Всеволод Сергеевич Семенцов и российская индология
Шрифт:
Несмотря на широкое распространение пуджи, имеющей значение сразу для трех постведийских религий — индуизма, джайнизма и буддизма, ей посвящено удивительно мало исследований. Помимо нескольких статей [129] можно назвать лишь вышедшую почти 20 лет тому назад монографию, принадлежащую Г. Бюнеманн [130] . По мнению Г. Бюнеманн, «хотя обрядность пуджи и обнаруживает множество элементов ведийской религии, сам по себе этот ритуал, определяемый как последовательность служб (upacara), в своем подавляющем большинстве связанных с почитанием изображения (murti) божества, принадлежит к постведийской религии» [131] .
129
См.: Bailey H.W. Cognates of Puja // The Adyar Library Bulletin, 1961. Vol. 25, pts. 1–4, p. 1–12; Thieme P. Indische Worter und Sitten// Zeitschrift der Deutschen Morgenlandischen Gesellschaft. Leipzig, 1939, Bd. 93, S. 105–137. Данная статья частично переведена на английский и опубликована как: Thieme P. Puja // The Journal of Oriental Research for 1957–1958. Madras, 1960. Vol. XXVII, p. 1–16; Radhakrishnan R. On Puja // Indian Linguistic, 1965–1967. Vol. XXVI, p. 225–228; Charpentier J. The Meaning and Etimology of Puja // Indian Antiquary. Bombay, 1927. Vol. 56, p. 93–98, 130–135; Einoo Sh. The Formation of the Puja Ceremony// Studien zur Indologie und Iranistik, Festschrift Paul Thieme, Bd. 20. Reinbek, 1996, S. 73–87.
130
Cm.: Buhnemann G. Puja. A Study in Smarta Ritual. Publications of the De Nobili Research Library. Vol. XV. Vienna, 1988.
131
Ibid., p. 32.
Самыми ранними текстами, содержащими подробное описание пуджи, Г. Бюнеманн считала так называемые «дополнения» (parisiX[a) к грихья-сутрам, в частности «важное дополнение к Баудхаяна-грихьясутре, показывающее индуистский ритуал на ранней стадии, отмеченной смешением с ведийской обрядностью» [132] . Эта паришишта [133] действительно содержит описание нескольких церемоний круга пуджи, в том числе:
— освящение изображения Вишну;
132
Ibid., p. 33.
133
Речь идет о Prasna 2, Adhyaya 13 to 22, 3.3-15 и 4.2.
— ритуал почитания Махапуруши, являющегося одной из форм Вишну;
— церемонию купания изображения Вишну;
— освящение изображения Рудра-Шивы;
— ритуал почитания Махадевы (одной из форм Рудра-Шивы);
— церемонию купания изображения Рудры;
— второе освящение изображения Рудра-Шивы;
— церемонию купания изображения Дева (еще одной формы Рудра-Шивы);
— общие правила совершения пуджи в честь Вишну и Рудра-Шивы;
— поклонение разнообразным богам, в том числе Дурге, Упашрити, Шри, Сарасвати, Вишну, Равви, Джьештхе, Винаяке и Рудре;
— принесение жертвенного дара (bali) в честь Дхурты, формы Сканды-Картикейи [134] .
Нельзя не заметить, что все перечисленные темы являются традиционными и для текстов средневековых агам, т. е. отражают уже достаточно развитую, а отнюдь не начальную форму культа пуджи [135] . Об этом же свидетельствует и почитание изображений богов (murti), а также то, что высшие ступени в иерархии пантеона занимают Вишну и Рудра, в то время как в ранней традиции пуджи верховным богом являлся, по всей видимости, бог Брахма. Именно эта начальная стадия культа пуджи, близкая к моменту его зарождения, и получила отражение в ритуально-мифологических главах «Натьяшастры», где при всей значимости Вишну и Шивы главенствующее положение в пантеоне занимает все-таки Брахма [136] . Именно он творит драму, создает пуджу, отдает приказание о строительстве храма-театра и распределяет богов для его защиты.
134
Ibid., р. 33. Среди ранних текстов, рассматривающих пуджу, G.Buhnemann упоминает также Vaikhanasa-Smartasutra 4.10–12, Agnivesya-GRhyasutra 2.4.10–11, Asvalayana-GRhyasutra, p. 168, 14-169; 189.12–25, Rgvidhana и т. д.
135
Ряд рассмотренных G. Buhnemann текстов, в частности Agnivesya-GRhyasutra, p. 168, 14-169; 189.12–25 и Rgvidhana, содержат описание 16-членной пуджи, которая сформировалась уже на сравнительно позднем этапе развития постведийской культуры.
136
Поклонение Брахме отражает одну из самых ранних стадий пуджи, связанной с переходным по своей сути культом этого верховного бога. Считается, что образ Брахмы как Прародителя (Питамахи), высшего божества и бога-творца не существовал в ведийскую эпоху и появился лишь на рубеже поздневедийского и раннеэпического времени. Представление о нем дает мифология раннего эпоса (или, как его определяет Э.У. Хопкинс, «псевдоэпоса». См.: Hopkins E.W The Great Epic of India: Its Character and Origin. New Jork, 1901, p. 408), согласно которой Брахма создал Веды, людей, богов, демонов, миры, а также разного рода законы и институты, в частности деление на варны. Он же установил царскую власть на небе и на земле, сделав Индру правителем богов и поручив ему бороться с демонами. Подробнее об этом см.: HopkinsE.W Epic Mythology. Strassburg, 1915, p. 193–195 (Rpt.: Delhi, 1974).
Неопределенность наших знаний о той переходной эпохе, которая послужила мостом между поздневедийской и раннеиндуистской культурами и может быть датирована несколькими столетиями до и после условной границы середины I тыс. до н. э., не позволяет предложить сколько-нибудь надежные критерии для датирования текстов паришишт. Однако, поскольку каждая из Вед имела хотя бы по одной паришиште [137] , они могут быть выделены в отдельную группу поздневедийских сочинений.
137
Известна Asvalayana Grhya Parisista, принадлежащая Ригведе, Katiya Parisista, относящаяся к Белой Яджурведе, три паришишты — Apastamba Hautra Parisista, Varaha Srauta Sutra Parisista и Katyayana Srauta Sutra Parisista Черной Яджурведы и Gobhila Parisista, принадлежащая Самаведе. Хиллебрандт упоминает гораздо большее количество паришишт, ни одна из которых до сих пор не издана и которые существуют только в форме рукописей. См.: Hillebrandt А. Ritual-Literatur. Vedische Opfer und Zauber. Strassburg, 1897, S. 38.
Наибольшее число паришишт — 72 — было создано в школе Шаунаки Атхарваведы [138] . Благодаря широте затрагиваемых в них вопросов — от описания различного рода религиозных церемоний, магии, примет до фонетики, лексикографии и т. д. — они могут считаться своего рода энциклопедией, позволяющей судить о поздневедийской активности атхарвавединов. Паришишты Атхарваведы остались вне сферы внимания Г. Бюнеманн, несмотря на то что они также содержат подробные описания ритуалов круга пуджи [139] .
138
Cm.: Modak B.R. The Ancillary Literature of the Atharva-Veda. A Study with Special Reference to the Parisistas. New Delhi, 1993.
139
Паришишты Атхарваведы зафиксировали довольно много ритуалов, отмеченных чертами раннего культа пуджи. В их числе несколько обрядов, связанных с поклонением природным феноменам, таким, как Ночь (Ratri) (АВПар. I), Земля (Bhumi-dana) (АВПар. ХХ) и т. д., а также почитание ряда постведийских богов, в том числе Шивы Пашупати (ABnap.XL), Сканды (АВПар. ХХ) и Дурги (АВПар. XVII.2.1-17), каждому из которых посвящено по одному-единственному обряду.
Среди описываемых в паришиштах Атхарваведы ритуалов существует и обряд поклонения Брахме под названием Брахмаяга (Brahmayaga), являющийся ближайшим аналогом ритуалов «Натьяшастры». Этот ритуал описан в «Атхарваведа-паришиште» XIXb [140] , которая, как и другие паришишты Атхарваведы, никогда не переводилась на европейские языки, что делает необходимым ее подробное рассмотрение.
В «Атхарваведа-паришиште» XIXb ритуал Брахмаяга определяется как лучшее или первое из жертвоприношений (sarvesam eva yaganam paramo ’yam udahrtah (АВПар. XIXb. 1.3). Согласно паришиште, этот ритуал имел божественное происхождение и был поведан учителю Шаунаке [141] самим Атхарваном [142] Бхаргавой (от bhargavam pranipatyatha bhagavan saunako 'vadat / brahmayagavidhim krtsnam vistarena vadasva me // pariprstah sa tena atha atharva yajatam varah / vidhim krtsnam pratisthaya akhyatum upacakrame // (АВПар. XIXb. 1.1–2)).
140
Эта паришишта была опубликована в издании: The Parisistas of the Atharvaveda. Ed. by G.M. Bolling and J. von Negelein. Vol. I, pt. I (Parisistas 1-36). Leipzig, 1909.
141
Шаунака, букв, «потомок Шунаки», — патронимическое имя, относящееся ко многим учителям, в том числе к упоминаемым в Шатапатха брахманам Индроте Шаунаке (XIII.5.3.5) и Свайдаяне Шаунаке (XI.4.1.2). В поздневедийской литературе Шаунака предстает как крупный авторитет в области грамматики, ритуала и т. п. К его имени восходит название школы, в которой была создана одна из двух дошедших до нас рецензий Атхарваведы. В паришиштах Атхарваведы имя Шаунаки встречается достаточно часто, в том числе в паришиштах I.3.1; II.4.1; XXII.2.5; XXIII.10.5; XXIII.13.4; XXV. 1.1 и т. д.
142
Атхарван — риши, легендарный родоначальник полубожественного жреческого рода и имя собственное отождествляемого с Агни первого жреца огня, от имени которого образовано название Атхарваведы. Атхарван неоднократно упоминается в Ригведе (I.80.16; VI.16.13; Х.14.6 и др.). Позднее он стал считаться старшим сыном Брахмы, которому Брахма передает основополагающее знание о Брахмане (Brahma-vidya), позволяющее освободиться из череды перерождений (МунУп I.1.1). В данной паришиште Атхарван трактуется как небесный жрец, совершающий на небесах ритуал Брахмаяга для Индры. Не вполне обычным является то, что Атхарван при этом именуется Бхаргавой, или «потомком Бхригу». В Ригведе Бхригу — это эпоним древних риши (PB.I.58.6; 1.127.7; Х.14.6), а также историческая семья мудрецов (PB. VII.18.6; VIII.3.9; 6.18). В более поздней ведийской литературе Бхригу предстают как реально существовавший священнический клан, преданный культу Агни и считающийся вместе с Ангирасами создателями Атхарваведы.
Для совершения ритуала Брахмаяга возводили ритуальный павильон (mandapa [143] ), предварительно выбрав дивное, прекрасное, ровное, отдаленное от всех опасностей и хищных птиц место. Именно там следовало строить жертвенный павильон, украшенный арками и флагами, а также снабженный несколькими дверями (mandapam karayet tatra yathoktavidhina guruh / patakatoranir yuktam dvarais ca api prthagvidhaih (АВПар. XIXb. 1.5).
Завершив постройку, ритуальный павильон освящали. Вначале его окропляли освященной водой и пятикомпонентной смесью (pancagavya), состоящей из пяти получаемых от коровы продуктов — молока, простокваши, очищенного топленого масла, мочи и навоза, а затем, обмазав пол навозом, совершали пуджу умащением (abhyuksya santitoyena pancagavyena va sakrt / gomayena pralipya adau pujayed varnakih prthak (АВПар. XIXb. 2.1).
143
Речь идет о временной постройке, возводившейся в период религиозных фестивалей.
Ночью следовала еще одна пуджа. Жертвенный павильон почитали цветами, а также различными белыми плодами, принося, как предписано, жертвенный дар на четыре стороны света (puspais ca vividhaih subhraih phalais ca api arcayed budhah / tato balim hared ratrau caturdiksu vidhanavit (АВПар. XIXb. 2.2). Завершив освящение постройки, в здание вносили наполненные маслом светильники, а затем в середине мандапы изображали божественный круг (мандалу) [144] (pradlpan ghrtapurnams ca pradadyad vividhan tatha / tato mandapamadhye tu vartayed divyamandalam // (АВПар. XIXb. 2.3).
144
Или же, как вариант, изображали четырехугольную и четырехдверную мандалу (caturasram caturdvaram vrttakaram atha api va) (АВПар. XIXb. 2.3).
Затем жрец, используя белую пудру, изображал в середине мандалы прекрасный лотос, а снаружи от лотоса все украшал различными яркими красками (sitacurnena tanmadhye likhet padmam susobhanam / bahis ca varnaih subhrair nana sobham prakalpayet (АВПар. XIXb. 2.4). Установив в середине лотос, он должен был начать ритуал, почтив Брахму Парамешвару гимном «Брахмана рожденного…» [145] (madhye padmam tu samsthapya brahmanam paramesvaram / brahmajajnanasuktena yathoktam upakalpayet (АВПар. XIXb. 2.5).
145
AV. IV. 1.1; V.6.1.
Вслед за этими подготовительными действиями начиналась наиболее торжественная часть ритуала. Окропив, как положено, водой и другими жидкостями со словами «эти воды» [146] , жрец совершал пуджу, жертвуя Брахме желтую краску, сандал и другие дары, цветы и воскурения (tatha ima apa ityadyair yathavad adhivasayet / rocanacandanadyais ca puspair dhupais ca pujayet (АВПар. XIXb. 3.1). Он также одаривал Брахму гирляндами масляных светильников, прекрасными одеждами и едой, белым сандалом и камфорой или же возжиганием ароматической смолы (ghrtapradipamalyais ca vastrair bhaksais ca sobhanaih / sitacandanakarpuram dadyad va api hi guggulam (АВПар. XIXb. 3.2).
146
AV. III. 12.9; IX.3.23.