Чтение онлайн

Они вышли на крыльцо, там уже стоял конюший, держа за повод Голдена, нетерпеливо перебиравшего ногами и раздувая ноздри. Капитан Дурбин держал под уздцы своего гнедого и серую в яблоках кобылку графини. Мужчина с неприкрытым восхищением посмотрел на Викторию и, приветствуя, поцеловал ей руку. Задержав её руку в своей, капитан нежно посмотрел снова в её глаза, и девушка заметила как его взгляд переменился, стал более страстным, словно он пытался заворожить её. К ним подошла графиня, прервав этот безмолвный диалог глазами. Капитан Дурбин помог сесть в седло графине Шуваловой, а когда повернулся к Виктории, то она уже была верхом на своём жеребце и поправляла юбку. Мужчина не заставил себяждать и, натянув поводья, сказал:

— У вас прекрасный жеребец, миссис Блэксмут. Редкий буланый окрас переливается как золото.

— Он и есть золото, — улыбнулась она. — Знакомьтесь, Андрей Александрович, — это Голден, — озорно добавила и погладила жеребца по шее.

Капитан улыбнулся ей в ответ, и они тронулись. Компания выехала в парк, и все наездники немного прибавили скорости своим коням. Виктория наслаждалась прогулкой этим тёплым осенним днём, последние дни ей так не хватало этого. Жёлтые, багряные и охристые листья уже опадали на землю, стелясь ярким покрывалом по дорожкам и газонам. Мягкие лучи осеннего солнца игриво светились во влажном воздухе светлыми полосами и отбрасывали блики на капельки росы, которые мерцали на листьях словно хрустальные бусины.

Виктория любила осень в солнечные дни. Была в ней какая-то грусть и мечтательность, наталкивающая на размышления. Она полной грудью вдохнула свежий. Прохладный воздух и подстегнула Голдена на быстрый галоп и оторовалась от своих спутников.

— Андрей Александрович, я немного замедлю шаг, — сказала графиня Шувалова, — а вы можете догнать миссис Блэксмут. Скачки галопом это не для меня, — улыбнулась она мужчине.

Капитан понимающе кивнул ей и пришпорил своего гнедого. Виктория через несколько минут оглянулась и увидела догоняющего её капитана. Когда они поравнялись, она прибавила ещё скорости и засмеялась. Её щеки зарумянились, глаза горели азартом. Дурбин ей не уступал и шёл с ней на ровне, он любовался тем, как ловко она управлялась со своим конём без удил и хлыста и как красиво держалась в седле. Он пришпорил своего жеребца, обогнал её и остановился, преградив ей дорогу. Виктория сбавила ход и резко остановилась перед капитаном, приподняв жеребца в свечу.

— Вы прекрасно держитесь в седле, миссис Блэксмут.

— Если бы не женское седло, вы бы меня ни за что не догнали, — ответила она, весело смеясь. — Где же графиня?

— Она сказала, что быстрые скачки не для неё.

Они перешли на шаг, направив лошадей по дорожке, по обе стороны которой росли старые дубы. Раскидистые кроны с ещё зелёными и буроватыми листьями смыкались над ней как свод, сквозь которые проникали солнечные лучи.

— Тогда мы должны вернуться за ней, — обеспокоилась Виктория тем, что они остались наедине.

— Или мы можем прогуляться здесь, — мужчина показал рукой в направлении небольшого пруда с плавающими лебедями, — и дождаться её, — он спешился и подошёл к Виктории, протянув к ней руки.

Она на мгновение задержала взгляд на мужчине и, приняв его предложение, спрыгнула с коня. Подхватив её, капитан немного задержал в своих крепких руках её тонкую талию. Конечно, Виктория заметила эту маленькую уловку мужчины, но не подала вида. Он был красив, высок, с сильными руками, и она замечала, как он на неё смотрит: нежно, с восхищением, а иногда горящим взглядом, словно хочет поцеловать. Но в сердце Виктории его невербальные сигналы никак не отзывались.

Взяв под уздцы своего коня, она подошла к пруду.

— Вы когда-нибудь были в России? — неожиданно спросил капитан Дурбин.

— Нет. Но моя матушка много рассказывала о своей Родине. Она всегда хотела обязательно нас с братом свозить туда. Но, к сожалению, она рано нас покинула, — Виктория с грустью посмотрела на серую воду, по серебрящейся глади которой медленно скользили пары лебедей и стайки уток.

— Я вам сочувствую, — Мужчина обошёл её и с нежностью посмотрел в её глаза через тонкую вуаль. — Вы единственная англичанка, с кем мне легко общаться, потому что вы не зажаты стереотипом о грубых и холодных русских.

Она улыбнулась капитану и вновь обратила взгляд на птиц.

— Да, у англичан есть такой недостаток, при этом они сами, зачастую закрыты и холодны, потому что привыкли скрывать свои чувства. Ведь показывать эмоции на людях — это дурной тон, — Виктория остановилась и снова повернулась к мужчине. — Хотя, это, наверное, характерно для высшего света в любой стране, ведь простые люди всегда более открыты и прямолинейны, вам так не кажется?

— Соглашусь с вами.

— Я не выношу всего этого лицемерия высшего света. Придумали правила, по которым нужно жить, хотя почти все их нарушают. Ведь, главное, чтобы никто не узнал. И даже за незначительный проступок, за нарушения правил, да просто за сплетни и слухи, которые иногда лживы, готовы разжечь костер или сделать человека изгоем[D8] общества. Прямо средневековье какое-то! — Виктория на мгновение задумалась и добавила: — Иногда, мне просто хочется сбежать подальше от всего этого и жить простой жизнью без светских приёмов, фальшивых улыбок и лести.

— Я тоже иногда мечтаю о тихом месте. Но на службе некогда думать об этом, особенно в море, — он улыбнулся, глядя ей в глаза. — Поэтому на суше радуюсь любому празднику.

Они остановились. Виктория с пониманием посмотрела на своего спутника.

— Но я отвлеклась от темы России. Вы знаете, я читаю русскую литературу и вспоминаю мамины рассказы, и я бы очень хотела побывать в России. Уверенна, что полюбила бы её.

Мужчина приблизился к ней и взял её руку в перчатке в свою.

— В вас чувствуется истинно русская душа, миссис Блэксмут, — проникновенно произнёс мужчина и поднёс её руку к своим губам, погладив большим пальцем тыльную сторону ладони.

— А вот и графиня, — сказала Виктория, глядя поверх мужского плеча на приближающуюся графиню Шувалову и обрадовавшись, что неловкий момент разрешился.

— Елена Ивановна, мы уже заскучали без вас, — капитан помог графине Шуваловой спешиться.

— Не за что не поверю вам, Андрей Александрович, что вы заскучали в такой прекрасной компании. И о чём вы тут секретничали?

— Мы говорили о России, — ответила Виктория.

— Миссис Блэксмут говорила, что столько хорошего слышала от своей матушки о России, что непременно хотела бы побывать там, — ответил капитан Дурбин.

— Вот как? Тогда вам обязательно нужно быть в моём салоне на русских вечерах в посольстве. На них мы приглашаем тех, кто интересуется русской музыкой, литературой и поэзией. Обстановка очень уютная и неофициальная. Вы обязательно должны быть с лордом и леди Чаттерлей.

— О-о, это так интересно, — заинтересовалась Виктория.

— Я пришлю вам приглашения.

***

Через три дня чета Чаттарлей и миссис Блэксмут получили приглашения в посольство.

— Виктория, что я буду там делать? Ведь я совсем не понимаю русский язык, я даже послушать не смогу, не то, что говорить, — искренне изумилась Лорейн.

— Но графиня сказала, что на этих вечерах бывают не только русские, а все, кто интересуется русской культурой, поэтому говорить будут и на английском, — успокоила её Виктория. — Чарли, а что ты думаешь?

— Я думаю, что нам с Лорейн нужно сходить из уважения к послу. В следующий раз ты сможешь уже посещать эти вечера и сама, если захочешь.

— Спасибо, Чарли, — сестра улыбнулась в ответ. — Ты помнишь, как наша матушка красиво пела русские романсы? У неё был изумительный голос.

— Она так же прекрасно играла на фортепиано. Ещё я помню, как ты пела вместе с ней.