Чтение онлайн

С Рено градом лился пот. Он то и дело утирал лоб уже мокрым носовым платком.

— Не надо было тебе так рано надевать костюм, — проворчал Эмиль.

Было тридцать градусов жары, а Рено так нервничал, что захотел надеть свою сбрую жениха за час до церемонии. Они были вдвоем в его детской. В той самой комнате, где провели первые бессонные ночи, обменивались первыми признаниями, смотрели первые фильмы. Эта комната превращалась порой в велосипедную мастерскую или в татами, когда на них находило драчливое настроение. Еще валялись плюшевые игрушки на кровати Рено, висели фотографии класса на стенах. Странно было видеть его, такого большого и элегантного, без пяти минут жениха, среди следов его детства. Эмиль был назначен шафером вместе с каким-то кузеном Рено. Подружек невесты выбирала Летисия. Свою сестру и подругу.

— Открой окно, пожалуйста, Эмиль.

Он повиновался. Рено был на грани обморока.

— Почему ты так паникуешь? Ты ведь знаешь, что она скажет «да», правда?

— Заткнись.

Рено не расположен был шутить. Через час все взгляды будут устремлены на него, и он женится на Летисии.

— Где твой цветок? — спросил он Эмиля, усаживаясь на подоконник.

— А? — отозвался тот, просто чтобы нагнать на него еще больше паники.

— Твой цветок! Твой цветок в бутоньерке! Не говори мне, что ты его забыл!

Эмиль достал красный цветок из кармана рубашки.

— Вот он. Расслабься.

Летисия рукой мастера разработала каждую деталь своей предстоящей свадьбы. Она потребовала дресс-кода, чтобы фотографии были удачными и явно свадебными. Костюмы мужчин и платья женщин должны были быть черными (она позволила немного белых вкраплений, но не слишком заметных). Каждый должен был украсить свой наряд каким-нибудь красным аксессуаром. Рено попросил всех приглашенных мужчин вставить красный цветок в бутоньерку. Сам он надел алый галстук-бабочку, а пиджак его костюма был отделан красной каймой. Эмилю не терпелось увидеть Лору в праздничном наряде. Она надулась, узнав про непременный дресс-код, но приняла игру. Купила красивое черное платье с юбкой типа балетной пачки выше колен и отыскала широкий алый пояс с большим узлом на боку. Он не сомневался, что Лора будет выглядеть великолепно.

Мать Рено постучалась в дверь его комнаты и разрыдалась, увидев его в костюме.

— Ты такой красивый…

На церковной паперти Эмиль оказался в черно-красной толпе. Игру приняли все. Подойдя к их общим друзьям на ступенях церкви, он искал глазами Лору.

Летисия появилась в толпе, одетая как принцесса. На ней было широкое платье-бюстье ослепительно белого цвета, ниспадавшее каскадом до щиколоток. Узел волос был украшен маленькими красными бабочками. Эмиль засмеялся, представив себе реакцию Лоры. Он так и видел, как она поморщится, высказав мысль вслух (очень громко): Внимание, дурной вкус!

При виде бабочек она, пожалуй, хлопнется в обморок.

— Лоры нет? — спросил он, ни к кому в отдельности не обращаясь.

Вся их компания собралась здесь, но Лоры еще не было. Один из сокурсников Рено ответил ему:

— Она была здесь, но ушла.

— Что? Как это ушла?

К церкви подъехал Рено в родительской машине, и это их отвлекло. Отец и мать подвели его под крики и аплодисменты толпы к верхней ступеньке, где ждала его Летисия.

— Куда ушла Лора? — спросил он снова, когда все уже толпились внутри церкви.

Никто не знал. Он поспешно позвонил ей.

— Да?

Она, должно быть, вела машину, он слышал тиканье сигнальных огней на том конце линии.

— Куда ты пропала? Где ты?

— Отстань! Эта мегера послала меня подальше, когда я с ней поздоровалась.

— Что? О чем ты?

— Летисия! Она так нервничала, наша мадам Психоригидная! Раздавала команды направо и налево, а меня послала подальше!

— Что? Но… когда?

— Сейчас, только что, когда я приехала к церкви. Это ей так не пройдет!

— Но где ты? Что ты делаешь? Не говори мне, что ты из-за этого решила не присутствовать на свадьбе!

У него потемнело в глазах от облегчения, когда она ответила:

— Нет. Я скоро. Я просто поехала переодеться.

Он не понял смысла ее последней фразы. Слишком нервничал для этого. Все уже сидели в церкви, и Рено панически махал ему руками. Ждали только его.

Свадебный марш гулко разнесся в церкви. Последние гости расселись. Эмиль смотрел, как Летисия идет через центральный проход под руку со своим отцом в благоговейной тишине. Он видел сияющие счастьем глаза Рено. Он слышал, как тот ответил «да» на выдохе, так был взволнован. Он искал глаза Лоры в момент поцелуя, искал их в момент «Объявляю вас мужем и женой», он хотел глазами дать ей понять: Однажды это будем мы. Но ее не было.

Он встретил ее у дверей церкви, когда новобрачные выходили под гром аплодисментов, под лепестками красных роз. Встретил Лору в бирюзово-голубом платье, дерзкую, идеально выделявшуюся в черно-красной толпе гостей.

— Ло… Как ты могла?

Она была счастлива, его обожаемая маленькая чума. Он не удержался от смеха, обняв ее за талию.

— Ты чудовище.

И она ответила, улыбаясь во все тридцать два зуба:

— Скорей бы фотографироваться.

Она действительно испортила все фотографии. Перед церковью, в маленьком парке, в шатре, на ступеньках мэрии. Было видно только ее. Бирюзовое пятно в черно-красном море. Только на нее падал свет, не видно было даже Летисии. Кончилось тем, что сестры и мать Летисии недвусмысленно попросили ее стоять позади всех на следующих фотографиях. Она повиновалась, сияя улыбкой. Она видела гнев на лице Летисии, и этого ей было достаточно. После съемки Эмиль силой отвел ее в их квартиру и приказал:

— Ты сейчас же переоденешься.

Она переоделась. Даже без капризов. Она, в сущности, не была злой. Просто врединой. Очаровательной маленькой врединой.

— Ну что, как впечатление?

Они наконец оказались одни с Рено за столом новобрачных. Летисия с сестрами ушла танцевать. Лора болтала с общими друзьями за другим столом.

— Это… Я все еще не могу поверить.

Он с восторгом смотрел на свое обручальное кольцо на левой руке.

— Мне кажется, что это не моя рука.

— От этого, наверно, чувствуешь себя взрослым?

Рено гордо выпятил грудь.

— Да.

Он был еще взволнован. Щеки его пылали. Эмиль улыбнулся ему.

— Опомниться не могу.

— Я тоже.

— Я смотрел на тебя в церкви, такого прямого, уверенного в себе… Как Летисия шла к тебе… Я думал: Смотри, какой путь мы прошли.

— Маленький толстячок, которым я был, никогда бы мне не поверил, скажи я ему, что однажды он будет здесь.

— Вот видишь. Всегда надо верить.

Рено незаметно смахнул слезинку в уголке глаза.

— Это все отчасти благодаря вам… Если бы вы тогда не выкрутили мне руки…

— Не пори чушь! Мы, конечно, преподнесли ее тебе на блюдечке… Но все остальное ты сделал сам! И неплохо справился, как я посмотрю!

Рено засмеялся, подавив в горле рыдание счастья. Сюрпризы отнюдь не закончились. Он еще не знал, что через три месяца живот Летисии округлится. Не знал, что готовится стать папой.

Карен была неправа. Брак еще имеет смысл. И теперь он уверен: он не может жениться ни на Жоанне, ни на ком другом. Он такой, он как Рено. Если он однажды женится, это должно быть сильно и прекрасно. Он откажется от подарка Жоанны, какую бы цену ни пришлось за это заплатить.