Чтение онлайн

У него перехватило горло, и ему пришлось отвернуться к огню, чтобы подождать, когда высохнут внезапно навернувшиеся на глаза горячие слезы.

Никакого ответа. Только беспокойное движение за спиной.

Когда буря в его душе несколько утихла, Даламар опять повернулся к посетителям.

— Итак, генерал и сенатор, что вы хотите от Даламара Темного? — резко спросил он.

Эльфы сердито и изумленно уставились на него, обескураженные тем, что узнаны.

— Я... я не понимаю, к кому ты обращаешься. — Генерал-сильванестиец сделал слабую попытку повернуться к выходу.

Даламар одарил их сардонической усмешкой.

— В следующий раз, когда вы пожелаете скрыть свое положение, я надеюсь, вы, генерал, не захватите церемониальный меч, а вы, сенатор, снимете кольцо с печатью.

— Я, пожалуй... присяду, — проговорил сенатор, обессиленно опускаясь в кресло.

Генерал остался стоять, держа ладонь на рукояти меча, выдавшего его.

— Начинай, — сказал сенатор спутнику.

Сильванестиец нахмурился, скрестив руки на груди.

— Сначала я скажу тебе новость, которая, пожалуй, будет долгожданной и приятной для тебя, Даламар. — Генерал выплюнул имя темного эльфа, словно оно было отравленным.

— Сильванести свободна. Кошмары Лорака, поработившие нашу страну, прекратились. Немногочисленные отряды драконидов и гоблинов разгромлены. Двадцать лет мы противостояли им, но теперь Сильванести опять свободна. Ее красота вернулась.

— Поздравляю,— бросил Даламар, усмехнувшись. — Значит, Портиос привел тебя к победе. Как видишь, я слежу за политикой. Портиос, квалинестиец, женился на Эльхане, дочери Лорака и королеве Сильванести. Объединенное королевство эльфов — вот чего, полагаю, хотела добиться счастливая пара. В течение двадцати лет Портиос, Беседующий-с-Солнцами, рисковал своей жизнью ради сохранения Сильванести. И весьма преуспел! Как же вы расплатились с ним за службу?

— Он заключен в тюрьму, — серьезно сказал генерал.

Даламар расхохотался:

— Как же это по-эльфийски! Заключить в тюрьму человека, спасшего ваши несчастные жизни! И за какое же преступление? Нет, я сам догадаюсь. Я, видите ли, знаю Портиоса. Он никогда не позволит вам, сильванестийцам, забыть, что именно квалинестийцы пришли к вам на помощь. Он немало говорил о том, как объединятся Квалинести и Сильванести, но всегда имел в виду, что квалинестийцы будут управлять более слабыми собратьями. Ну что, я прав?

— Вроде того, — недовольно ответил генерал, слыша в голосе темного эльфа неприкрытый сарказм.

Даламар обернулся к сенатору:

— А как квалинестийцы перенесли это, ведь Беседующий-с-Солнцами сидит в тюрьме?

— Мне трудно дышать. — Сенатор тяжело вздохнул, нервно теребя бахрому на маске, но через мгновение заговорил спокойнее: — Мы не ссорились с сильванестийцами. Их королева, жена Портиоса, Эльхана Звездный Ветер, — моя гостья в Квалинести.

Даламар глубокий вдохнул, потом медленно выдохнул.

— Вот вещи, о которых я совсем позабыл в своей унылой Башне. «Гостья», говоришь ты. Гостья, которая, без сомнения, утомилась от гостеприимства, но обнаруживает, что покинуть хозяев не так-то просто. Какое преступление совершено королевой?

— Это не предается огласке, но Эльхана Звездный Ветер ждет ребенка.

Сенатор, чтобы скрыть волнение, крутил кольцо на пальце.

Даламар был заинтригован:

— Вот как? После двадцати лет брак по расчету увенчался страстью? Удивительно, как только Портиос нашел время. Или ребенок внебрачный?

— Если ребенок родится в эльфийских землях,— продолжал сенатор, делая вид, что не расслышал,— то благодаря положению родителей он унаследует престолы обоих королевств. Объединение эльфов будет полным.

— Этого нельзя допустить. — Пальцы генерала сжались на рукояти меча.

— И что вы собираетесь сделать, чтобы предотвратить это? —. поинтересовался Даламар. — Убийство, думаю, не обсуждается.

Сенатор окаменел с видом оскорбленного достоинства. Шелковая маска промокла на лбу от пота и прилипла к лицу.

— Изгнать. Обоих.

— Понятно, — тихо и горько сказал Даламар. — Как меня. Смерть была бы милосерднее.

Сенатор нахмурился:

— Ты имеешь в виду...

— Да ничего я не имею. — Даламар пожал плечами. — Просто высказываю свое мнение. Но я не вполне понимаю, для чего потребовался я в этом скромном маленьком заговоре? Разве только вы захотите мне предложить объединенный трон эльфов?

Две пары широко раскрытых блестящих глаза с ужасом воззрились на него.

— Помилуйте, господа, вы принимаете мои слова слишком серьезно! — смеясь, успокоил их Даламар. — Это шутка, не более.

Гости немного отошли от изумления, но оставались несколько напряженными.

— Дом Защитников будет управлять Сильванести, пока не наступит время, когда королевская династия сможет принять управление, — продолжил генерал. — Защитники управляли Сильванести в течение последних двадцати лет, пока мы боролись с Кошмаром. Мои люди приучены к военному положению, и не любят Портиоса.

— Что до Квалинести... — Сенатор колебался, беспокойно поглядывая на лестницу.

— Не волнуйтесь, — сказал Даламар. — Йенна не любит подслушивать. И поверьте, она мало интересуется политикой эльфийских государств.

— Это слишком деликатный вопрос, чтобы позволить ему получить огласку, — промолвил сенатор, вздрогнув.

Приблизившись к Даламару так, чтобы не задеть его даже краешком одежд, квалинестиец быстро заговорил тихим и настойчивым голосом.

Темный эльф слушал, улыбался и качал головой.

— Вы, конечно, не сомневаетесь, что возникнут проблемы с родителями?

— А вот тут-то твоя помощь и может оказаться неоценимой, — убедительно произнес сенатор.

— Ты — друг его отца, — добавил генерал.

Даламар размышлял. Он видел, как решительно настроены посетители и насколько они разные. Оба бестрепетно выдержали его пристальный взгляд.

— Ну что ж, — согласился темный эльф, — я займусь моим другом и прослежу, чтобы ни он, ни его жена не вмешались в это дело. Но моя помощь стоит дорого.

Сенатор сделал протестующий жест:

— Наша казна переполнена. Только назови цену... Даламар усмехнулся:

— Что мне нужно сверх того, чем я обладаю? Я, пожалуй, смог бы купить и продать Квалинести! Нет, моя цена будет другой... — Он помолчал, дав им возможность вспотеть от напряжения, и спокойно объявил: — Месяц на родине.