Высокий, царственный и сварливый
Шрифт:
Я натянула черную оверсайз толстовку поверх своих полосатых синих пижамных шорт в тон и укороченной рубашки, затем направилась обратно и влезла в синие тапочки с заячьими ушками. Сенсорные лампы в коридоре включились, когда я вышла из комнаты. Я натянула капюшон на волосы и пошла вниз, не имея никакой конкретной цели.
Сначала я оказалась на балконе трехэтажной библиотеки дворца и провела час, проносясь между полками на каждом этаже. Я ахнула, когда обнаружила в задней части второго этажа четыре книжных шкафа с романами, и поклялась вернуться и изучить их, когда у меня будет время.
Моя охота на дворцовую кухню увенчалась успехом. Я заглянула внутрь, но не взяла ничего съестного. Я хотела сначала получить разрешение от шеф — повара, прежде чем таскать еду тайком.
В какой — то момент головокружительное ощущение, пожирающее мой живот, улеглось, оставив место усталости, из — за которой я часто и подолгу зевала. Я пошла запутанным, почти заблудившимся маршрутом обратно в отведенную мне спальню, узнав нужный коридор только по картине с изображением леса, висящей на стене.
За исключением того момента, когда мои пальцы коснулись круглой металлической ручки, кто — то обхватил моё предплечье крепкой хваткой, сбивая биение моего сердца. Моё потрясение ещё не достигло своего пика, когда другая рука схватила меня сзади за капюшон и сорвала его с головы.
К этому моменту меня уже развернули и прижали спиной к двери.
От удара у меня перехватило дыхание, но моё тело отреагировало мгновенно, перестраиваясь и планируя, задействуя мышечную память, чтобы использовать всё, что я практиковала с Шехрияром по самообороне.
Мои руки метнулись вперёд и прижались к огромному серому торсу мужчины — возможно, я и не видела его лица, но знала, что это мужчина, — вцепившись в горячие, подвижные мышцы, когда я приготовилась изо всех сил ударить коленом ему в пах.
Затем мой взгляд взлетел вверх. И я застыла как вкопанная.
Мой разум в режиме выживания, возможно, и не распознал бы обсидианово — черные глаза, смотрящие на меня сверху вниз сквозь очки в квадратной оправе, но моё сердце узнало бы их в любое время и в любом месте.
Это — он — Апельсин…Это был гребаный Кай.
Шок, пронзивший меня, отразился в горящих глазах Кая, когда они расширились. Внезапно он отпустил меня и отлетел на шаг назад, оставив меня прислоненной к двери, дрожащей и сбитой с толку.
Почему…он…что…что? Что, чёрт возьми, происходит?
— Принцесса Эсмеральда, — прохрипел он, его голос был глубоким и насыщенным, но быстрым и прерывистым. — Что ты…что ты здесь делаешь?
Я слышала его вопрос, но мой разум так сильно кружился от открывшегося передо мной зрелища, что я пыталась понять, было ли это плодом моего отчаявшегося воображения или нет.
Потому что моего любимого Апельсина, принца, который присутствовал на ужине, нигде не было видно.
На Кае было худи. Тёмно — синие пижамные штаны…и худи!
Серое и облегало его огромные плечи и бицепсы так, что слюни грозили потечь из уголков моего разинутого рта, свободно сидело на его талии.
Может быть, дело было в покрое ткани, а может быть, в том, что он никогда раньше не вторгался в моё личное пространство, но он был намного больше, чем когда — либо выглядел издалека. Выше и массивнее.
Он возвышался надо мной. Мои глаза были почти на уровне его груди, что делало его почти на целый фут выше меня. И его габариты. Чёрт. Он не был сложен как древний воин, в отличие от Шехрияра, но Кай всё ещё был сложен. Его плечи, грудь и руки были твёрдыми, широкими и сильными.
Он определенно не был худощавым спортивным принцем, каким выглядел в форме или костюме — тройке.
Он был чем — то средним между игроками в регби из колледжа, которых в штате Рейвен называли качками, и…крутым ботаником — очки, плотно сжатая челюсть, иссиня — чёрные волосы, выбивающиеся из — под надвинутого капюшона.
Очки. Он носил гребаные очки.
И ещё он хмурился, как я запоздало заметила, так пристально, пока изучал меня, что его густые прямые брови практически сливались с оправой очков.
— Принцесса Эсмеральда. Я задал вам вопрос, — его голос был ниже, мрачнее, и будь я проклята, если он не отдавался в моей груди самым совершенным, восхитительным образом.
И всё же суровая нотка в его тоне заставила меня выпрямиться, выйти из транса и по — настоящему увидеть мужчину перед собой. И чёрт. Он ни капельки не был похож на моего тихого очаровательного Апельсинчика.
— Я, эээ…Я как раз возвращалась в свою комнату, — я попыталась улыбнуться, но мышцы моего лица отказались подчиняться, когда я неловко указала большим пальцем за спину.
Его глаза и нахмуренный взгляд стали ещё жестче, пронзая меня так, что мне захотелось неловко поежиться. Кто этот мужчина, который пялится на меня и где мой апельсин?
— Это не ваша комната. Она моя.
Кровь застыла у меня в жилах.
На самом деле, она превратилось в лёд, как замерзшее озеро в северной части Шаха. До того, как под ним внезапно извергся вулкан, расколов лёд и обрушив на меня поток расплавленной лавы, обжигающий насквозь.
О. Чёрт.
Я ошиблась комнатой. Я перепутала комнату! И что ещё хуже. Это была комната Кая. Я отпрянула от двери.
— Мне…мне так жаль, — сказала я, желая, чтобы пол поглотил меня целиком или чтобы я просто упала замертво. — Я думала, это моя комната, поэтому я…
Его хмурый взгляд едва смягчился, когда он переступил с ноги на ногу.
— Ваша комната в следующем коридоре справа.
О чёрт. Чёрт. Я облажалась, я облажалась, облажалась.