Чтение онлайн

Я сложила эти три факта вместе, и мне все стало ясно. Они не просто искали вход, а уже нашли его. И сейчас они укрепляли своды старых туннелей, готовя их к проходу большой группы людей. Они копали, копали прямо под носом у всей столицы.

Это было то, что нужно. Конкретная, проверяемая информация. Теперь нужно было передать ее генералу.

Я взяла цветок белой камелии из вазы в своей комнате, высушила один из его лепестков и вложила его в простую книгу со стихами. Книгу я передала через Сяоту одному из уличных книготорговцев, с приказом выставить ее на своем лотке. Белый лепесток означал «Срочная информация. Жду встречи». Красный означал бы «Опасность. Сеть под угрозой».

На следующий день пришел ответ. С утренней почтой мне доставили приглашение от министра обрядов посетить поэтический вечер в его резиденции. В углу приглашения тушью была нарисована крошечная, едва заметная ива. Точно такая же, как та, что росла в саду камелий. Место встречи было назначено.

Поэтический вечер был невыносимо скучным. Бездарные поэты читали напыщенные оды, восхваляющие мудрость императора и красоту придворных дам. Я сидела с вежливой улыбкой, изредка аплодируя, и чувствовала на себе десятки взглядов. Особенно тяжелым был взгляд леди Чжао, которая сидела в другом конце зала. В ее глазах плескалась неприкрытая ненависть.

В середине вечера, сославшись на головную боль, я вышла в сад. Цзинь Вэй был там, ждал меня в тени бамбуковой рощи.

— Говорите, — приказал он без предисловий.

Я быстро и четко изложила ему все, что удалось узнать. О земле в корзинах, о досках, о масле для ламп. Он слушал, не перебивая, его лицо было непроницаемым.

— Вы уверены в своих источниках? — спросил он, когда я закончила.

— Я уверена в фактах, генерал. Интерпретировать их — ваша работа.

Мужчина кивнул.

— Хорошая работа, леди. Очень хорошая. Это подтверждает наши собственные догадки. Теперь мы знаем, где нанести удар.

— Что вы собираетесь делать? — спросила я. — Штурмовать храм?

— Нет, — он покачал головой. — Это было бы слишком шумно, и спугнет крыс, и они разбегутся по другим норам. Мы не будем их штурмовать, а спустимся к ним сами.

Я вопросительно посмотрела на него.

— У нас есть своя карта, — пояснил он. — Теперь, когда мы знаем их предполагаемое местоположение, мы можем войти в туннели с другой стороны. Из подвалов Ведомства Безопасности. Мы перехватим их под землей, в их собственном логове.

План был дерзким и опасным. Бой в узких, темных туннелях.

— Когда?

— Этой ночью. Я беру с собой только «Черную стражу». Моих лучших людей.

— Я иду с вами.

Цзинь Вэй резко повернулся ко мне. В его глазах вспыхнуло удивление, смешанное с гневом.

— Не говорите глупостей. Это не поэтический вечер. Это бойня. Вы там погибнете в первые же пять минут.

— В этих туннелях темно и тесно, генерал, — возразила я, глядя ему прямо в глаза. — Там негде размахнуться мечом. Зато там очень удобно использовать то, что вы назвали «грубой, но эффективной техникой». Мои иглы в темноте смертоноснее ваших мечей. К тому же, я — единственный человек, кроме вас, кто знает об этой операции. Если с вами что-то случится, кто-то должен будет выбраться наверх и доложить обстановку.

Я видела, как он борется с собой. С одной стороны, логика и воинская дисциплина кричали ему, что брать с собой на спецоперацию аристократку — это безумие. С другой — он помнил, что я сделала в переулке. Он знал, что я не так безобидна, как кажусь.

— Вы пожалеете об этом, — наконец сказал он сквозь зубы.

— Я уже жалею о многом, генерал. Одним сожалением больше, одним меньше.

— Хорошо, — процедил он. — Через два часа после полуночи. У старого колодца за Западными воротами. Будьте одна. И если вы будете мне мешать… я оставлю вас там. Вне зависимости от исхода.

Генерал развернулся и исчез в темноте. Я вернулась на скучный вечер, мое сердце колотилось от смеси страха и дикого, иррационального восторга. Этой ночью я впервые в этой жизни спущусь во тьму, чтобы сражаться. И я почему-то чувствовала, что именно там, во тьме, под землей, я наконец окажусь на своем месте.

Возвращение с поэтического вечера было похоже на пробуждение ото сна внутри другого сна. Я двигалась сквозь залитые лунным светом залы резиденции, отвечала на вопросы слуг, позволила Сяоту помочь мне снять официальное платье, и все это время мой разум был далеко. Он был в темных, сырых туннелях под городом, где меня ждала совершенно иная реальность.

— Госпожа, вы бледны, — с тревогой сказала Сяоту, распуская мои волосы. — Принести вам успокаивающего отвара? Я посмотрела на ее отражение в зеркале. На ее обеспокоенное, верное лицо, и впервые за все время почувствовала укол вины. Я втягивала ее в свои проблемы, подвергала смертельной опасности. Но я также знала, что оставить ее в стороне было бы еще большим предательством.

— Нет, Сяоту, — сказала я. — Принеси мне мужскую одежду, ту, что мы приготовили. И сверток со стальными иглами. А потом… потом слушай меня очень внимательно.

Я изложила ей свой план. План на случай, если я не вернусь. В нем было все: где лежат деньги, кому передать компрометирующие свитки на клан Чжао, как, используя тайный ход, сбежать из столицы и затеряться в южных провинциях. Сяоту слушала молча, ее губы были сжаты в тонкую линию. Девчушка не плакала и не отговаривала меня. Когда я закончила, она просто низко поклонилась.

— Я буду ждать вас до рассвета, госпожа. А потом я сделаю все, как вы приказали.

Переодевание было трансформацией. С каждым слоем шелка, спадающим на пол, я избавлялась от Леди Лиюэ. Когда я затянула на себе пояс простых черных штанов и куртки, я почувствовала, как меняется моя осанка и моя походка. Это была одежда для дела, не для позерства. Я спрятала кинжал за пояс, а три самые тонкие и острые иглы — в специальный кожаный наруч, который я сама сшила, закрепив его на левом предплечье под рукавом. Они холодили кожу, напоминая о себе.

Выскользнуть из резиденции оказалось на удивление легко. Ночная стража была сонной и ленивой, привыкшей к тому, что все угрозы исходят извне, а не изнутри. Я двигалась, как призрак, используя знания о слепых зонах, которые я почерпнула из планов поместья. Ночной воздух столицы был прохладным и влажным. Он пах остывающим камнем, ночными цветами и далеким дымом.

Старый колодец за Западными воротами был заброшен и находился в роще платанов, скрывавшей его от посторонних глаз. Когда я подошла, они уже были там. Десять черных теней, застывших в абсолютной неподвижности. «Черная стража». Элита из элит. Личная гвардия генерала Цзинь Вэя. Даже в тусклом свете луны я видела отблески на их темной, без единого украшения броне. Их лица были скрыты масками, оставлявшими открытыми только глаза. И эти глаза, все десять пар, были устремлены на меня. В них не было любопытства. В них было холодное, профессиональное презрение. Они смотрели на меня как на обузу, как на каприз командира, который им придется терпеть.

Сам генерал стоял чуть в стороне. Он тоже был в боевом облачении — легкая кожаная броня поверх темной одежды. Его лицо было открыто, но казалось еще более непроницаемой маской, чем у его солдат. Цзинь Вэй окинул меня быстрым, оценивающим взглядом, задержавшись на том, как я двигаюсь и как держу руки. Он не искал во мне женщину-аристократку, а искал солдата. И, кажется, то, что он увидел, его не удовлетворило.

— Вы опоздали, — произнес он вместо приветствия. — На тридцать секунд.

— Простите, генерал, — ответила я. — В следующий раз я привяжу к ногам крылья.