Чтение онлайн

Посмотрим на донесения финской стороны о добытых трофеях в боях за Кестеньгу в июле-августе 1941 года[6]: 5 танков КВ, 2 бронеавтомобиля, 10 полевых орудий, 20 орудий ПТО, 50 минометов, 100 станковых пулеметов, 1000 винтовок (это оружие убитых и пленных красноармейцев), сотни лошадей и прочее имущество. Насчет танков КВ, скорее всего – горькая правда: эти ненадежные по трансмиссии 50-тонные стальные монстры продолжали поступать в войска и после начала войны с Кировского завода в Ленинграде, и в условиях лесного бездорожья, оставшись без горючего и без ремонтной базы, они вполне могли стать добычей врага. Известно что, по крайней мере, два танка КВ финнам удалось восстановить и включить в состав одного из двух своих танковых батальонов в 1942 году.

Насчет наших трофеев. Вот выписка из донесений только по одной 88сд, прибывшей к месту боев под Кестеньгой в середине августа: «Взято винтовок – 834, танков – 2 (неизвестно какие именно), 12 орудий и прочее имущество» [5]. Получается, по трофеям почти ничья?! Как и по всем потерям, или кто больше приписал в донесениях?

Боевые действия на Кестеньгском направлении затихают почти на два месяца: идет артиллерийская дуэль, перегруппировка войск, ведутся попытки местных наступлений ограниченными силами с целью улучшения позиций, постоянные действия разведгрупп… Война здесь в полном, так сказать, объёме, возобновляется к концу октября, и мы к этому еще вернемся.

12.2. Войница-Ухта-Кемь. 54сд против 3пд финской армии.

Три операционных направления Северного фронта – Кайралы-Кандалакша, Кестенга-Лоухи и Ухта-Кемь – образуют в 1941 году своеобразный изолированный театр военных действий. Если первые два входили в зону ответственности 14 армии, то направление Ухта-Кемь было «подведомственно» 7-й армии, а конкретно 54-й сд. Кемское направление было «привлекательным» для противника по тем же соображениям, что и направление на Лоухи. От Ухты на Кемь существовала шоссейная дорога (тракт), а Кемь, в свою очередь – это станция на Кировской ж.д., и, кроме того, важный морской порт на Белом море – перевалочная база грузопотоков всего Северного фронта. И кстати, это центр той самой «Кемска волость».

В обороне Ухты участвовали два полка 54сд, третий полк дивизии был отправлен на 50 км южнее на Ребольское направление – оцените расстояние – о боях под Реболами расскажем позднее.

Начиная с 22 июня части 54сд занимают предназначенные им районы у госграницы. Войны именно с Финляндией формально еще нет, но войска готовятся встретить врага, кто бы он ни был. Наступление финнов на этом участке началось 1 июля. Дивизионная группа «F» повела наступление двумя полковыми колоннами вдоль дорог от госграницы к западному побережью озера Верхнее Куйто. К поселку Поньга-Губа они вышли с юго-запада к 5 июля, а к реке и поселку Войница к 10 июля (это 40-50 км), по дороге преодолевая сопротивление 1-го погранотряда. В конце июня – начале июля позиции у рокадной дороги вдоль западного берега озера меж пунктами Войница и Поньга-Губа занимали подразделения 118сп и 81сп, а также дивизион 491 гаубичного артполка и 86 артполк (последний прибыл на позиции из Кеми с опозданием только 4 июля). Силы сторон изначально были незначительны: два полка против двух с артиллерией, но на стороне финнов в боях участвовала одна рота из немецкого 211 отдельного танкового батальона. Этот бронеотряд состоял из 15-18 трофейных французских танков средних во всех смыслах, но вполне себе на уровне бронетехники начального периода войны [7]. Авиация себя почти не проявляла. Получается, по крайней мере, здесь также ни о какой внезапности нападения не может быть и речи, и заметного превосходства в силах противник не имел.

Выйдя к 5-10 июля к оборонительным позициям 54сд, финское командование начинает операцию на окружение: удары наносятся обязательно по флангам, что они, впрочем, делали на всех участках и направлениях. Командиры дивизий, полков и батальонов в финской армии еще в Первую мировую войну воевали за немцев в финском добровольческом егерском батальоне – отсюда, наверное, у них и пристрастие к окружениям и «котлам» соответственно прусской военной школе.

Разведданные насчет сил противника у комдива-54 были явно преувеличенными: считалось, что на два его полка наступает целая дивизия и бригада в придачу. Может, поэтому части занимались только пассивной обороной, но это еще, куда бы ни шло Но с началом финского наступления в наших войсках наступает нервозность, порождающая порой неразбериху. 81сп за неделю не смог добраться из Кеми к Войнице. 1-й погранотряд отошел под давлением противника, не предупредив соседей из армейских частей (у них разное командование); 118сп, не имея связи ни с погранотрядом, ни с соседом – своим же 81сп – тоже своевременно не вышел на нужные рубежи, вовремя не поддержал, что надо не захватил, не удержал – и вот вам, пожалуйста: отход. Да, ненамного, да – по чуть-чуть, но на восток и так постоянно. Передвижения частей, основные события на данном направлении взяты из Журнала боевых действий 54 стрелковой дивизии за соответствующие дни [8].

Погранотряд подчиняется своему управлению НКВД, а оба полка 54сд общаются друг с другом через штаб дивизии в Кеми за 200 км от места событий, командарм-7 вовремя не перевел штаб поближе в Ухту (потом это быстро произошло). В журнале боевых действий 54сд (ЖБД-54) появляются такие записи: «батальон такой-то ведет бой с превосходящими силами противника: до полка пехоты, 15-20 танков (а их всего у врага исправных штук 12-14)». Батальон против полка да еще при танках – это конечно героизм, а где остальные, где оперативное реагирование на изменение обстановки? Их нет и батальон вынужден отступить, оголяя чьи-то фланги… но ведь, если финны идут полком на батальон, значит, в их боевых порядках появилась соответствующая брешь (а у них тоже нет резервов) и в эту прореху надо бы ударить. Но ее надо еще нащупать, нужна разведка, в том числе и авиа – а ее нет: самолеты за 300-350 км и с ВВС просто так оперативно не договоришься. Впрочем, справедливости ради скажем, что в записи в ЖБД-54 от 9 июля есть такие строки: «Наша авиация бомбила позиции противника». А от 13 июля еще «круче»: «Появились наши истребители и сбили 2 бомбардировщика противника». Чьи это самолеты, и какие именно – не уточняется, но факт остается фактом: воздушная война велась и в этих местах.

Результат двухнедельных боев на первом оборонительном рубеже на Войнице: 19 июля наши части отходят на 12-15 км к линии Корпи-Ярви (система небольших озер). В это время из финской группы «F» два батальона из шести переводят под Кестеньгу в группу «J». Преимущество в батальонах теперь на нашей стороне, но финны все равно продолжают наступать. Это называется – инициатива, когда не знаешь где, когда ударят, какими силами и вместо собственных активных действий только отмахиваешься и отбиваешься от настырного врага. Действия немецко-финских войск приводятся по данным книги Э.Зимке «Немецкая оккупация Северной Европы» [4].

Хочется привести ряд записей из ЖБД-54, чтобы понять обстановку, почувствовать «дух эпохи». 13 июля: «Контратакой с нашей стороны атака пьяных немецко-фашистских извергов была отбита» (воевали, тем не менее, напомним, с «финскими извергами»). Еще: «Противник абсолютно не считается с потерями живой силы». «Озверелые фашистской пропагандой, опьяненные спиртными напитками, окрыленные мыслями о скором и выгодном для них конце войны, они точно фанатики идут через трупы своих товарищей. Из трупов немецко-финских солдат (хоть тут упомянули финнов – авт.) образуются горы (!!!– авт.), а из их черной крови – озера…». Я так понимаю, это к записям в боевых документах дорвался какой-то оголтелый комиссар-пропагандист с поэтическими наклонностями. И тут же, вкратце, упоминается о неожиданном воскресении этих «трупов»: «В конце 12 июля противник закрепился на высоте…, неоднократная попытка 337сп выбить противника… оканчивалась неудачей». Реалии были далеки от поэтических образов. Так, 15 июля: «Финны просачиваются со всех сторон, форсируя рубеж реки и озера». А 24 июля они просочились настолько, что перерезали дорогу на Ухту, и 118сп пришлось «с тяжелыми боями вырываться из окружения».

Финны постоянно обходят с флангов, «просачиваются», это их стихия – лесная война, как оказалось еще в зиму с 39 на 40 год. Они вынуждают части Красной Армии отходить с позиций в невыгодных условиях, по лесным дорогам, просекам и тропам. А гаубицу 152мм по просеке не протащишь, да и дивизионную пушку особо тоже, как и многое другое вооружение и имущество. Вот так к 31 июля остатки 81сп и 118сп оказались на третьей по счету с начала боевых действий оборонительной позиции – на речке со смешным названием Кис-Кис.

Но и у финнов силы ограничены, они обозначают активность с помощью постоянных атак местного значения, артобстрелов, действий разведгрупп. Создают иллюзию предстоящего штурма. 19 августа командующий финским III ак забирает из-под Ухты еще один батальон для развития успеха под Кестеньгой. Группа «F» остается вообще с тремя батальонами, и этими силами они продолжают демонстрировать активность, правда, при поддержке ограниченного количества танков. Если в начале боев в наших донесениях говорилось о 20 вражеских танках, то теперь только о 2-3. Они потихоньку закончились, благодаря действиям наших артиллеристов, саперов, ну, и, конечно, пехоты.

1 сентября финны предпринимают попытку отсечь наши войска, сосредоточенные на позициях у Кис-Кис от путей снабжения со стороны Кеми: два батальона опять-таки лесом проходят в тыл и занимают господствующие высоты, но сил у них явно недостаточно – своевременные контратаки вынуждают финские отряды вернуться за линию фронта.

До середины ноября боевые действия на данном участке приняли характер позиционной войны: укрепление обороны, артналеты, местные атаки, разведка, в том числе на катерах через озера в тыл противника. Как заметное, редкое и примечательное событие 12 сентября в штаб 54-й сд следует доклад о сбитом зенитными средствами бомбардировщике Ю-88 и даже о пленении одного летчика. Запись от 21 сентября: «Наша авиация бомбила с эффектом оборону пр-ка. Неописуемый восторг бойцов и командиров при виде своей авиации» – вот так-то. В конце сентября над Ухтой с земли наблюдали воздушный бой – подробностей не приводится – и еще раз работа наших бомбардировщиков. Ежедневно (так в ЖБД) появляются самолеты противника. Запись в ЖБД-54 от 5 октября: «Потери от огня артиллерии пр-ка незначительные, даже можно считать, что их нет, т.е. иногда за сутки бывает 1 убит или несколько человек ранено» (а где-то воют вдовы – авт.). Впрочем, в октябре отмечены и серьезные (по местным меркам) боестолкновения – видимо, разведка боем – с существенными потерями до 25 человек в сутки. Линия фронта при этом не меняется.