Чтение онлайн

— Варн Рилас, староста поселения Верхние Холмы, пятидесяти двух лет от роду. Честный, ответственный, экономный. Вынужден грабить путников из-за тотальной нехватки средств для пропитания своих односельчан. Ты выбрал неверный путь, Варн. Грабеж не спасет твоих подопечных. Любое насилие порождает лишь насилие. Никто не имеет права на землях Оракула грабить и причинять неудобства мирным жителям. Но я даю тебе еще один шанс. Ты можешь попросить у меня помощи, и ты ее получишь. Я даю тебе выбор, от которого зависит и твое будущее, и будущее твоих людей. Чтобы ты хотел попросить у меня? Подумай хорошенько. Что решит все твои затруднения? Учти, я могу исполнить любую просьбу.

Мужчина неотрывно смотрел на Оливию и не смел, вымолвить и слова.

— Деньги их не спасут, — усмехнулась она. — Ты и сам знаешь, что проблема в другом.

— Помоги с землей и скотом, — решился он, наконец, озвучить просьбу. — Что-то случилось у нас в последнее время. Животные умирают, а земля перестала плодоносить. Все всходы погибли. Прошлогодние запасы иссякли, а в этом году ничего ожидать не приходится. Мы в отчаянии. Нам не пережить предстоящую зиму.

— Внезапный падеж скота и истощение земель, — задумчиво протянула Оливия. — Много ли ваших соседей столкнулись с похожей проблемой?

— Все окрестные селения в таком же положении, — поделился мужчина. — Нам всем пришлось уйти на заработки в города. Но там работы не так уж и много. А семьи у нас большие. Грабеж это последний отчаянный шаг.

— Веди нас в Верхние Холмы, Варн, — распорядилась Оли, и позволила главарю встать.

Разбойники зашевелились, как будто им только теперь позволили двигаться, и в страхе столпились на краю поляны.

— Седлаем гонаров, — отдал приказ Варн, и всё мгновенно пришло в движение.

Мужчины устремились в лес и один за другим вывели своих верховых животных.

— Шторм, возвращайся, — спокойно проговорила Оливия, словно каплан был рядом и мог ее слышать.

Но в следующее мгновение на поляну вылетел мохнатый монстр и угрожающе зарычал. Мужчины шарахнулись врассыпную, увлекая за собой гонаров.

— Тише, — отмахнулась Оливия, подходя вплотную к каплану. — Мы заедем в одно место. Нужно разобраться, что там произошло.

Шторм улегся на брюхо и позволил нам сесть в седло.

— Показывай дорогу, Варн, — скомандовала Оли.

Бандиты оседлали гонаров и рванули вперед. Шторм обычно передвигался гораздо быстрее, но теперь был вынужден поддерживать общий темп.

Спустя час мы въехали в большое село. Жители выходили из своих домов на центральную улицу и с подозрением разглядывали Шторма и нас на его спине. Староста остановился у большого трактира и спрыгнул на землю. Оливия шепнула пару слов каплану, и тот опустился.

— Пойдем со мной, — обратился к ней Варн. — Я покажу, что случилось.

Оливия уверенно прошла вслед за ним, и мне ничего не оставалось, как держаться поблизости. Мы двинулись в сторону одного из рядом стоящих домов. Мужчина провел нас прямиком в хлев и указал на двух чахлых дойниц, которые молоко, кажется, сто лет не давали.

— Взгляни, — проговорил он. — У меня осталось всего две дойницы, а было десять. Эти ни сегодня завтра тоже издохнут, и тогда моим детям придется голодать.

Оливия молча прошла вперед и положила руку на голову одной из них. Затем кивнула своим собственным мыслям и произнесла:

— Веди на поле.

Варн провел нас через огород и вывел на обширный участок земли, который выглядел на редкость запущенным. Все всходы засохли, и теперь буйные ростки сорной травы рвались заполонить окружающее пространство.

— Точно такая же ситуация у всех жителей Верхних Холмов, — поделился своими горестями староста. — Да и у соседей из Нижних не лучше.

Оливия прикрыла глаза и замерла, чуть дыша. Потом сделала резкий вдох и повернулась к нам.

— Поехали, Кера. Нужно успеть в Главный Храм до темноты.

Пройдя на центральную улицу, остановились.

— Варн, — обратилась к старосте Оли, — я пришлю сюда своих людей. Они наведут порядок. Грабежи прекратите. Это касается не только вашего селения, но и других. Узнаю, что нападения продолжаются, стражи прибудут не для того, чтобы помочь, а с карательными целями.

Шторм уже ждал нас. Быстро заняв свои места, мы, не прощаясь, рванули вперед, распугивая местных жителей.

После обеда небо заволокло тяжелыми, серыми тучами, а ветер стал холодным и порывистым. На очередном привале вынуждены были спрятаться от монотонно моросящего дождя под раскидистым деревом. Оли опять отпустила Шторма, а мы разделили последние запасы еды.

— Ты что-нибудь поняла? — поинтересовалась результатами ее деятельности в селе.

— Да, — сосредоточенно кивнула она. — Это диверсия. Враги Оракула в конец распоясались. Мой предшественник не мог в последнее время ничего им противопоставить, и вот итог. Гайдерин повсеместно столкнулся с проблемой нехватки пищи.

— Скверно, — нахмурилась. — Как собираешься решить проблему?

— Для начала нужно прибыть в Главный Храм, — жестко усмехнулась она. — Дать всем понять, что к власти пришел новый человек. А дальше решу по обстоятельствам.

— Хочешь, я в ближайшем городе приобрету нидла и пошлю отцу сообщение, чтобы все подготовили к твоему прибытию? — предложила, понимая, что нас никто не ждет.

— Зачем? — хохотнула Оливия. — Чтобы все крысы попрятались? Не стоит. Мне нужно оценить ситуацию непредвзято. Не волнуйся, скоро во всем разберемся.

Возразить мне было нечего, поэтому разговор угас сам собой.

Скоро мы продолжили свой путь под унылым дождем, который, казалось, задался целью не только промочить нас до нитки, но и сбить с выбранного направления. Шторм уже весь был по уши в грязи, щедро разбрызгивая мерзкую жижу во все стороны при каждом прыжке. На душе было муторно. Хотелось добраться до Храма и завершить эту миссию. Надеюсь, мне хоть мизерный отпуск полагается после всей этой возни с преемником. Оливию, конечно, жалко оставлять одну, но она, скорее всего, больше не нуждается в моей помощи и поддержке.

Когда ночная тьма окончательно сгустилась, я начала подумывать о том, чтобы остановиться на ночлег в каком-нибудь придорожном трактире. Но тут дорога совершила резкий поворот, и перед нами вырос огромный холм посреди равнины. На нем возвышался серо-черной громадой Главный Храм, а окружающие постройки жались рядом, примыкая к этому величественному исполину со всех сторон.

Яркий свет горел практически во всех окнах центрального здания, пронзающего темное небо остроконечными шпилями. Подъездная дорога, щедро освещенная многочисленными фонарями, гостеприимно приглашала нас проследовать к высоким кованым воротам.