Чтение онлайн

Я слушаю Люду и мне становится легче. И правда, я как-то ещё не совсем освоилась в роли дочери Андрея Николаевича, до сих пор и отцом ещё его ни разу не назвала, хотя отношения у нас стали более тёплыми, чем вначале.

— Спасибо тебе, Людочка! Я знала, что ты обязательно скажешь самое важное и нужное. — искренне говорю в трубку.

— Всегда пожалуйста! — Люда усмехается, но потом серьёзным голосом продолжает. — Лия, не давай себе думать плохо о самой себе. Звучит как-то не очень, конечно, но зато верно. Петра держи на расстоянии, а то знаем мы… Как девочка красивая и добрая, так сразу ручки свои протягивают…

— Люд, он в инвалидном кресле сейчас! Какие ручки? Да и вообще, я даже и не думала ни о чём таком… — смущённо замолкаю.

— Ага, инвалидное кресло, однако, не помешало ему тебя сегодня пообнимать будучи в одних трусах! — возмутилась Люда.

— Это случайность…

— Лия, ты очень хорошо думаешь о людях и это прекрасно, но опасно!

— Хорошо, буду думать плохо…

Люда смеётся.

— Не надо плохо, надо реалистично! Вот про работу ты правильно думаешь. Такая возможность у тебя теперь есть — стать самостоятельной. Пользуйся ею. Я благословляю! — опять хихикает.

Люда неисправима.

— Люда, а как ты там поживаешь? А то всё обо мне… — виновато спохватилась я.

— Прекрасно живу! Сегодня на свидание иду. — Люда как-то осеклась.

— На свидание? Как здорово! А я знаю его?

Люда замолчала.

— Люд, в чём дело? — встревожилась я. — Он что, глава мафии и скрывается от закона? — нервно хихикнула.

— Нет, хуже.

— Ты меня пугаешь, Плюха! Говори сейчас же, с кем ты идешь на свидание? — я не на шутку встревожилась.

— Это Лёша.

— Лёша? Какой…Лёша? — до меня начало доходить.

— Твой Леша, Лия. Вернее бывший твой.

— Вы встречаетесь? Это так неожиданно…

— Конечно неожиданно — Плюха и Леша. — слышу в голосе обиду.

— Люда, прости меня, прости! Я ничего не имею против того, чтобы вы встречались, да и не могу иметь. Просто Лёша…Он не такой, как ты… Ты весёлая, живая, добрая, а он… он же… другой… — растерянно замолкаю, боясь обидеть подругу ещё сильнее. Неловко получилось.

Люда молчит, а собираясь мыслями и решаю озвучить их моей драгоценной Плюхе.

— Люда, я повторю твои слова — будь начеку. — говорю уверенно. — Лёша не подарок, а ты подарок. Не давай себя обижать. Вот. — завершаю я многозначительно.

Слышу в трубке тишину, а потом заливистый смех.

— Меня? Обидеть? — Люда ржёт в голос. — Он не дурак, хотя и лишён некоторой чувствительности к другим, но ко мне с большим уважением относится. Ну или страхом. Пока не знаю. Сегодня постараюсь выяснить. — Люда воодушевленно продолжает. — Лия, но это же он меня на свидание пригласил, а не я его! Значит не так уж он и боится меня. Ладно, посмотрим, что из этого выйдет. В любом случае, попытка не пытка, так ведь?

— Людочка, я тебя люблю! — искренне выдаю подруге. — Лёше повезло, но главное, чтобы он это понимал. А я вас благословляю! — отзеркаливаю Людину шутку.

— Благословлять погоди, я ещё его проверю, а потом решу — нужно мне это всё или тьфу на него. — завершает Люда тему. — А сейчас давай уже досвиданькаться! Мне ещё красоту наводить.

— Счастливо тебе, Плюшка моя. Звони. — кладу трубку и валюсь на кровать.

Минуту смотрю в потолок и решительно встаю, чтобы отправиться на кухню поесть. Да, я не бедная приживалка, я дочь Петровского и хочу поужинать. Тихо в комнате отсиживаться не собираюсь. Мне Люда аппетит вернула, а заодно и уверенность в себе. Вперёд, Лия!

Толкнул палкой дверь со всей силы и она громко захлопнулась, очень громко. Вася присвистнул и повернулся ко мне, засовывая руки в карманы брюк, посмотрел на меня с прищуром и засмеялся.

— Опа! — продолжает ржать. — Мальчик злится, мальчик ревнует! — хочется прибить насмешника, но ведь сам его позвал.

— Вась, ты никогда не можешь просто явиться! — меня, идиота, несет. — Всегда у тебя цирк с конями! Что за представление ты устроил сейчас? А?!

Вася перестает смеяться и усаживается на угол стола. Смотрит мне меня сверху вниз. Меня и это раздражает теперь! Когда же я уже встану с этой люльки, мне надоело всем на ширинки смотреть!

— Петр, ты как себя чувствуешь? — слышу неожиданный вопрос, я ждал очередных подколов. С меня сразу схлынуло.

— Нормально. Как видишь, работаю. — отвечаю спокойно.

— Звал по делу? — друг серьезен.

А вот я начинаю улыбаться, смеюсь над собой, над своей реакцией от увиденного в приемной. Моя блестящая идея уже не так блестит, как изначально мне казалось. Да уж, не рой яму другому….

Вася, не дождавшись ответа, пересаживается в кресло.

— Петь, что у тебя с ней? — вопрос конкретнее некуда. Знать бы ответ.

Потираю лицо руками и тяну время.

— Ничего, надеюсь. — говорю кратко.

— Звал для чего? — повторно интересуется друг.

— В принципе для того, что ты сейчас в приемной делал. — друг удивлённо смотрит на меня. — Да, нужно девчонку прощупать.

— Я уже, вроде как… — опять ржет Вася.

— Я заметил, ты всегда был ловок. — вздыхаю и решаю рассказать всё с самого начала. Доверять другу я мог, как сам себе, тут даже тени сомнения не было. Мы с ним ругались, спорили, даже дрались когда-то, но доверяли друг другу стопроцентно.

Вася сейчас был на вольных хлебах, фирму продал, деньги вложил. Но продолжал работать на большие компании по договору, его специализация была специфической, штучной. Что-то между хакером, юристом и шпионом, хотя официально он оказывал услуги аудита.

Друг всегда был против трудовой каторги, восьмичасовой рабочий день не для него, он любил свободу и, в принципе, и живёт сейчас так, свободно. Мы с ним разные, но дружим искренне и давно. Вася внимательно выслушал меня сейчас и сразу выдал своё мнение, без виляний и угодничества.

— Петь, она цыпленок! — я скрипнул зубами на эту фразу, словно меня обвинили в истязании невинной зверушки.

— Я могу, конечно, устроить образцово — показательный концерт, но ты же сам меня на вот эту свою палку и насадишь. — продолжил Вася. — Прошлое у девчонки проверено-перепроверено Андреем Николаевичем, ничего нового я не нарою. Ей всего ничего лет и кроме того, что она описалась на уроке в первом классе я ничего не найду.

— Потискал девку и уже в святые записал! — я начал злиться.