Чтение онлайн

– Ну, мадам, по-доброму прошу, жмите пальчиком. Не хотите? Ладно. Мо, детка, шприц Жанэ15 бери, да наполни его куртовским содержимым.

Достает Мо двухлитровый шприц, наполняет его.

– Неудобно, главе Семьи, это опять, через пищеварительный тракт пропускать. Вставляй шприц в ее же катетер, краник верти на вход, наполним снова пузырь. Мужским содержимым. Что силенок не хватает?!! Сопротивляется?!! Дэф! Помоги–ка! Ну, вот сразу все и вошло. Краник… Краник не забудь… Ваша полость мадам, всегда будет заполнена до краев. И содержимое будет, каждый раз разное. Надеюсь, это отвлечет вас, хоть ненадолго от кулоновых16страстей, бушующих внутри. И Мо, я желаю, чтобы глаза у мадам, были открыты всегда. Возьми что-нибудь плоское. Да, чайная ложечка, вполне сойдет. Оттяни веко от глазного яблока. Так. А теперь сверху, на кожицу жми ложечкой, чуть-чуть. Да, не чашечкой! Другим концом! Это офтальмологическая процедура, называется выворачивание верхнего века. Видишь, как удобно? Никаких инструментов не надо! А моргнуть захочет – не выйдет! Не в ее воле это теперь! Повтори-ка на другом глазу и не забывай смачивать физиологическим раствором. Иначе, это не очень приятная процедура, может превратиться в пытку. Это недопустимо! Внизу, тоже не забывай увлажнять, а то токопроводность тканей может упасть. Все!!! Больше этими пустяками, меня не отвлекайте, сами фантазируйте. Идею я вам дал.

Поднимается обратно в кабинет.

– Ну, а с тобой, что мне делать? – спрашивает девчонку. – Эх, были бы твои родственнички, нормальными людьми, уж давно делами бы все занимались, а не по туалетам друг друга водили.

Освобождает девицу от рамки, ведет к двери в комнату гигиены, при кабинете. Сажает на стульчак.

– Тебе подопечные, еще не нужны, – твердо произносит. Сам стоит, не уходит. Пожурчала она, обратно в кабинет возвращаются. Останавливается возле стола Ия, смотрит на него вопросительно.

– Что, опять справедливости?

Кивает головой утвердительно, грудью на стол ложиться. Вот же!

– Может, проще будешь?

Вот каким талантом надо обладать, чтобы задницей голой «нет» ответить?!!

– Эх, вьет твоя семья из меня веревки, который век… ни в чем отказать не могу.

После третьей полосы наложенной, смотрит он внимательно на картину совместного творчества, ими нарисованную. Хм. Уж кровь к седалищу направилась, да малый таз собою наполняет. И такой силы, этот прилив, что своей мощью каждую встретившуюся на пути складочку расправляет. А те, расправившись, распускаются подобно бутонам роз, новым смыслом картину наполняют. Вот ведь чудо! И холст тот же, и художник, и даже кисточка, а картина каждый раз новая выходит! Видит художник, что особо хороша сегодня картина, распаляется, с великой творческой силой мазки наносит. А холст волшебный, сам, дрожащими полушариями, к кисточке стремиться начинает. Только последний мазок нанес, еще и от холста, кисточка оторваться не успела, а Ия, уже пылая лицом, на коленях перед ним оказывается. Трясущимися от возбуждения пальцами, в «молнию» на штанах вцепляется. Ну, понятно, к практике послешкольной готовится.

Так в заботах хозяйственных, еще день пролетает…

16

А наутро, опять браслет голосом Дэфа квакает:

– Босс! Королева телячья, видеть желает.

Спешит к ней, и трех часов не проходит, а он уже на шкалу напряжения, внимательно смотрит. Вошла стрелка в красную зону. 110% показывает. Поднимает он на нее взгляд.

– Вы правы оказались… Просить хочу… Снимите с меня браслет…

Смерти возжелала! Как браслет снимут, так общий для всех 7Д-принтер, сразу ее потребности, замечать перестанет.

– Я подумаю о вашей просьбе, – сухо отвечает, разворачивается и к себе направляется. Говорит в браслет. – Мо, напряжение оставь таким же…

А на следующий день, велит поднимать ее на второй этаж, в лабораторный отсек. И две рамки поставить: одну, для Курта, другую, для девчонки из кабинета.

Велик по размерам лабораторный отсек. Всякими затейливыми опытами хозяйка увлекалась. Большая часть его, отделена высоким, до потолка, задернутым зеленым пологом. Потолок белизной сияет, стены бежевые. И пол плиткой, того же цвета выложен. Спиной, к пологу зеленому, чуть не вплотную, королева телятины на троне своем сидит. Слева от нее, рамочка с Ией. По-взрослому ее Дэф привязал, крепко затянуты петли на запястьях, да коленках. Справа, с поникшей головой Курт стоит, тоже в рамке конечно. Тоже обнажен.

Входит Донг, в кресло, что напротив «королевы» садится. Указочку деревянную, поперек, на ноги кладет, руками накрывает.

– Оставьте нас, – соратникам тихо командует. Остаются они вчетвером. Не может он долго в кресле усидеть, вскакивает, к «королеве» подходит. Шевельнул пальцами у век, и вот ими уже моргать можно.

– Должен заметить, – начинает он неспешно. – Что жизнь, кучерява сюрпризами. Иной раз, маленькое, обычное действие, про которое забываешь, через пару минут, через два столетия, так отзывается! Что и не поймет никто…

– Вот я нахожусь рядом с тремя людьми, двух из которых ненавижу лютой ненавистью. Тебя, Курт, – палкой деревянной тычет. – И тебя, Ия. Тебя Курт, за звонок, сделанный невовремя, а тебя Ия, за сам факт твоего рождения, повлекший этот звонок. А звонок этот, о котором и не вспомнит, теперь никто, для двух других людей, важные последствия имел…

– А вот напротив женщина, которая лично мне, ничего плохого не сделала. Ну, обидела чуть, с кем не бывает? И вот странность, какая. По-настоящему страдает-то, именно она, а не те, кого ненавижу. Но я не верю в слепое насилие! А это означает, что страдает она, не просто так! Это означает, что она сама, или член семьи, возможно еще до ее рождения, совершил некий поступок, который и привел с неизбежностью к сегодняшнему печальному положению дел.

– Вы мои враги. Плененные враги. Я ненавижу своих врагов. Значит, я ненавижу вас. А раз вы в плену, вы – будете страдать. Не ищите причину в себе, в самом факте своего существования. Не надо! Потому что этот проступок совершен в те времена, в которые о вашем появлении на свет, даже не подозревали. Но страдать выпало вам! Этого не избежать! И это единственное, что вы должны знать. Я не могу и не имею права, избавить вас от мук. Все, что в моих силах, это попытаться их уменьшить. Но без вас, без вашего желания, я бессилен. И сегодня у нас последняя возможность, хоть как-то выправить создавшуюся ситуацию. С вас мадам, и начнем. Повторите вашу просьбу, при свидетелях.

– Я просила снять с меня браслет.

– С какой целью?

– С целью избавиться от тех унижений, которым вы подвергли меня. С целью умереть…

– Стоят ли, эти унижения того ада, в который вы попадете? И почему вы говорите о них?

– Честь моя, а, следовательно, честь Семьи унижена. Ведь я ее глава.

– И чем же вы, так сильно унижены?

– Я четвертый день открыта, для всех, даже для подопечных! Мой мочевой пузырь, постоянно заполнен уриной Курта! И да, мне больно! Мне унизительны пытки моего детородного органа!

– И это все?!! Я не вижу оснований, для кардинальных изменений вашей участи. Обнаженность, перед подопечными, с определенного возраста, не является, чем-то из ряда вон выходящим, а господин Курт ваш родственник. Дедушка? Прадедушка? Да, не суть! Что с того, что его священный нектар ласкает не кустик или деревце, а стенки вашего органа выделения?!! Не думаю, чтобы вы предпочли священному нектару, слабый раствор соляной кислоты! Что же касается детородного органа 90-летней женщины… О, давайте не будем об этом!!! Считайте себя, участницей эксперимента, по восстановлению утраченной чувствительности, ваших нервных рецепторов. Я решил отказать вам, в вашей просьбе! Пока отказать! Все изменится, когда мне придет в голову сказать – хватит! Вам это понятно?!! Не молчите!!!

– Да…

– Вот Курти, к чему привело нас, ваше упрямство и снобизм! Ведь по большому счету, мне нужны вы, а не эти женщины. Давайте разбираться с вами. Я обещал возместить часть вашего приданного, чтобы вы смогли восстановить оборот, того наркотрафика, который принадлежал вашей Семье. Половины содержимого сундуков, с лихвой хватило бы на его выкуп и возвращение монополии на уничтожение маков и одуванчиков, под контроль ветви Куртов! Я понимаю вашу боль, и те нравственные страдания, которые вы испытываете, при виде того, как на протяжении почти двухсот лет, то что может приносить сверхприбыли, тупо уничтожается Семьей королевы телятины! Вот почему она еще здесь! Вот почему разговор продолжается!