Высокий, царственный и сварливый
Шрифт:
— Тогда я рискну.
— Нет, не рискнешь, — слова разочарования вырвались у меня ещё до того, как я осознал это. — Ты идёшь внутрь. Сейчас.
Долгое время выражение её лица оставалось отсутствующим от шока. Честно говоря, я сам был немного шокирован. Это был не тот вежливый принц, которым я всегда стремился быть. Но я не шутил и говорил искренне.
Она быстро пришла в себя, бросив на меня свой хмурый взгляд — если его вообще можно так назвать.
— При всём моём уважении, принц Кай, вы не можете указывать мне, что делать.
Я снов подошел ближе
— Если бы ты не была такой упрямой, мне бы не пришлось этого делать, не так ли?
Её рот приоткрылся, прежде чем снова сомкнуться.
— Это я упрямлюсь? А как насчет вашего настойчивого желания вернуть меня обратно против моей воли?
Это то, что я получил за то, что вышел ради неё под дождь. Кусочек этого крошечного…
Она принцесса. Помнишь это, Кай? Наследная принцесса. В настоящее время занимает более высокое положение, чем ты.
Но я разозлился по причинам, которые даже не смог толком объяснить.
— Ты поблагодаришь меня завтра утром, когда проснешься сухой и здоровой.
Я вцепился в её руку, что было неправильно с моей стороны во многих отношениях, и если бы у меня оставалась хоть одна рациональная мысль, я бы никогда этого не сделал, прежде чем она снова отстранилась.
Я не мог представить, что в её глазах вспыхнуло что — то иное, кроме негодования, когда она сжала своей маленькой, мягкой рукой мою большую, более грубую руку.
— Принц Кай.
— Мы идем внутрь, — сказал я, пытаясь затащить её обратно под зонтик.
Она отстранилась.
— Принц Кай, вы не можете…
— Эсмеральда!
Я допустил две ошибки.
Во — первых, я проигнорировал её титул без её разрешения и накричал на неё. Снова.
Во — вторых, я потянул её слишком сильно. Слишком сильно.
Вместо того, чтобы затащить её под зонтик, я притянул её прямо к себе. Прижимая к себе вплотную.
Я мог чувствовать. Каждый. Мокрый. Дюйм. Её. Тела. Сквозь каждый предмет одежды, который был на мне. Каждый изгиб. Каждую ямочку. Как будто она была обнаженной. И как только это осознание пришло в мою голову, я не мог не думать об этом. И я определенно не мог этого не почувствовать.
Удивительная выпуклость её грудей, мягких, влажных и прижатых к моей груди. Полный изгиб её бедер. Её размер, стройная, но соблазнительная. Маленькая. Её макушка была не совсем на уровне моих плеч, но она идеально вписывалась в моё более высокое и широкое тело.
И еще у нее было до смешного красивое лицо. Ни у кого не должно было хватить наглости быть настолько красивым. Капли стекали по её коже, её глаза были серыми при освещении, большими, красивыми и завораживающими. Её скулы были изящными, но высокими, дуги бровей — сильными, а гибкие губы чуть приоткрыты.
Какое бы разочарование я ни испытывал, оно было вынуждено отступить, когда к нему присоединилась новая эмоция.
Та, от которой моё дыхание становилось горячим и тяжелым в легких, и я терял концентрацию на всём, кроме неё. Оно скользнул глубоко внутрь меня, прослеживая путь по её телу вниз, пока не достигло моего живота. И ниже.
Если бы я не почувствовал отвратительное покалывание влаги, оседающей на мои плечи, я мог бы поддаться этому соблазнительному чувству. Но я вышел из транса, не выпуская её руки, просто вспомнив, что она промокла до нитки, что я ненавижу дождь и нам нужно быстрее вернуться внутрь.
Не предложив принцессе — Забудьте об этом, я всё равно уже отказался от её титула — воспользовавшись шансом, я опустил голову и бросился к двери, увлекая её за собой.
— Принц Кай, — позвала она.
— Не мог бы ты, пожалуйста, поместить это куда — нибудь для просушки, а затем запереть двери? — сказал я Раджу, ступив в тепло дворца, и протянул ему мокрый зонтик. Я почти не останавливался, шагая по коридору.
— Принц Кай, — рявкнула Эсмеральда, дергая за руку, требуя моего внимания.
Я дал ей его. Я остановился и развернулся, встретив то, что она явно намеревалась выдать за свирепый взгляд, если бы она была рассерженным котенком. Она была так близко, что я заметил зеленые крапинки в её серовато — карих глазах, прежде чем её длинные влажные ресницы затрепетали, и она покорно отодвинулась.
Должно быть, она заметила молчаливое предупреждение в моём тяжелом взгляде, потому что после этого не произнесла ни звука, и довольно скоро я добрался до её комнаты.
Я открыл дверь свободной рукой, включил свет и втащил её внутрь, закрыв за нами дверь. Это было, мягко говоря, невежливо. Не говоря уже о том, что по моей шее сзади поползли мурашки из — за того, что моя толстовка промокла, и мне становилось неудобно. Но в тот момент мне было всё равно. Всё, что имело значение — это согреть и высушить Эсмеральду.
— Тебе нужно снять эту мокрую одежду и принять горячий душ, — проинструктировал я и направился в гардеробную, точно такую же, как в моей комнате. Я взял два свежих белых полотенца из одного закутка вдоль задней стены и направился обратно. — Или…
Все слова исчезли, когда я посмотрел на Эсмеральду. Впервые я увидел её как следует при полном освещении, она стояла, мягко обхватив себя руками за живот.
Я увидел гораздо больше, чем, вероятно, должен был видеть в ней. Всё золотое тепло её обнаженной кожи скрывалось под влажной нежно — розовой ночной рубашкой и шортами, облегающими её стройное, соблазнительное тело.
А также гребаное белое кружево её лифчика и трусиков под одеждой.
На этот раз горячее, тяжелое чувство ударило меня прямо в пах, сжимая мои окровавленные яйца с удивительной силой. Было так заманчиво просто стоять там, смотреть и наслаждаться ею.
Кай, ты ублюдок, она мёрзнет!
Предупреждение пронеслось у меня в голове и заставило меня быстро отвести взгляд. Наверх. Я нашел её лицо и не сводил с него глаз. Не важно, насколько сильно неожиданный прилив тепла умолял меня посмотреть ниже. Я подошел и протянул ей полотенца.