Чтение онлайн

Известно, что во время учебы в школе О. Бумке проявлял интерес к точным наукам (особенно к математике) и даже хотел стать учителем, но затем все-таки выбрал профессию врача. Свое высшее медицинское образование он начал в Университете Фрайбурга, продолжил в Лейпцигском университете, а закончил в Университете Киля, где и получил докторскую степень [Zeidman, 2011].

В 1901 г. он начал свою врачебную карьеру в психиатрической клинике г. Фрайбурга в качестве ассистента врача. Там он работал под руководством известного психиатра Альфреда Гоша, одного из самых яростных критиков «естественной» нозологической классификации Эмиля Крепелина [Schimmelpenning, 1993]. Известно, что О. Бумке первоначально вовсе не собирался становиться именно психиатром и пришел на работу в психиатрию совершенно случайно [Dening, Berrios, 1991]. Более того, сохранились сведения о том, что он позже нашел психиатрию «скучной» и начал искать другую работу [Hippius et al., 2008]. В частности, имеются данные, что дядя О. Бумке после смерти своего младшего брата предложил Освальду стать директором принадлежавшего ему завода. Тем не менее О. Бумке предпочел все-таки остаться в медицине и во Фрайбурге [Schimmelpenning, 1993].

Как это было принято в немецких университетах в то время, для получения профессорского звания О. Бумке написал вторую диссертацию по зрачковым реакциям, озаглавленную «Изменения диаметра зрачка при различных душевных и нервных болезнях» (Die Pupillenst"orungen bei Geistes-und Nervenkrankheiten) [Bumke, 1904]. В том же, 1904 г. он также опубликовал обширный обзор литературы о доказательствах наличия и о значении аномалий зрачковых реакций в диагностике неврологических и психических заболеваний. В частности, он полагал, что определенные аномалии зрачковых реакций могут подтвердить диагноз «раннего слабоумия», dementia praecox, т. е., говоря сегодняшним языком, шизофрении. Внимание О. Бумке к зрачковым реакциям психически больных основывалось, в частности, на том известном факте, что одним из важных симптомов весьма распространенного тогда нейросифилиса («прогрессивного паралича») была анизокория. Мидриаз, возникающий на фоне депрессивных, тревожных состояний при психомоторном возбуждении, также был известен и описан давно, до работ О. Бумке. Однако именно ему принадлежит заслуга систематизации всех данных, которые были известны на тот момент, о характере зрачковых реакций при разных психических и неврологических заболеваниях. В своей работе 1904 г. он также впервые описал и исследовал симптом преходящего спонтанного расширения зрачков, сопровождающийся одновременно отсутствием нормальной мидриатической реакции на психическое переживание или болевое раздражение. Этот симптом даже впоследствии был назван в его честь – симптом Бумке [Firkin, Whitworth, 2002].

С 1906 по 1913 г. О. Бумке продолжил работать в психиатрической клинике г. Фрайбурга уже в звании старшего врача. В 1910 г. ему дали должность доцента в Университете Фрайбурга. Следует отметить, что в тогдашней немецкой психиатрии профессор – это и ученое звание, на которое может претендовать лишь человек, защитивший профессорскую диссертацию, что О. Бумке и сделал в 1904 г., и должность в университете, которую мог занимать лишь человек, имевший профессорское звание, в то время как доцент – это должность. В 1914 г. О. Бумке пригласили на профессорскую должность в Университет г. Ростока. Там он преподавал и проводил свои исследования в период с 1914 по 1916 г. Однако он был крайне недоволен условиями работы и желал оттуда уйти, поэтому в 1915 г., после смерти Алоиса Альцгеймера, бывшего директором университетской психиатрической клиники и по совместительству профессором и заведующим кафедрой психиатрии Университета г. Бреслау, О. Бумке с радостью принял предложение возглавить кафедру психиатрии и психиатрическую клинику этого университета [Zeidman, 2011]. Уже в 1919 г., будучи в Бреслау, О. Бумке написал свой первый «Учебник по психиатрии» («Lehrbuch der Geisteskrankheiten») [Koehler, Stahnisch, 2014].

В немецкой психиатрии и вообще в медицинской науке существовала традиция «не сидеть долго на одном месте», в соответствии с которой ученые время от времени меняли место работы и город, перемещаясь из университета в университет, обогащая местные научные школы своими знаниями и в то же время приобретая новые знания сами. В соответствии с этой традицией О. Бумке в 1921 г. снова сменил место работы и занял должность профессора и заведующего кафедрой психиатрии и неврологии в Университете г. Лейпцига. Там он проработал с 1921 по 1924 г. [Schimmelpenning, 1993]. В Лейпциге он завязал дружбу с Павлом Флексигом, с которым работал там более 40 лет, преимущественно в области нейроанатомии и патологии головного мозга.

Когда у первого главы советского правительства, В. И. Ленина, в марте 1923 г. случился инсульт, О. Бумке пригласили в Москву в качестве консультанта. Первоначально он планировал пробыть в советской столице три дня, но в итоге остался там более чем на 7 недель – с марта по май 1923 г. [Firkin, Whitworth, 2002]. О. Бумке был первым западным врачом, который консультировал В. И. Ленина и, таким образом, «прорвал» своеобразную научно-медицинскую блокаду Советского Союза, сложившуюся в начале 1920-х годов, когда на Западе доминировало мнение, что «коммунистический режим – это ненадолго, а потому и выстраивать с ним какое-либо сотрудничество нет необходимости» [Hippius et al., 2008]. Именно О. Бумке определил, кого еще из западных врачей следует пригласить для консультирования В. И. Ленина, и сформировал консилиум, в который вошли Макс Монахини из Гамбурга, Оскар Штрюмпель и Отфрид Ферстер из Бреслау, Соломон Геншен из Швеции. Во время своего пребывания в Москве О. Бумке познакомился с Львом Троцким и Карлом Радеком, от которых у него сложилось положительное впечатление [Bumke, 1952].

В апреле 1924 г. О. Бумке пригласили возглавить кафедру психиатрии в Мюнхене и стать директором университетской психиатрической клиники в этом городе, сменив на данном посту Эмиля Крепелина. Таким образом, О. Бумке должен был стать директором той самой клиники и заведующим той самой кафедрой, которую в 1904 г. основал Э. Крепелин и которая в децентрализованной немецкой психиатрии (где официально не было «главных» клиник, подобных госпиталю Сальпетриер во Франции) со дня ее основания неформально считалась «главной» и самой почетной в Германии. Это назначение знаменовало собой смену поколений и парадигм в немецкой психиатрии. Отношения между Э. Крепелином и О. Бумке, двумя выдающимися лидерами немецкой психиатрии того времени, к указанному периоду были весьма напряженными из-за различия их взглядов на продвигавшуюся Э. Крепелином концепцию «раннего слабоумия». Так, в октябре 1923 г., всего за несколько месяцев до назначения на принадлежавшую ранее Э. Крепелину должность заведующего кафедрой психиатрии и директора университетской психиатрической клиники в Мюнхене, О. Бумке прочитал лекцию, в которой поставил под большое сомнение правомерность выделения «раннего слабоумия» как самостоятельной нозологической формы и оспорил саму концепцию «раннего слабоумия» по Э. Крепелину как естественной сущности болезни. Во время своей лекции он задал залу прямой вопрос: «Что делать, если раннего слабоумия просто не существует?» Тезисы этой его лекции были опубликованы в немецкой печати всего за 6 недель до назначения О. Бумке в Мюнхен, что дополнительно повысило напряженность в отношениях между двумя знаменитыми немецкими учеными [Bumke, 1924].

Кроме того, О. Бумке предложил собственную философско-психологическую теорию, отвергнув экспериментально-психологический подход Э. Крепелина [Steinberg, 2003]. Интересно, однако, отметить, что, несмотря на напряженные личные отношения с Э. Крепелином и отрицание его теории «раннего слабоумия», О. Бумке, тем не менее, признавал значительность его вклада в психиатрическую науку – и настолько, что считал его достойным стать нобелевским лауреатом и номинировал его кандидатом на Нобелевскую премию по медицине за 1923 г. Однако номинация не была одобрена Нобелевским комитетом. Вообще, как известно, в истории психиатрии всего три человека стали нобелевскими лауреатами за свои открытия именно в этой области, хотя достойных имен, несомненно, больше. В 1925 г. О. Бумке стал также соредактором одного из самых влиятельных в немецкой психиатрии и неврологии журналов «Архивы психиатрии и нервных болезней», а в 1928 г. был избран ректором Мюнхенского университета и проработал в этой должности одну полную каденцию [Schimmelpenning, 1993].

Работая в Лейпциге с 1921 по 1924 г., а затем в Мюнхене вплоть до середины 1930-х годов, О. Бумке продолжал заниматься научными изысканиями, что впоследствии заложило основу для его учебников и пособий по психиатрии и неврологии [Steinberg, 2008]. Кроме того, он был одаренным оратором, и его лекции всегда привлекали большое внимание научной общественности и собирали полные залы слушателей. О. Бумке также интересовался не только собственно академической психиатрией и неврологией, но и взаимоотношениями медицины и общества, психиатрии и общества, вопросами социальной психиатрии и другими пограничными между медициной и социальными науками проблемами. Известны, в частности, его труды о «культуре и дегенерации» (1912/1922): «дегенерация» в данном контексте понималась как «вырождение» при наследовании психических заболеваний в поколениях. О. Бумке критиковал не только Э. Крепелина, но и З. Фрейда, и полемизировал со взглядами последнего. В частности, он выступал в защиту представления о «единстве и неделимости души со всеми ее проявлениями, здоровыми и болезненными». Подобно унитарианцам, он утверждал, что человеческая душа едина, целостна и и не может быть разделена на сознательное «Я», сверхсознательное «Супер-Эго» и бессознательное или подсознательное «Оно». Таким образом, бросив вызов теории либидо как единственной движущей силы человеческой психики и теории динамического бессознательного, он ослабил влияние З. Фрейда и психоанализа на немецкую научную психиатрию. Во многом именно активность О. Бумке и других критиков фрейдизма способствовала тому, что европейская психиатрия не «заразилась» на долгие десятилетия фрейдистским догматизмом, как это произошло в определенный период с психиатрией в США, а осталась научной.

В 1924 г. О. Бумке стал председателем научного отдела психиатрии Мюнхенского университета. Тогда же он, понимая важность доступности психиатрической помощи для населения и преодоления страха, недоверия к психиатрии и стигматизации психически больных, призвал увеличить объем стационарного и амбулаторного приема для таких пациентов.

О. Бумке был автором около 150 публикаций. Многие из них имели отношение не непосредственно к психиатрии, а к ее взаимосвязям с обществом и культурой, к периферийным вопросам психиатрической науки, а также касались философских и психологических проблем. Лишь небольшое количество его печатных работ носило классический клинико-психиатрический или клинико-психопатологический характер [Schimmelpenning, 1993]. В 1924 г. О. Бумке в соавторстве с О. Форстером опубликовал «Справочник по неврологии» [Bumke, 1924], а в 1928–1929 гг. вышел его знаменитый и впоследствии очень популярный 11-томный «Справочник по психическим заболеваниям» [Bumke, 1928]. В 1935–1937 гг. О. Бумке снова в соавторстве с О. Форстером опубликовал 17-томный «Справочник по неврологии» [Zeidman, 2011], который позже, уже в наше время, был признан одним из трех лучших справочников по неврологии, увидевших свет в XX в. [Koehler, Stahnisch, 2014]. Эти книги были очень популярны не только в Германии, но и за рубежом и резко повысили научную репутацию О. Бумке и его известность во всем мире [Hippius et al., 2008].

В свою очередь, О. Бумке в 1930-е годы сам оказался на месте З. Фрейда и Э. Крепелина, которых когда-то критиковал за «устаревшие взгляды» и в качестве более молодого преемника и соперника которых он воспринимался в 1920-е годы. Когда в 1930-е годы в психиатрию начали внедряться первые биологические методы лечения (пиротерапия, КСТ, ИКТ и затем ЭСТ), О. Бумке было уже почти 60 лет. Будучи, как и многие «старые» психиатры того времени, консервативным и подверженным терапевтическому нигилизму, он очень сухо и с большим недоверием отнесся к внедрению этих методик в психиатрическую практику. В частности, относительно ЭСТ он как-то заметил: «На чем основывается лечебный эффект этого метода, мы не знаем…» [Bumke, 1944].

Титульный лист «Справочника по неврологии» (т. I) О. Бумке и О. Форстера (1935)

В 30-х годах XX в. Германия стала нацистским государством. В 1934 г. О. Бумке потребовал освободить его от должности директора Мюнхенской психиатрической клиники и заведующего кафедрой психиатрии Мюнхенского университета в связи с несогласием с политикой нацистского режима. Однако его отставка не была принята [Schimmelpenning, 1993]. Последующие события дают возможность понять, почему такой видный психиатр, как О. Бумке, не хотел сотрудничать с нацистами. Было известно, что принудительная стерилизация психически больных как одна из мер по «спасению чистоты арийской расы» входила в программу НСДАП. В соответствии с этой программой закон, который требовал принудительной стерилизации пациентов с тяжелыми диагнозами, такими как шизофрения и МДП, был принят и начал исполняться в последующие 6 месяцев 1934 г. [G"utt et al., 1933]. Это была одна из самых мрачных глав в истории психиатрии. Закон «О стерилизации» стал прелюдией к еще более жестокому явлению – тайно проводившейся нацистами программе эвтаназии, т. е. узаконенным массовым убийствам психически больных.