Чтение онлайн

Один из охранников сел на козлы, второй, наверное, пристроился на запятках кареты, а мой жених вскочил на коня и поехал впереди. Ну вот и случилось то, чего я боялась. Я еду домой, чтобы вскоре обвенчаться с Охотником. Куда поедет Рик, я, увы, не знаю, и вряд ли теперь получу весточку от него. Понаблюдав за природой за окном некоторое время, я заснула.

Сквозь сон я услышала скрип открывающихся ворот и открыла глаза. Пока я дремала, мы доехали до деревни Приморской. Оказалось, что я проспала почти сутки! Вообще, сейчас вряд ли больше полудня, а потому причина нашей остановки в этом захолустье мне была вовсе не понятна.

– Почему мы не продолжаем путь? – спросила я у кучера.

– Ваше Высочество, простите, но нам нужен отдых. К тому же сегодня море Десс неспокойно, и плыть небезопасно. Будем надеяться, что все придет в норму завтра.

Здорово, что сказать. Ну ладно, пройдемся. Карета остановилась во дворе небольшого постоялого двора. Терран подал мне руку, которую я проигнорировала, элегантно спускаясь по ступеням кареты. Охотник ничего не сказал, но, если я не ослышалась, то он прорычал. Ого, так быстро? А я ведь даже особо не старалась его злить.

Пока я шла до входа в таверну, местные жители смотрели на меня как-то косо, я бы даже сказала, враждебно. Сначала мне показалось это странным, но в итоге я поняла, в чем причина их ненависти. Вскрикнув, я опрометью кинулась обратно к карете. Я плотно закрыла дверь и задернула шторы. Охотники! Их так много! Разумеется, я понимала, что карета не спасет меня, но все же, может, они не будут искать меня здесь.

– Иминесса, что случилось? – Я услышала голос Террана, который попытался открыть дверь.

– Куда вы меня привезли? Здесь же одни Охотники! Я тут не останусь, немедленно отвезите меня домой! – прошипела я.

– Позвольте мне все же открыть дверь, – сказал Терран и затем сел на сиденье напротив меня, притворив за собой дверцу. – Во-первых, если вы не забыли, то мы в Кассепии, и это логично, что здесь живут Охотники. Во-вторых, они вам ничего не сделают, пока вы со мной.

– Конечно! Так я вам и поверила! Вы сейчас спать уйдете, и меня сразу отправят к праотцам.

– Альрика, глупая ты девчонка! Неужели ты все ещё не поняла, что наш брак очень ценен для всего клана, а потому даже если кому-то ты не нравишься, он не будет его предотвращать, особенно после Третьего пророчества. – Терран внушал доверие своим спокойным уверенным тоном, но бояться меньше я не стала. Может, он думает, что я не знаю про их Жажду?

– Я боюсь. – Сейчас я чувствовала какой-то животный страх, ужас, который испытывает загнанное в ловушку животное. Зверь, который не может сразиться за свою жизнь.

Что мне делать дальше, я не понимала. В любом случае выходило, что для защиты от Охотников мне приходилось просить помощи у их соплеменника. Только я могла так вляпаться! Надо было остаться на пароме. Вместе с Риком. В крайнем случае – пойти прямо там ко дну. Сомневаюсь, что конвульсии от удушья как-то принципиально отличаются от той жизни, что мне предстоит. И почему именно я должна отдуваться за весь род эльфийский?

Глава 11.

Свадьба, ужас, два письма.

Наше небольшое путешествие продлилось четверо суток. Все это время мы останавливались в разнообразных населенных пунктах, и везде Терран пытался наладить со мной контакт, но что-то постоянно мешало его успеху. Пожалуй, самое главное препятствие – мое недоверие. Взять хотя бы другого знакомого Охотника – Рикеля. С ним я не чувствовала, что нахожусь рядом с врагом, вовсе нет. Он сумел завоевать мое доверие, но что гораздо важнее – не потерял его.

Терран не похож на брата. Разумеется, одной из основополагающих причин является разница почти в семь лет, что, возможно, мешает и нам, ведь я младше Рикеля, что в два раза увеличивает эту пропасть в возрасте. Терран пугал своей усталостью от жизни и уверенностью во всех своих действиях, словах и планах. Его тусклые глаза и морщинки вокруг них отталкивали. Волосы у него когда-то, наверное, были черными, как уголь, но выглядели они выгоревшими на солнце. Форма шла ему, но создавалось впечатление, что Терран не человек, а изваяние какое-то, памятник военному, а не живой человек. Для меня оставалось загадкой, почему в свои годы он всё еще не женат. Жених на прямой вопрос об этом либо отмалчивался, либо переводил тему. Порой у меня создавалось впечатление, что он говорит шаблонами, что, впрочем, подтверждалось, если спросить о чем-то повторно спустя какое-то время.

Доехали до замка мы уже на исходе четвертого дня. Карета остановилась возле парадного входа, двери которого тут же распахнулись, и на порог вышли мои родители. Мама стояла в домашнем платье и была слегка растрепанна и взволнованна, а папа вышел в рубашке и жилетке, очки на носу, возвещали о том, что он только что читал в гостиной. Дверь открыл Терран и вновь подал мне руку. Я бегло оперлась на нее, но быстро убрала, чтобы он не успел ее сжать. А после побежала к родителям.

У мамы слезы стояли в глазах, когда она обнимала меня, поглаживая по голове и с недоверием смотря на меня. Отец какое-то время стоял в стороне, скрестив руки на груди, но после того, как мама отошла от меня, вытирая слезы и приглашая гостей в дом, он порывисто и крепко прижал меня к себе. Затем он отстранил меня на расстояние вытянутых рук и осмотрел, прищурив глаза. Мои родители ждали меня все это время с тревогой и любовью, боясь, что больше никогда не увидят, а я даже не написала ни разу, потому что мне и в голову не приходило подумать об их чувствах. В этот момент, я чувствовала себя настоящей свиньей. Мне даже показалось, что у меня вместо носа – пятачок.

Весь вечер я сидела, как на иголках. Дома я чувствовала себя неловко, словно всё это не моё, но скорее всего, это было связано с раскаянием. Мама и папа ничего мне не говорили, только благодарили Террана за то, что привез меня, хотя по сути, это не его заслуга. Зато вечером, когда меня оставили одну в моей спальне, мама зашла ко мне. Она была в своем домашнем халате и с распущенными золотыми волосами, но смотрела не осуждающе, а с нежностью и теплотой. На лице у нее появились новые морщинки, а на голове – седые волосы, а всему причина я. Непутевый поздний ребенок. По щекам потекли слезы, к горлу подступил ком, а моя любимая и родная мамочка обняла меня, посадила на кровать, положила мою голову к себе на колени и просто гладила меня по волосам, пока я плакала. Мама не ругала меня, словно все поняла и давно простила. Давно мне не было так хорошо и спокойно. Единственное, что она сказала в тот вечер, было:

– Дочка, Терран попросил нас перенести свадьбу на месяц, мы приняли его предложение. Однако я хочу, чтобы ты знала, что больше тянуть невозможно. Милость богов не будет длиться вечно.

– Мама, но я ведь не люблю его, – сказала я, вздохнув и посмотрев маме в глаза.

– Прости, моя дорогая, но не в наших силах менять волю богов. Мы не можем пойти против предсказаний. По правде говоря, я сама пребываю в ужасе, находясь с ними рядом. Но я верю, что ваш брак был заключен на небесах, а потому вы будете счастливы. К тому же, он ведь спас тебе жизнь, хотя бы за это ты должна быть ему благодарна.

– Спас жизнь? Если кто и спас мне жизнь, то это точно не он. Он сломал мне ее.

Спустя два дня начались приготовления к свадьбе. Ко мне приходили портные, обувщики, кондитеры, декораторы и многие другие в течение нескольких дней, наедине сама с собой я оставалась только во сне. Потому что визиты начинались с раннего утра и продолжались за полночь, а после них я могла только лечь на кровать и мгновенно уснуть. Мимоходом я замечала, что охрана замка усилена: буквально на каждом шагу стояло по стражнику. И то ли это было связано со свадьбой, то ли с тем, чтобы не упустить иминессу. Вдруг я снова захочу сбежать. Из дворца, кстати, выпускали только по письменному разрешению моего отца с гербовой печатью.