этого, в Землю обетованную. При чтении бесчисленных памфлетов французских интеллектуалов-антиамериканцев поражает не только их плохое знание США (они знают только Нью-Йорк и немного Лос-Анджелес, которые не дают представления об Америке), но и своего рода извращённое и почти болезненное восхищение американской "антимоделью" (значит, в какой-то степени, всё же моделью), которую они глубоко ненавидят (значит, в какой-то степени, обожают) и приписывают ей злодейское всемогущество, существующее лишь в их воображении. Интеллектуалы-антиамериканцы неизменно подпадают под влияние основополагающего мифа о Дяде Сэме и его власти над миром. Просто вместо того, чтобы сделать из него папу, из него делают антипапу, вместо того, чтобы видеть в нем Мессию, обличают его как Антихриста, что совершенно одно и то же.

Американопоклонство, как и американофобия французского интеллократического класса ставит Америку в особое положение, украшает её павлиньими перьями. В своём антиамериканском романтизме, совершенно оторванном от реальности, теоретики американофобии оказываются американоманьяками точно так же как одержимые юдофобы, в сущности, юдофилы. Критикуют и поносят некую мифическую Америку, всемогущего Сатану, против которого нет иных средств, кроме террористических актов отчаяния. Эти люди неспособны мыслить мир без Америки, и этим они оказывают ей огромную услугу, потому что больше всего дестабилизирует американский менталитет безразличие, отстраненное, взвешенное суждение об Америке: она требует любви или ненависти. Эти ярые американофобы гораздо больше навредили бы своему ненавистному/обожаемому врагу, спокойно развивая программы увеличения европейской экономической мощи. На китайский манер …

Теракты 11 сентября 2001 года вызвали в кругах с синдромом МИАА взрыв радости. Главный аргумент: США, которые десятилетиями бомбили мир во имя Добра, наконец-то подверглись террористической бомбёжке. Они долго на это нарывались. Здорово! Они это заслужили! Эта довольно примитивная диалектика, как всегда в случаях МИАА, диктуется больше страстями, чем разумом.

В своей работе "Понять бомбёжку Нью-Йорка" преподаватель Лионского университета Жак Марло (из новых правых) даёт комментарий, оправдывающий гигантские теракты в Нью-Йорке. Это железобетонный аргумент в пользу американского империализма, так как скрытно одобряется исламский терроризм, используемый этим империализмом как главный предлог. В рамки той же логики (хотя и в менее тяжёлой и менее патологической форме) укладывается и призыв к антиамериканским терактам, брошенный Аленом де Бенуа на следующий день после нападения на Ирак.

Даже самые радикальные имамы не попали в эту ловушку, так как всем известно выражение: "Понять – значит простить". Подлость таких призывов намного превышает их контр-продуктивность. Что сказали бы эти господа, если бы их близкие погибли в результате теракта исламистов. И, кроме того, никогда эти воители в мягких креслах, безнаказанно рассылающие свои анафемы, постукивая по клавиатуре и держа кошечку на коленях, не осмелятся сказать и одной сотой процента в этом стиле против победоносного нашествия Ислама и Третьего мира. Каждый выражает своё подсознание, как может.